Чтение онлайн

– Почему они будут это делать?

– Потому что дети похожи на полоскребов: они коллекционируют разные вещи, особенно если думают, что эти вещи имеют ценность. Ты должен это знать. Ты когда-то был одним из них. Может быть, ты и сейчас один из них, откуда мне знать? Я ведь всего лишь летучая мышь.

– Я буду спать.

– Хорошо, ты спи, а я покараулю.

– Зачем? – спросил полоскреб, нервно вглядываясь в непроглядную темноту.

– Ты сам прекрасно знаешь зачем.

Полоскреб невольно содрогнулся, подумав о том, что Хранители могут быть рядом. Хотя у него не было никакой особой причины беспокоиться, он боялся, что сделал что-то неправильно, даже не заметив этого. А Хранители не будут выслушивать твои жалобы, извинения или объяснения, почему ты так поступил. Им достаточно верить в вину какого-либо существа, чтобы действовать.

– Эй, вы это видели? – крикнул Алекс Хлое и Джорди, возвращаясь к месту их ночлега от питьевого зонтика.

– Что? – спросила Хлоя не очень заинтересованным тоном. Она решила, что ее брат снова нашел старинную игрушку, работающую на пару, или что-нибудь в этом роде.

– Там слово написано на полу в пыли.

– И какое же слово?

– Что-то про какую-то Кэйт.

– Может, это пауки проделали дорожки в пыли?

– Нет, – твердо ответил Алекс. – Это точно слово. Оно здесь, пойдем, я покажу тебе.

И он показал место, где в пыли были начерчены буквы.

– Здесь написано «Кэйтерфелто». Это ничего не значит, так ведь?

– Я не знаю. Смотри, тут еще! «Марки? Монеты?»

При этих словах Джорди подошел и посмотрел на слова в пыли.

– Круто! – сказал он. – Аттиканские граффити. Марки и монеты. Слушайте, ребята, но они ведь должны быть здесь! Настоящие сокровища, я имею в виду. Я однажды слышал о парне, который нашел на чердаке конверт с маркой, которая стоила тысячи! Думаю, это была марка Маврикия. Он жил в Восточной Германии и был очень беден, поэтому для него это было целое состояние.

– Такие деньги для любого много бы значили, – сказала Хлоя.

– И монеты! – радостно закричал Алекс. – Здесь должны быть монеты. И старые военные медали. Наше путешествие превращается в охоту за сокровищами. Мы можем разбогатеть!

– Ну, вначале нам нужно найти часы мистера Грэнсома, – заметил Джорди.

– Это так, – согласилась Хлоя. – Но если во время их поисков мы набредем еще на какие-нибудь сокровища, то кому будет плохо, если мы их заберем?

Двое старших детей полностью забыли о первом слове, написанном в пыли: Кэйтерфелто. Оно стерлось из их памяти, поскольку они возомнили, что находятся в пещере Аладдина. Теперь их умы полностью были заняты поисками монет и марок. Они жадно обшаривали глазами пол, ища на нем яркую золотую вспышку или тусклый серебряный отблеск. Или грязно-желтую пачку древних конвертов, возможно, даже перетянутых резинкой. Это приключение подняло их дух.

Они брели по испещренному узкими полосами света миру Аттики, как три маленькие мышки, потерявшиеся в огромном замке. В полдень началась пыльная буря. Первый порыв ветра прилетел со стороны горы ржавого оружия. Серая, не дающая дышать пыль плотными волнами летела от досок и из щелей между ними. Дети повязали носовые платки вокруг носа и рта, но пыль все равно проникала в их легкие. Вокруг них летали обрывки паутины с дохлыми пауками. Они брели спотыкаясь и задыхаясь, нигде не находя укрытия от удушливой и ослепляющей бури.

Уже почти обессилев, они наткнулись на пустынную аттиканскую деревню, где хижины были сделаны из старых буфетов. Дети тут же залезли в шкафы и плотно закрыли за собой двери. Снаружи буря еще бушевала некоторое время, но в конце концов она стихла, и они смогли выбраться из своих темных нор под тусклый и сумрачный аттиканский свет. Вокруг было очень тихо. И с ними ничего не случилось. С другой стороны, возможно, они и не были в полной безопасности, поскольку обитатели покинутой деревни могли быть где-то неподалеку.

Тем не менее после того как буря стихла, никто не появился, и дети решили, что попали в деревню-призрак, заброшенное место, давным-давно покинутое по каким-то причинам. Деревня стояла в тени огромной горы, и Хлоя почувствовала грусть, глядя на царство деревянных буфетов, застекленных шкафчиков и груды мусора, валяющегося между ними. Кто-то когда-то любил свою деревню и заботливо украшал ее садами из серебряных канделябров, над которыми висели искусственные водопады хрустальных подсвечников. Стеклянные «драгоценности» в скупых лучах солнца сверкали, как настоящие бриллианты. Под ними канделябры искрились, как серебряные цветы на волшебной клумбе. А вокруг не было никого, чтобы насладиться этой красотой.

«Куда же девались люди?» – подумала Хлоя.

– Мертвая деревня, – постановил Джорди так, как будто его решение основывалось на длительных научных изысканиях. – Ни души вокруг.

– А то! – насмешливо отозвался Алекс. – Может, всех местных жителей уничтожили?

– А кто бы мог это сделать? – отрывисто спросила Хлоя, которая очень нервничала, всей кожей ощущая, что на этом месте свершилось какое-то страшное событие.

Алексу совсем не хотелось расстраивать свою сестру.

– А кто его знает? – пожал он плечами. – Может, какое-то другое племя?

– Аттиканские волки, – сказал Джорди. – Я слышал их прошлой ночью.

Хлоя покачала головой:

– Это был просто ветер, который грохотал жестяными карнизами дома. Нет, вот уж чего мы здесь не видели, так это животных. Ну если не считать летучих мышей и насекомых. Это не очень понятный мир, и, чем дальше мы в него заходим, тем непонятнее он становится. Но, я считаю, одну вещь мы про него можем сказать точно: он не похож на тот мир, который остался снаружи.

– В Англии нет волков.