Чтение онлайн

— Что ты такое говоришь!

— Ты меня слышал.

— Докажи всем, что он блефует. — Макс ехидно усмехнулся.

— Точно, — поддержал его Катастрофа Бейкер. — А если он приведет угрозу в исполнение, ты сможешь заменить отрезанный член алмазным. Во-первых, он будет отлично смотреться с золотой и серебряной руками, а во-вторых, никогда не упадет.

И скоро все начали убеждать преподобного Билли Карму прикоснуться к Золушке, чтобы посмотреть, что за этим последует. Он вроде бы уже задумался, а может, стоит, но пожал плечами и решительно покачал головой.

— Я не могу этого сделать. Совершенно очевидно, что ее влечет к этому невзрачному молодому человеку. Одному только Богу известно, почему, поскольку она могла остановить свой выбор на таком неотразимом слуге Господа, как я, и мне не хочется думать, что я могу изувечить его, а то и убить, если он нападет на меня. Нет, я думаю, что лучше мне не мешать любви молодых. — Он подмигнул Золушке. — Но, если тебя потянет на зрелых, опытных мужчин, ты знаешь, к кому обратиться, не так ли?

Золушка улыбнулась.

— К Катастрофе Бейкеру?

Все засмеялись. Все, за исключением Билли Кармы. Он сидел и хмурился, словно не понимал, как она могла так ошибиться.

— Если ты хочешь, чтобы женщина стала твоей, любая женщина, надо найти к ней особый подход и точно выбрать момент, — заметила Мать Земля.

— Немалую роль играют внешность и манеры, — вставила Силиконовая Карни.

— А также одежда, плавность речи и личная гигиена, — добавила Золушка.

— На это уйдут годы! — запротестовал Билли Карма.

— Значит, придется потратить эти годы, — ответил Никодемий Мейфлауэр. — Не зря же говорят: бесплатных ленчей не бывает.

— Черта с два. Томагавк раздает их каждый день.

— Лучше оставайся самим собой. — Макс все улыбался. — Я просто представить себе не могу, что ты будешь здесь делать, если превратишься в денди, как они тебе советуют.

— А что ты вообще здесь делаешь? — пожелал знать Никодемий Мейфлауэр. — Почему ты не с паствой, которую должно вести по пути истинному?

— Моя церковь — галактика. — Билли Карма взмахнул рукой. — И каждое разумное существо — мой прихожанин. — Он помолчал, потом добавил: — Прежде всего, с большими буферами.

— Это ты тонко подметил, — хмыкнул Макс.

— Я учился у эксперта, — фыркнул Билли Карма. — Филистимлянин! — И уткнулся в свой стакан.

— Его послушать, так получается, что филистимляне — исключительно люди, — заметила Мать Земля.

— А разве нет? — спросил Бейкер.

— Разумеется. Или ты думаешь, что это единственный вид разумных существ, у которого мужские особи плохо воспитаны, беспринципны, грубы и вообще отвратительны?

— Как-то не думал об этом, — признал Бейкер.

— Уверяю тебя, не единственный.

— А кто хуже?

— Я не говорила, что есть кто-то хуже, — напомнила Мать Земля. — Просто есть и другие.

— Понятно, и ты готова о них нам рассказать?

— Естественно.

Как вы сами видите (начала Мать Земля), я не сложена для битвы. Черт, и тридцать лет назад на войне мне делать было нечего, пусть и выглядела я не хуже Золушки.

Вот я и решила поработать медсестрой в госпитале пришельцев на Элизабет Йоркской, спутнике Генриха VII. Подумала, что моей лептой в победу станут знания об анатомии пришельцев, которые я каким-нибудь способом смогу передать Катастрофе, Урагану и остальным.

Как выяснилось, пришельцы не слишком отличались от нас.

* * *

— Они точно выглядели иначе, — прервал ее Большой Рыжий.

— А больших садистов среди людей я просто не встречал, — добавил преподобный Билли Карма. — За исключением разве что Бейкера, Смита, Гейнса, Макса да дамы-киборга.

* * *

Вы путаете социальные различия с физиологическими (продолжила Мать Земля). Но, кстати, одно важное социальное различие имело место быть.

Я увидела, как солдат ущипнул за зад медсестру, когда она проходила мимо его кровати. Я подождала, пока врачи и медсестры уйдут из палаты, потом подошла к нему.

— Я заметила, что ты сделал чуть раньше.

— Ничего особенного, стонал и спал, — ответил он.

— Я про медсестру.

— Так уж вышло. — В голосе слышались извиняющиеся нотки. — В должное время меня отправят домой, я найду подругу жизни и утолю свой голод.

— А чего ждать так долго? — спросила я.

— Никто из медсестер не захочет стать моей подругой жизни. До того, как меня призвали в армию, я был простым фермером.

— Кто говорит, что они должны стать твоей подругой жизни?

— Ты рехнулась? — У него округлились глаза. — Ты знаешь, как наказывается изнасилование?

— Я не говорю про изнасилование.

Мои слова поставили его в тупик.

— Тогда о чем ты говоришь?

— У людей все устроено следующим образом. Если у мужчины возникает сильное желание утолить свои сексуальные потребности, всегда находится женщина, готовая ему в этом помочь.

— Подруга жизни, так?

— Точнее вечерняя подруга.

— Ты хочешь сказать, что они не должны оставаться вместе всю жизнь?

— Именно это я и хочу сказать.

— Но… почему женщины готовы в этом участвовать?

— Потому что им за это платят.

— Ты хочешь сказать…

— В нашем обществе это древняя и уважаемая профессия.

— Madre de Dias!* [21] — воскликнул он, разумеется, на своем языке. — Потрясающая идея!

— Ты думаешь, ваши мужчины ее одобрят? — спросила я.

— Еще как!

— А женщины?

— Безусловно. Многие из них требуют от потенциальных женихов детального финансового плана обеспечения их нужд на всю жизнь. Думаю, они поддержат это революционное предложение еще активнее, чем мужчины.