Чтение онлайн

— Максим, я бы не смогла сформулировать это лучше, даже если бы очень постаралась. — Шелли поднялась на носочки и поцеловала меня в щеку, сморщив носик от колючей щетины. И правда давно пора хорошенько побриться.

— Вот что я предлагаю, — приподняв её за тонкую талию, поставил ее ступни на свои. Пол был прохладным, а она ходила босиком. — Почему бы нам не привести себя в порядок? А потом я помогу собрать тебе вещи и мы вместе отправимся домой, в Медвежий угол.

— Домой… — Шелли попробовала это слово на вкус и, судя по улыбке, ей понравилось. Покачиваясь, я кружил ее в вальсе без музыки. Она стала немного выше из-за того, что стояла на моих ногах, но наша разница в росте все равно была ощутимой.

— Домой, а теперь красавица скажи, где здесь ванная комната?

Жена проводила меня в смежную со спальней комнату, отделанную камнем. Проинструктировала, как включать воду и нагревать ее с помощью светящихся камней, а сама упорхнула, чтобы распорядиться по поводу нашего предстоящего отъезда.

Горячая вода была просто спасением. Я был безумно рад, что на Ашене, несмотря на весьма скудные в сравнении с современным миром технологии, разобрались с водопроводом и даже придумали, как без особых усилий нагревать воду. Хотелось провести в ванне как минимум вечность, но нужно было помочь Шелли собрать вещи и проследить за подготовкой наших экипажей. Думаю супруга будет рада моей помощи, тем более в самих вещах, я не бум-бум.

Взяв тканевую салфетку, хорошенько протер кожу смывая с себя грязь, пыль и остатки наших любовных приключений. Насухо вытерся и оделся во вчерашнюю одежду. Мы прибыли так поздно и вошли через балкон, так что никто из слуг не знал о нашем присутствии и не позаботился освежить одежду. Но так даже лучше, мне бы не хотелось, что бы кто-то врывался к нам в спальню посреди ночи и собирал разбросанную по полу одежду. Надел наплечники, пояс с оружием, повесил на шею Камень Ашера и остановился, чтобы взглянуть на себя в зеркало.

Да уж… Поморщившись, поскреб пальцами то, что уже давно стало длиннее, чем просто щетина и осмотрелся в поисках чего-нибудь, что помогло бы мне убрать растительность на лице. Да у меня тут скоро нужно будет бензопилу брать, что бы убрать все этим заросли. Мне, конечно, нравилось дразнить Шелли, но у всего есть мера. Пришла пора хорошенько побриться.

— Повезло! — Нашел тонкое лезвие, в целом оно напоминало обычную опасную бритву, так что решил, что оно вполне мне подойдет. На раковине лежал кусок душистого мыла. Взбив из него пушистую пену, нанес ее на лицо и аккуратно сбрил всю поросль, которая буйствовала с тех пор, как я попал на остров.

Умывшись, провел руками по коже и с удовольствием отметил, что она стала очень гладкой.

Снова посмотрел в зеркало. Что-то в моем отражении показалось странным и заставило меня задуматься.

С тех пор, как стал подростком, я всегда выглядел немного старше своих лет, даже если был свежевыбрит. Однако, когда впервые за долгое время у меня появилась возможность рассмотреть здесь свое лицо, то своё отражение я не узнал. Особенно сильно изменились глаза, взгляд был сильно повзрослевшим и немного уставшим.

Это меня озадачило, но вместе с тем, новый образ мне пришёлся по вкусу. Из зеркала на меня смотрел человек, который явно чувствовал себя в своей тарелке и был намного увереннее в себе, чем тот Макс, который работал в часовой мастерской и был озлоблен на весь мир. Раньше я не мог себе представить, как можно жить без телефона и других благ цивилизации: бытовой техники, транспорта, удобной одежды. А о том, что у меня появятся сразу две охренительно красивых жены, никогда даже не мечтал. Хорошо хоть к ним в комплекте не достало две тёщи.

И тут я понял, что меня изменило. — Счастье. Я просто впервые за все эти прожитые годы почувствовал себя любимым и по настоящему счастливым.

Шелли в комнате не оказалось. Я вышел из нашей спальни, прошел по анфилладе коридора и даже дошел до лестницы, ведущей на первый этаж, каким-то чудом ни разу не заблудившись в поместье, которое с недавних пор мне принадлежало. Выйдя на улицу, сорвал из первой попавшейся вазы яркий экзотический цветок и пошел дальше, прокручивая его в своих пальцах.

Ну и что, что я шел и насвистывал, как влюбленный идиот? Вокруг все равно не было никого, кто мог бы меня услышать.

— Доброе утро, господин, — поздоровалась экономка-барсучиха. Она суетилась возле каретного сарая, контролируя погрузку сундуков и мешков, которой занимались несколько слуг.

— Здравствуйте, Дороти. Чем могу помочь? — огляделся в поисках работы, за которую можно было взяться, но к тому моменту, как вышел из дома, они уже почти закончили. — А где Шелли?

— Господин, мы справимся сами, осталось немного, — улыбнулась она. — Госпожа Шелли пошла в конюшню, проверить пегасов, вернется с минуты на минуту.

Я гипнотизировал взглядом конюшню, пока из нее не показалась огненно-рыжая грива. Шелли вывела из задней части здания Метеора. Чем ближе они ко мне подходили, тем больше я улавливал его нервозное беспокойство. К тому моменту, как они подошли к нам, я уже чувствовал себя так, будто под кожей копошатся муравьи. Все мысли пегас вытеснил образами красивой, белой кобылки, которые он ежесекундно посылал мне в голову.

— Что происходит, Метеор? Прекрати сейчас же, — застонал и потер разболевшуюся голову. Было такое ощущение, что он орет мне в уши. Несмотря на просьбу, образ Победы продолжал беспрестанно вспыхивать в моей голове. — С твоей возлюбленной все будет в порядке, приятель, обещаю. Мы заберем ее в Медвежий угол, как только приведем в порядок конюшни, пока они для нее недостаточно хороши. Потерпи немного и всё будет.

— Пегас гордо вскинул голову, топнул копытом и, фыркнув, гордо расправил свои яркие крылья.

— Когда конюшни будут готовы, мы пошлем за ней, обещаю тебе. Пока там есть место только для тебя. Ты же не хочешь, чтобы Победа провела ночь на сквозняке и сырости? — заверила его Шелли, а потом, закатив глаза, обратилась ко мне. — Ты не поверишь, но Победа устроила такую же истерику.

Высокомерный зверь, обдумав ее доводы, засвистел и тряхнул черной гривой, соглашаясь со словами моей жены. Дальше все пошло как по маслу. Ничуть не сопротивляясь, мой пегас дошел до кареты и позволил конюхам надеть на него упряжь.