Чтение онлайн

Михаил же, в отличие от своего падшего собрата, напротив, устыдился своего равнодушия. Сам факт того, что девушка, во всех отношениях брошенная небесами на произвол судьбы, нашла в себе силы и веру бороться за заблудшее людское племя, пробудил новую надежду и в великом архангеле. Пусть тысячи черных душ заполонят землю, но пока в сердцах таких, как Аврора, живет такое могущество, такая непоколебимость, ангелам есть за что сражаться. Вытянув перед собой ладонь, он одним лишь мановением руки развеял чары, заставил ветер стихнуть, а бушующую реку вернуться в привычное русло. Но то, что открылось его взгляду, поражало.

В центре огромной выжженной в земле звезды, стояла израненная молодая девушка в изодранном одеянии. Ее высокая грудь тяжело вздымалась при дыхании, лицо было искажено болью, а взгляд затуманила какая-то поволока, но энергия исходившая от нее в этот момент была столь ощутима, что ее можно было потрогать.

– Это он помог мне, – практически беззвучно прошептала она, падая на колени.

– Аврора, – укрывая ее плечи плащом, произнес Лионель, подбежав к девушке. – Вставай, нужно уходить. Буря скоро вернется.

– Он прав, – кивнул Михаил, – хаос порожденный в Аду не остановить таким образом, только замедлить. Я помогу Вам, но нужно торопиться.

Дорога много времени не заняла, видимо, порталы привязывались не к конкретному месту на земном шаре, а к энергии существ, открывающих их. Проехав по разоренным огнем предместьям, всадники обогнули городскую стену, углубляясь в лес.

– Итак, – протянул Люцифер, – ты спас ее. Почему?

– Мне не нужно идти в битву, выходит, могу позволить себе такую роскошь, – с нескрываемым упреком в адрес падшего брата, проговорил Михаил, пытаясь всячески уклониться от ответа.

– И все же, Отец не откликнулся на ее призыв, а значит, девчонка должна была умереть, но ты проявил неповиновение и защитил ее, а теперь решился сорвать его печать, хотя до этого был непоколебим. Два непростительных для ангела греха за один день. Ты понимаешь, чем рискуешь? И все ради чего?

– Ради людей, брат, ради людей, – ответил архангел.

– Ты готов умереть из-за кучки этого порочного, алчущего крови отребья? Ты сам видел их сегодня, жалкие шакалы, предатели и воры.

– Но я видел и другое, – взглянув на Аврору, задремавшую на плече Лионеля, произнес он. – Мне открылась вера, которой нет даже в сердцах некоторых ангелов, отвага, самопожертвование и милосердие. Люди… у них есть изъяны, но они стараются стать лучше, умеют прощать… если она верила во все это, то как могу не уверовать я?

– Сразу видно, ты плохо их знаешь, – пренебрежительно фыркнул Люцифер, останавливая своего коня. – Покажитесь! – проговорил он, и голос его эхом разнесся меж деревьев, будто громовой раскат.

– Кто это? – еле слышно пискнула Аврора на ухо Лионелю, наблюдая за тем, как из ночного сумрака выступили мрачные тени. Десятки, нет сотни бестелесных созданий, покинувших свои земные оболочки.

– Демоны, запертые в этом мире, те кто откликнулся на призыв Асмодея, те кого сумел найти мой фамильяр, – ведьмак указал на ворона, сидящего на ветке, – за такое короткое время.

– Пора, – спешиваясь с коня, произнес Люцифер, вставая около полуразвалившейся арки, которая во времена Римской Империи была частью оборонительных сооружений. Теперь же этот могущественный оплот когда-то великой культуры хранил лишь призраков прошлого и великую тайну потустороннего мира.

– Пришло время прощаться, – помогая Авроре спрыгнуть с ретивого жеребца, с грустью в голосе произнес Лионель. Столько хотелось сказать, в стольком покаяться, но так не хотелось ворошить прошлое, которое только улеглось в сознании… Да и был ли в том смысл? Она уходила, и пусть ничто не умирает навечно, шансы на новую встречу были ничтожно малы.

– Видимо, – тихо проговорила девушка, склонив голову.

– Аврора, я… тогда, когда я предложил тебе эту сделку… я не знал…

– Не нужно, – отозвалась она. – В огне Преисподней многое видится иначе. Я простила…

Эти короткие слова целебным бальзамом разлились по его сердцу, заставив эту непокорную мышцу биться сильнее от легкого прикосновения ее руки. Удивительно, какими незначительными на первый взгляд могут быть самые важные в жизни моменты. Сделать женщину, пришедшую столь неожиданно, незабываемой, могла, пожалуй, лишь роковая судьба, подарившая надежду и тут же утащившая ее в самую глубокую бездну.

– Я должен признаться… – начал было ведьмак.

– Мадемуазель Д’Эневер, нам пора, – повелительно произнес Люцифер, протягивая ей свою ладонь.

– Прощайте, Лионель, – отозвалась девушка, подарив ему легкий поклон. – Или до встречи в новом свете, где не будет Ада и Рая, войны и ненависти, я верю, что когда-нибудь мы все окажемся там.

Подойдя к своему темному господину, она, будто верная спутница, вложила свою руку в его, бросив на ведьмака прощальный, наполненный смирением и пониманием взгляд. Верные тени Люцифера рядами выстроились за ним, не без опаски поглядывая на архангела, стоявшего на некотором расстоянии.

– Да сопутствует тебе удача, брат, – повысив голос, произнес Михаил.

– Следующая наша встреча состоится на небесах, – в полушутливом тоне, стараясь не изменять себе, отозвался Люцифер.

– Надеюсь, что нет, – с легкой полуулыбкой ответил архангел, выступая вперед. – In nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sancti. Amen* – начал Михаил и голос его играл, как перезвон ангельских труб, столь приятен он был для слуха. – Я – Михаил, первый среди архангелов и предводитель небесного воинства властью, данной мне Создателем снимаю священную печать с темных врат. Клянусь жизнью своею и великим даром небес, что помыслы мои чисты, а преданность Отцу непоколебима.

Протянув руку перед собой, он засветился изнутри и свет этот стройным лучом прошел сквозь руины, заставив землю содрогнуться, разверзнуться и выпустить из своего чрева языки пламени, которые в считанные секунды поглотили древнюю арку. Порыв нестерпимого жара вырвался на поверхность, окутывая ожидающих своей энергией. Люцифер, поддавшись какому-то самому неведомому милосердию, притянул Аврору к себе, укрывая плащом, чтобы защитить от нестерпимого жара. Языки пламени окутывали их со всех сторон, но сквозь пелену слез девушка видела, как Михаил, желая подчинить себе первородное пламя, выступил вперед. Одежда пеплом слетала с его тела, открывая присутствующим его истинное ангельское обличье.