Айсберг
Шрифт:
Мэтт продолжал смотреть назад. Внезапно фюзеляж «сессны» с поломанными крыльями выкатился из черной дыры и закувыркался по склону. Один из пропеллеров со скрежетом отлетел в сторону и заскользил по льду.
Мэтт повернулся и с восхищением посмотрел на свою бывшую жену. До него наконец дошла суть ее задумки. Струя воды из-под поплавков «оттера» ударила по преследовавшему их самолету, заставив его покачнуться и задеть крыльями стенки тоннеля.
Смертельная ошибка.
— Ненавижу, когда кто-то дышит мне в затылок, — сказала Дженни дрожащим от волнения голосом.
16 часов 55 минут
Полярная станция «Грендель»
Войдя в «подсобку», Аманда сразу почувствовала, что оказалась в совершенно другом мире. В лабиринте из ледяных пещер и тоннелей, созданном самой природой, было холодно, темно и до ужаса одиноко.
У самого входа виднелись груды покрытой ржавчиной листовой стали, мешки с бетоном, мотки электрического кабеля и штабеля труб для прокладки проводов. Когда ученые впервые натолкнулись на «подсобку», они решили, что русские использовали это пространство как складскую пристройку к станции. Отсюда и пошло его название.
Инженер-строитель из НАСА предположил, что сама станция была построена на месте обширной сети ледяных пещер внутри айсберга, что потребовало значительно меньше затрат и усилий, а «подсобка» являлась лишь малой частью этой сети, оставшейся нетронутой в ходе строительства.
Для многих ученых с «Омеги» ледяной лабиринт был не больше чем кладовкой. Зато для геологов он стал настоящим кладезем научных открытий.
— Сюда, — сказал доктор Огден, застегнув молнию на куртке до самого подбородка и накинув на голову меховой капюшон.
Биолог взял небольшой фонарик с ящика у двери, включил его и направил луч в глубь пещеры. Он постоял немного, как будто не решаясь идти дальше. Стоящая за его спиной Аманда подумала сначала, что он ей что-то объясняет, но, прежде чем она успела переспросить его, профессор тронулся в сторону тоннелей.
Аманда последовала за ним, в душе благодаря геологов за то, что те посыпали ледяной пол песком. Чем дальше они отходили от входа, тем холоднее становился неподвижный воздух. Она надела на лицо термальную маску и включила подогрев.
Биолог шел впереди, проходя мимо ниш в стенах тоннеля. Некоторые из них были пусты, другие — заполнены оборудованием и различными припасами, в том числе и скоропортящимися продуктами с маркировкой на русском языке.
«Чем не натуральный холодильник?» — подумала Аманда.
На глаза все чаще стали попадаться следы деятельности ученых с «Омеги» — отверстия, просверленные в ледяных стенах, вешки с флажками, современное оборудование и ин струменты и даже пустая коробка из-под обеда быстрого приготовления. Аманда пнула ее ногой в сторону. «Да, похоже, новые обитатели ледовой станции “Грендель” уже успели “пометить” свою территорию».
Вскоре Аманда совсем запуталась в многочисленных коридорах и ответвлениях ледяного лабиринта. Доктор Огден остановился у одного из перекрестков и осветил стену фонариком.
Аманда заметила небольшие значки разных цветов и форм, напыленные краской на льду, — красные стрелки, синие закорючки, оранжевые треугольники. Они, несомненно, служили указателями, оставленными учеными.
Огден провел рукой по зеленой точке, кивнул сам себе и продолжил путь в выбранном направлении.
К этому времени тоннели значительно уменьшились в размерах. Аманде пришлось согнуться, чтобы следовать за решительно шагающим впереди биологом. Кристаллы льда ярко сверкали вокруг в свете фонарика. Стены здесь были настолько прозрачные, что Аманда могла различить воздушные пузырьки в толще льда, переливавшиеся на свету, как жемчужины.
Она провела рукой в перчатке по одной из стен. Идеально гладкая. Такие тоннели и пещеры обычно образовываются во время летнего таяния льда на поверхности, когда теплая вода просачивается через трещины и разломы вглубь айсберга. С новым похолоданием поверхность замерзает, и вся вновь образованная система ледяных лабиринтов надежно сохраняется до следующего потепления.
Аманда завороженно смотрела на голубоватые стены из кристально чистого льда. От этой холодной красоты, как ни странно, веяло чем-то теплым. Увлекшись живописной картиной, она поскользнулась, упала и едва не покатилась кубарем по коридору, но в последний момент успела ухватиться за выступ в стене.
Доктор Огден обернулся и произнес:
— Осторожно. Здесь начинается скользкая дорога.
«Мог бы и раньше предупредить», — подумала она, рывком поднимаясь на ноги. Профессор снова двинулся в глубь тоннеля, а Аманда на секунду задержалась у выступа, за который ухватилась. Присмотревшись, она с удивлением обнаружила, что это каменный обломок, вмерзший в лед, или, как называли его геологи, — «вкрапление». Она погладила его с благоговением. Подумать только — перед ней был кусочек древней почвы возрастом в десятки тысяч лет!
Биолог повернул за угол, и в тоннеле воцарился мрак. Аманда поспешила за профессором, ругая себя за то, что не захватила фонарик. Теперь она внимательно смотрела себе под ноги, осторожно ступая по скользкому льду. «Похоже, геологи сюда еще не добрались».
Коридор постепенно расширялся. В прозрачных стенах виднелись каменные валуны, а еще глубже во льду — какието едва различимые формы. Аманда догадалась, что они, вероятно, достигли большого скопления почвенных вкраплений. «Скованная льдом лавина», — промелькнуло у нее в голове.
За углом тоннель внезапно обрывался у входа в обширную пещеру. Аманда снова поскользнулась и въехала в пещеру на спине, притормаживая широко раскинутыми руками. Она встала на ноги и долго осматривалась, не веря своим глазам. Ледяной пол был размером со спортивный каток, а вся пещера напоминала величественный собор изо льда и камня, созданный самой природой.
Она стояла в окружении ледяных стен, но противоположная половина огромного зала представляла собой массивную каменную чашу.
Аманда вздрогнула от неожиданности, почувствовав прикосновение к локтю. Доктор Огден пытался привлечь ее внимание.