Чтение онлайн

— Не знаю. У вас есть стаканы? — Выражение лица Финлэйсона, можно было интерпретировать как неодобрительное, но Блэк, казалось, не верил в использование выражения лица. Брэди разлил дайкири из фляжки тем, кто был с ним заодно, и спросил: — ФБР уже поставлено в известность?

— Вынужденно, — ответил Блэк.

— Вынужденно?

— По закону полагается сообщать о любом нарушении торговых отношений между штатами. Честно говоря, не могу представить, чем они могут помочь.

— Они уже на насосной станции?

— Нет, они еще и не появлялись: ждут нескольких армейских офицеров — артиллеристов для компании: специалистов по бомбам, взрывчатке и тому подобным вещам.

— Зря тратят время. Среди тех, кто построил и эксплуатирует трубопровод, довольно таких знатоков взрывчатки, каких не найти ни в одном армейском подразделении: экспертов по взрывчатке. Убийцы не оставили даже следов взрывчатки на четвертой станции.

Если молчание можно охарактеризовать как холодное, то, наступившее после этих слов, можно расценить как ледяное.

— Значит ли это то, что я думаю, это значит? — сказал Финлэйсон холодно.

— Можете себе представить, именно так. Объясни, Джордж, — сказал Брэди.

Демотт объяснил. Когда он закончил, Финлэйсон произнес:

— Абсурд. Зачем кому-то из наших служащих идти на такое преступление? Бессмысленно.

— Всегда неприятно, когда оказывается, что пригрел на груди змею, — сказал Брэди сочувственно. — Мистер Блэк?

— Мне кажется это возможным, но только потому, что нет других объяснений на данный момент. Что думаете вы сами, мистер Брэди?

— То же самое, о чем я спрашивал мнение Броновского до того, как мы устроились в этом кабинете.

— Да. Помню. — Броновский выглядел сконфуженно. — Мне не нравится эта версия о внутренних диверсантах. Слишком уж правдоподобно она выглядит. Но если принять ее, то сразу можно показать пальцем на нас с Тимом. — Броновский помолчал. — У нас с Тимом есть вертолет. Мы были в нужном месте почти в нужное время. Нам известны десятки способов повреждения трубопровода. Не секрет, что мы имеем большой опыт взрывных работ, поэтому для нас было бы нетрудно устроить взрыв на четвертой станции. — Он снова помолчал. — Но кто заподозрит начальника службы безопасности и его заместителя?

— Я, например, — сказал Брэди, глотнув спиртного и вздохнув. — И я бы уже засадил вас за решетку, если бы не ваш безупречный послужной список, отсутствие видимых мотивов и тот факт, что невероятно, чтобы вы действовали так неуклюже.

— Не неуклюже, мистер Брэди. Убийцы были или глупы до идиотизма, или очень напуганы. Их действия отличает совершенный непрофессионализм. Зачем они пристрелили двух инженеров? Почему оставили убитых, не скрыв следы преступления? Почему просто не стукнули так, чтобы те потеряли сознание. Существуют десятки способов этого добиться, не оставив видимых следов. Не взорвали, наконец, вместе со станцией? Божье провидение, и не было бы никаких следов убийства.

— Дилетантство всегда огорчительно, не правда ли? — Брэди повернулся к Финлэйсону. — Могли бы мы связаться с Анкориджем? Спасибо. Джордж, какой номер? Поговори сам, пожалуйста. — Демотт взял трубку, и в течение четырех минут, доступная слуху присутствующих, его половина диалога сводилась к немногим односложным словам.

— Будто вы этого не знали, — сказал Демотт, положив трубку.

— Неудача? — спросил Маккензи.

— Слишком большая удача. Полиция Анкориджа указывает не на одну, а на четыре телефонных будки. В тот неурочный час подозрительные личности или были внутри, или отирались поблизости. Из всех четырех автоматов извлечено необычно много монет высокого достоинства. Все монеты были изъяты и доставлены в полицейский участок. Но отпечатки пальцев еще не сняты, и потребуются часы, чтобы сравнить их с картотекой.

— Важность этого звонка мне непонятна. Какая здесь связь с четвертой насосной станцией? — сказал Блэк с саркастической сдержанностью.

— Возможно, есть связь, — сказал Брэди, — Но может, и нет. Нам известно наверняка, что «Санмобиль», кампания, разрабатывающая месторождение битумного песка к северу от форта Мак-Муррей, в Альберте, получила угрозу, касающуюся их линии перегонки нефти. Текст угрожающего сообщения почти идентичен тому, что получили вы, разница лишь в том, что ваш получен по почте, а они получили его по телефону. Звонили с общественного телефона в Анкоридже. Мы пытаемся выяснить, из какой телефонной будки звонили и надеемся на удачу с отпечатками пальцев, чтобы узнать, кто звонил.

Блэк ненадолго задумался и сказал:

— Забавно. Угроза нефтедобыче Аляски пришла из Альберты, а угроза Альберте пришла с Аляски. Должна быть связь с четвертой станцией: у совпадения не бывает таких длинных рук. И в то время, когда вы сидите здесь, мистер Брэди, злоумышленники, возможно, закладывают взрывные устройства в стратегических точках нефтяного промысла «Санмобиля».

— Меня тоже посещала эта мысль. Однако, подозрения и предположения вряд ли нам помогут, пока не будут выяснены действительные обстоятельства. Мы надеемся, что нам удастся найти одно — два неоспоримых свидетельства даже на самой четвертой насосной станции. Собираетесь туда, мистер Блэк?

— О боже! Конечно, нет. Я из тех граждан, что не расстаются с письменным столом. Но я буду ждать вашего возвращения с большим интересом.

— Возвращения? Я никуда не собираюсь. Те заледенелые просторы — не для меня. Мои превосходные помощники прекрасно знают, что нужно искать. Кроме того, кому-то все равно нужно оставаться на командном пункте. Далеко ли до четвертой насосной станции, мистер Броновский?

— Для вертолета? Сто сорок миль, ни больше, ни меньше.

— Великолепно. У нас достаточно времени, чтобы восполнить пропущенный ланч. Ваша столовая еще открыта, мистер Финлэйсон, я полагаю, и винный погреб сносен?

— Очень сожалею, мистер Брэди, — Финлэйсон даже не пытался скрыть злорадство в голосе. — Правилами кампании алкоголь строго запрещен.

— Нет нужды заниматься самоистязанием, — сказал Брэди вежливо. — У меня на борту лучшая винная коллекция к северу от Полярного Круга.

Три дуговых лампы, работающие от генератора, освещали полуразрушенную насосную станцию и разбитое вдребезги оборудование, создавая жесткий контраст между сияющей белизной и какой-то потусторонней чернотой без всяких полутонов. Снег медленно падал сквозь исчезнувшую крышу, а сильный ветер подхватывал тонкие белые облака и выдувал в зияющую дыру в северной стене. Совместным действием двух снегопадов уже смягчились и сгладились очертания механизмов, но недостаточно, чтобы скрыть, что моторы, генераторы, насосы, распределительные щиты или полностью разрушены, или серьезно повреждены. Снегом были милосердно занесены и два тела, лежавшие рядом с жалкими останками распределительного щита. Демотт внимательно осматривался вокруг. Его лицо было безрадостным, как та сцена, что предстала их взорам.