Атомный сон (Cборник)
Шрифт:
Антон криво улыбается и отдает ей пузырек.
– Антон, – негромко говорит Илья. – Совершенно не обязательно…
Антон качает головой. Кивает девушке, ожидающей чего-то.
Тигренок молча выливает пузырек в раковину. Наигранно-деловым голосом произносит:
– А теперь я тебе внушаю, что ворожея была мошенницей, ты это сразу понял и не стал связываться. О нашем появлении ты тоже ничего не помнишь. В общем-то все так оно и происходит на самом деле. Правда, Зинаида Павловна?
– Истинная правда, – отвечает ворожея. От ее былой угрюмости не осталось и следа, теперь это – милая интеллигентная старушка. – Я думаю, что Антон справился. Зачет ставлю без малейших колебаний.
Антон непонимающе смотрит на ворожею, потом оглядывается на Тигренка: та улыбается и виновато разводит руками.
Семен откашливается и говорит:
– Зинаида Павловна – наш уважаемый и опытный сотрудник. Сейчас на пенсии, но экзамены принимать помогает… Ты уж извини – так принято. В обстановке, приближенной к боевой.
– Угу, – задумчиво говорит Антон. – Понятно. – Смотрит на ворожею: – Дарья… простите, Зинаида Павловна, а я и впрямь был убедителен?
– Абсолютно убедителен, Антошка, – говорит «ворожея». – Ты молодец. Можешь с этой легендой отправляться на настоящее задание.
– Я… не буду, – говорит Антон.
– Почему? – удивляется Илья. – Есть настоящая ведьма, которая именно так действует. Зинаида Павловна замечательно ее сыграла, аж мороз по коже! Год уже следим… все никак не можем взять на горячем…
– Не хочешь выступать провокатором? – с пониманием спрашивает Семен.
– Не в том дело, – говорит Антон. Смотрит на товарищей. – Если я пойду к ведьме с этой историей… чем я буду лучше самой ведьмы? Я все предам, все, что у меня было с Надей…
– Она же тебя предала, – напоминает Илья.
– А я ее – нет, – пожимает плечами Антон. Обводит взглядом коллег.
– Антон, но ведь ты уже пошел, – говорит Тигренок. – Ты согласился, думая, что идешь к настоящей ведьме!
– Я не знал, что это будет так… соблазнительно, – говорит Антон. – Я… не уверен, что вызову группу захвата. Давайте придумаем другую историю, я постараюсь убедить ведьму. А с этой… нет.
Ему больше никто не возражает, и Антон говорит:
– Я пойду, ребята.
– Тебя подбросить? – спрашивает Семен.
– Да нет, я на метро… До свидания, Зинаида Павловна. Вы замечательно сыграли.
Антон выходит, хлопает дверь.
Зинаида Павловна вздыхает, потом преувеличенно бодро говорит:
– Что ж, все перемелется… Ведьму ту придется как-то иначе брать. А допуск к оперативной работе я Антону подписать готова.
Все начинают суетливо двигаться к двери, прощаться с Зинаидой Павловной.
– Реквизит-то восстанови! – окликает Зинаида Павловна Илью. Тот хлопает себя по лбу, проводит над лицензией рукой – красная печать гаснет.
Улица, машина Ночного Дозора. Семен прогревает двигатель, Тигренок сидит на заднем сиденье, хмурится.
– Чем недовольна? – спрашивает Илья.
– Так… – отвечает Тигренок. – О дуре той думаю, что Антона бросила. Не люблю я таких…
– А должна любить, – наставительно говорит Семен. – Они – всего лишь люди.
В кармане у Ильи звонит телефон. Машина уже трогается, когда он достает трубку, отвечает:
– Илья. Да, все в порядке. Антон молодец, свою роль отыграл замечательно, старушка наша в восторге. Говорит – хоть завтра может работать… Что? Да… Да. Проспект Вернадского… понял. Понял. Да.
– Что стряслось? – спрашивает Семен, выезжая со двора.
– Езжай на Вернадского, – отвечает Илья.
– А отсюда в город только одна дорога. Что у нас?
– Вампиризм.
– Опять? – Семен не ждет ответа. Только лицо его напрягается.
Сзади слышен треск рвущейся ткани. Илья оборачивается – спинка кресла перед Тигренком распорота, будто по ней провели четырьмя острыми ножами. Тигренок сидит, чинно положив руки на колени. Виновато говорит Илье:
– Извини. Я сама в сервис сгоняю… Не сдержалась…
Темная квартира. Зал. Тяжелые шторы, из люстры и бра выкручены лампочки и лежат на столе – чтобы случайно не включить. Спальня – то же самое. Зарывшись в одеяло, спит Антон. Нет, уже не спит – ворочается, не отнимая лица от подушки. Он лежит как человек, привыкший делить с кем-то постель – занимая лишь половину кровати. На другой половине, на подушке, лежит большая мягкая игрушка.
На тумбочке звонит мобильник. Антон протягивает руку, подносит телефон к уху. Молчит.
– Антон? – Голос из трубки. Официальный, суховатый голос женщины-диспетчера.
Мужчина молчит.
– Антон, девять часов. Солнышко уже село. Ты просил тебя разбудить.
– Спасибо, – хрипло говорит Антон.
– Удачной охоты, Антон.
Мужчина встает. Сидит какое-то время на кровати, проводит рукой по плюшевой собачке, потом встает, идет в ванную. Включает свет – в патрон ввернута красная лампочка, свет как в фотолаборатории. Антон проходит на кухню – там тоже плотно задернуты шторы. Открывает холодильник, дергаясь от загоревшегося внутри света: среди йогуртов и прочей еды стоят две медицинские бутылочки с темной жидкостью. Антон мрачно смотрит на них, потом качает головой и возвращается в ванную. Начинает чистить зубы. Подозрительно трогает их пальцем.
В этот момент звенит дверной звонок. Антон идет к двери. Приоткрывает дверь, оставаясь в коридоре.
В дверь заглядывает молодой парень, вполголоса говорит:
– Пойдем… у нас только полчаса.
Антон уходит одеваться.
Кабинет поликлиники. Прием только что закончен. Молодая женщина-врач снимает халат, берет с вешалки пальто – и замирает, о чем-то задумавшись. Рядом собирается молоденькая медсестра. Смотрит на женщину, осторожно спрашивает:
– Света, все в порядке?