Чтение онлайн

Кантер пригнул голову, пытаясь укрыться от града металлических осколков и капель горящего топлива. Из-за спины послышался знакомый шум вращающихся вертолетных лопастей.

Он обернулся и увидел транспортный вертолет, который, к несчастью, оказался в опасной близости от взрыва. Винтокрылую машину осыпало дождем обломков «сихоука». Кусок исковерканной лопасти, вращаясь, как бумеранг, врезался в пилотскую кабину. Тяжелый вертолет опрокинулся набок. Вставшие вертикально винты отчаянно замолотили по воздуху.

Кантер вскочил на ноги. В лицо ударил порыв ветра. Поскользнувшись на гладком льду, он упал, снова попытался подняться, царапая лед ногтями и носками армейских ботинок, но, взглянув вверх, с ужасом обнаружил, что потерявший контроль вертолет падает прямо на него, крутясь в воздухе, как волчок.

Бежать было поздно. Кантер просто перевернулся на спину и уставился вверх, ожидая неизбежной гибели.

— Дерьмо…

Ничего более умного ему не пришло в голову, и это беспокоило его больше всего остального.

15 часов 14 минут

«Полар сентинел»

Перри краем уха слушал поступающие со всех постов доклады, пытаясь понять, что же все-таки произошло у

«Омеги».

Минуту назад русская подлодка погрузилась под воду и, медленно вращаясь вокруг собственной оси, стала опускаться в глубокую впадину.

Он слышал в наушниках, как субмарина издала предсмертный вздох, выпустив облако воздушных пузырьков, и исчезла в темных океанских глубинах.

Впрочем, она умерла не в одиночку.

Следом за ней в воду обрушились обломки вертолета, который незадолго до этого упал на берег полыньи. Его горящий остов какое-то время покачивался у самой кромки ледового озера, а потом, растопив окружающие льдины, со скрежетом скользнул в холодные объятия океана.

После этого наступила мертвая тишина.

«Полар сентинел» продолжала скрытно патрулировать окрестности «Омеги».

Что же все-таки произошло? Отрезанный от внешнего мира, Перри мучился в сомнениях по поводу того, что делать дальше. Всплыть и попытаться связаться с теми, кто потопил русскую подлодку? А что, если это не отряд «Дельта форс», а какой-то третий, неизвестный ему участник противостояния? И что происходит на «Гренделе»? Остается ли полярная база все еще под контролем русской группы захвата?

— Сэр, — обратился к нему Лианг, — каковы будут ваши указания? Готовиться к всплытию?

Это было бы самым логичным действием в сложившейся ситуации, но Перри решил немного подождать, понимая, что сейчас их единственное преимущество — скрытность. Никто не догадывается об их присутствии в районе «Омеги».

Он медленно покачал головой.

— Рано, лейтенант, слишком рано…

15 часов 22 минуты

Штаб Тихоокеанской подводной флотилии

Перл-Харбор, Гавайи

Адмирал Рейнольдс быстрым шагом вошел в комнату оперативного планирования через массивные бронированные двери из стальных плит толщиной тридцать сантиметров.

В просторном зале уже собралась группа тщательно подобранных специалистов, которых в буквальном смысле вытащили из теплых постелей прошлой ночью.

Тяжелые двери плавно захлопнулись за его спиной. Послышался щелчок автоматических замков.

В центре комнаты стоял длинный стол для проведения конференций, сделанный из полированного красного дерева породы «коа», которое встречается только на Гавайях. Правда, сейчас все богатые оттенки его тонов скрывались под кипой бумаг, книг, папок, карт и портативных компьютеров, разбросанных по столу.

За столом, группами и в одиночку, работали эксперты по связи, по разведке и по России. Они шепотом переговаривались между собой, стараясь, чтобы не услышали соседи. Здесь не было принято делиться секретами даже с коллегами из других отделов.

Высокая неуклюжая фигура в белой рубашке с закатанными до локтей рукавами и брюках от Армани повернулась к нему от стены, завешенной огромной картой полярного региона с Северным полюсом в центре. Это был Чарльз Лэндли из Национального управления воздушно-космической разведки — НУВКР, старый друг семьи, женатый на одной из племянниц Рейнольдса.

— Адмирал Рейнольдс, спасибо, что не заставили себя долго ждать.

— Отчего такая спешка, Чарли?

Пять минут назад адмирала срочно вызвали в комнату оперативного планирования, прервав его разговор по телефону с командующим подводной флотилией в Атлантике. У Чарли должен быть для этого серьезный повод.

— Наша система гидроакустического наблюдения засекла серию взрывов.

Система представляла собой широкую сеть установленных на морском дне гидрофонов для прослушивания океанских глубин. Чувствительная аппаратура позволяла фиксировать любой, даже самый слабый звук.

— Где?

Чарли снова повернулся к стене и постучал пальцем по точке на карте:

— Мы на восемьдесят пять процентов уверены, что это произошло в районе дрейфующей станции «Омега».

Рейнольдс с трудом перевел дыхание. Страх за судьбу дочери, охвативший его в последнее время, усилился еще больше.

— Ваши предположения?

— Мы подозреваем, что это разрывы глубинных бомб. Кроме того, мы зафиксировали выброс воздушных пузырей, характерный для тонущей субмарины. — Чарли поднял бровь и продолжил: — А перед этим мы услышали звуки, похожие на вращение лопастей вертолета… Хотя с точностью сказать трудно — сигналы были слишком слабые.

— Группа спецназа? Чарли кивнул:

— Так утверждают наши разведчики. Но без картинок с разведывательного спутника мы бессильны разобраться в том, что там происходит.

— Сколько еще времени спутник будет находиться в зоне магнитной бури?

— Не меньше двух часов. Кстати, я подозреваю, что русские специально оттягивали свой визит на станцию после того, как узнали о нашем открытии. Они ждали, когда начнется магнитная буря, чтобы мы не смогли отслеживать их действия.

— А что по поводу диверсионной группы, которая потопила подлодку?