Аудитор
Шрифт:
Бороться с дамскими истериками, как и «лечить» кого бы то ни было, в планы Савельева абсолютно не входило. Но с этим счастьем надо было срочно что-то делать. Тушь текла по щекам, нос распух, в руке скомканная салфетка.
– Марина, Марина, ну, успокойся, что ты, – Стас аккуратно вел плачущую барышню к умывальнику. – Всё будет замечательно.
Ты умница, красавица…
«Несу бред какой-то», – думал про себя Савельев.
– Какая я красавица, мышь серая, – вытирала слёзы Марина.
– Ты с ума сошла! Посмотри на себя внимательно.
Стас взял Митрофанову за плечи и хорошенько встряхнул. Она подняла глаза на отражение в зеркале. Растрепавшиеся волосы натурального, изумительного пепельного оттенка, добиться которого непросто даже самым хитрым стилистам, тонкие черты лица, без косметики ставшие ещё нежнее.
«Какого чёрта, в самом деле, может он прав, – пришла в голову мысль. – Что я загоняю себя все время, кому и что доказываю? Если блондинка, то значит – дура? А если умная, то значит – синий чулок?»
– Смотри на себя и повторяй: «Я себе нравлюсь!», ну давай же, «Я себе нравлюсь!» – Стас видел, что истерика почти закончилась. – Если ты каждый день будешь повторять это 50 раз, у тебя всё будет замечательно, нельзя жить с такой низкой самооценкой, в первую очередь нужно полюбить себя.
– Я себе нравлюсь, – сначала нерешительно произнесла Митрофанова. – Да, я себе нравлюсь, – теперь получилось более уверено.
Она обернулась навстречу Стасу. Дальше все уже сложилось само собой. Рухнул какой-то внутренний барьер, всё перестало иметь значение, осталось только ощущение свободы. Полное освобождение от стереотипов, страхов, условностей.
Под утро Марина покинула гостиничный номер без лишних сожалений, с мыслью о том, что теперь всё и на самом деле будет замечательно. Савельева она будить не стала, только оставила записку.
17. Тестоедов атакует
«Регулярное прослушивание концертов классической музыки привело к повышению надоев молочного стада колхоза «Путь Ильича» на пять литров с одной единицы поголовья фуражного стада!», – в голове Зои Шариповой отчетливо прозвучал идиотски восторженный голос радиодиктора советских времен.
Салон автомобиля, в котором Зоя и ее шеф, мэр Приуральска Юрий Тестоедов, направлялись в Чуковский, был заполнен звуками симфонического оркестра. Мерно перемалывающие жевательную резинку челюсти Тестоедова в сочетании симфонической мелодией и вызвали такие странные ассоциации.
Мэр обожал музыкальную классику. Он оснастил свой «Порш-кайен» самой совершенной стереосистемой, какую только можно было отыскать в Приуральске. В дальних поездках он предпочитал слушать Гектора Берлиоза.
«Идеальная музыка! – говорил мэр-меломан своей верной Зойке, – ничто так меня не расслабляет физически и не концентрирует интеллектуально, как Берлиоз».
При этом Тестоедов тщательно скрывал свои музыкальные пристрастия. Негоже публичному политику в стране, которая гордится победами на конкурсе Евровидения, признаваться в любви к симфонической музыке, пусть даже слегка попсовой. Поэтому Тестоедов держал в своей машине на всякий случай диск группы «Любэ», который ставил для посторонних. И Зойка одобряла подобную тактику: «Путин, может, втихаря вообще Баха слушает. Но его официальная любовь – «Любэ». И это правильно!».
Тестоедов только внешне казался расслабленным.
Мысленно он готовился к важнейшему разговору, прорабатывал сюжет предстоящей беседы с директором Чуковской текстильной фабрики Кайгородовым до мелочей.
А Шарипова, поглядывая на унылый весенний пейзаж, проплывающий за окном, прокручивала в голове другую беседу, которая состоялась не так давно.
Собираясь с помпой отметить свое 45-летие, Тестоедов решился на необычный для провинциального города шаг. Он не стал заказывать банкет в одном из VIP-ресторанов краевого центра, а позвал гостей на конюшню городского ипподрома. Барная стойка и фуршетные столы располагались напротив стойла, в котором нервно бил копытом племенной жеребец Ворон – местная знаменитость. Официанты, естественно, были одеты жокейскую форму и комплекции были соответственной: субтильные на грани лиллипутства. В число избранных гостей, которым разослали шикарные пригласительные билеты, входил и новый начальник краевой налоговой инспекции Дмитрий Архаров. Стоит ли говорить о том, что сопровождала его Альфа-самка – Татьяна Балобанова. После того, как светская тусовка перешла в неофициальную фазу, когда гвоздь программы – дефиле девушек из местного дома моделей верхом на лошадях – сорвал ожидаемый шквал аплодисментов, состоялась встреча при свечах. Две пары – Тестоедов и Шарипова, Архаров и Балобанова – присели за небольшой столик в углу зала и завели содержательную беседу.
– Рад лично с вами познакомиться, Дмитрий Геннадьевич. С вашим предшественником у нас были замечательные отношения. Понимали мы друг друга всегда с полуслова.
– Благодарю вас за приглашение, Юрий Рудольфович. Я тоже надеюсь на конструктивное сотрудничество.
Пока мужчины обменивались приветствиями, дамы постреливали друг в друга изучающими взглядами. Обе были прекрасно осведомлены о том, какую роль в жизни города играла каждая из них. Но личная встреча – совсем другое дело.
«Да у нее на лбу можно клеймо ставить: торговка-блядь-воровка, и как только мало-мальски интересный мужчина мог купиться на такую убого-вульгарную бабищу!» – вынесла вердикт Альфа-самке Зоя Шарипова.
«Ни рожи, ни кожи! Чем берет – непонятно. С такой внешностью парой-тройкой приемчиков из «Камасутры» не отделаешься», – и Татьяна в своем приговоре была безжалостна.
При этом дамы мило улыбнулись друг другу и с преданностью посмотрели на своих кавалеров.
– Дмитрий Геннадьевич, вы у нас – человек новый. Осмотритесь, может быть и осядете?
– Ничего сказать не могу. Мы – люди подневольные. Москва решает, где кому служить.
– Москва Москвой – а местные власти тоже кое-какое значение имеют. Как вы относитесь к нашему губернатору?
Задать собеседнику неуместно откровенный, провокационный вопрос после расслабляющей неофициальной беседы – таков был любимый прием Тестоедова. Архаров пришел в замешательство. В крае все знали, что губернатор – один из немногих либераловрыночников во власти – был не в чести у Кремля. Пару лет назад налоговая произвела публичную порку: проверка сети магазинов, принадлежавших жене губернатора, закончилась грандиозными штрафами. В Приуральске сразу заговорили о том, что грядет смена начальства. Но губернатор в своем кресле удержался, однако слухи о его снятии постоянно будоражили общественное мнение региона. А Тестоедов в неофициальных рейтингах возможного преемника на посту руководителя края занимал далеко не последние строчки.