Чтение онлайн

Гости мгновенно сорвались со своих мест, испуганно что-то выкрикивая... Женщины стали рыдать. Послышались скрежет и лязг металла, звуки извлекаемого из ножен оружия.

Некоторые опрометью бросились в дом за револьверами и мушкетами. По газонам уже мчались какие-то темные фигуры, размахивающие оружием.

Терраса наполнилась толпой сражающихся друг с другом людей, из ртов которых вылетали проклятия, отчаянные вопли...

Ярко-красные капли крови окрасили каменные плиты пола.

Ошеломленная Элен, все еще не веря своим глазам, увидела, как Дюран спрыгнул с лестницы, чтобы схватиться с жилистым негром в набедренной повязке. Жених вырвал из липких от крови рук воина мачете. Яростно размахивая оружием, Дюран вскоре скрылся из поля ее зрения. Взгляд Элен переметнулся к фигуре отца. И в этот момент она увидела, как чей-то топор вонзился в его шею.

Девушка, охваченная ужасом, беспомощно вскрикнула. Она стала медленно спускаться по ступенькам, не в силах оторвать взгляда от распростертого тела отца. Какой-то негр с изрытым оспинами лицом, увидев на лестнице Элен, ринулся вверх по ступеням. В руках он держал вверх лезвием мачете, направленный на будущую жертву, глаза его кровожадно блестели.

Элен швырнула негру в лицо свой букет и веер и, подхватив юбки, стремительно бросилась вверх по ступеням, слыша позади себя топот босых ног. Приблизившись к верхней площадке лестницы, девушка отпустила юбки и, схватив тяжелую вазу с цветами, стоявшую на стойке перил, обрушила ее на голову своего преследователя. Тот со стоном рухнул спиной на лестницу и покатился по ней, то и дело наталкиваясь на осколки разбитых ваз. Элен обернулась, чтобы взглянуть на страшную картину разрушений в последний раз.

И вдруг увидела Дивоту. Горничная уже схватила ее за руку и потащила за собой:

– Сюда! Быстро!

Они помчались по галерее. Впереди была широкая лестница, которая вела к главному входу в дом, а справа от нее темнела узкая и крутая лестница для прислуги. Женщины шмыгнули на узкие ступеньки и, не раздумывая, скатились по ним вниз.

Перед ними оказалась небольшая дверь, которая вела в буфетную дворецкого, а из нее можно было попасть в главную столовую дома. Дивота повернула ручку, и дверь распахнулась настежь.

Они снова побежали, пересекая буфетную и столовую, и через огромные распахнутые в сад окна попали на терраску в удаленной части сада. Простучав каблучками по ступенькам терраски и перебежав газон, скрылись в кустах гибискуса, образовывавших живую изгородь. Под прикрытием кустов Дивота и Элен стремительно убегали все дальше от дома в сторону тростниковых плантаций, убегали, словно преследуемые животные, тревожно оглядываясь и тяжело дыша. Наконец им удалось добраться до первых рядов высоких стеблей сахарного тростника.

Но даже сейчас, находясь вроде бы в безопасности, они никак не могли остановиться и с трудом продвигались по рядам, похожим на длинные зеленые туннели из широких листьев тростника, вытянув перед собой руки и прикрывая ими свои лица. Иногда они сбавляли шаг, чтобы перевести дыхание, но тут же устремлялись вперед. Позади слышались крики и выстрелы.

Поля, казалось, будут тянуться бесконечно. Тут и там попадались участки, задушенные сорняками, одичавшими кустами кофе и виноградником. Кроме того, встречались участки, не засеянные еще со времени первого восстания и которые теперь зарастали подлеском. Такие участки попадались все чаще, в конце концов переходя в тропический лес.

Через некоторое время обе женщины стали двигаться совсем медленно, отчасти из-за усталости, отчасти от страха, что могут наткнуться на остатки нападавших негров или еще на какую-нибудь банду. И только зайдя глубоко в лес, они наконец остановились. Эта часть поросшей деревьями земли представляла собой полосу шириной не более полутора миль и граничила с одной стороны с тростниковыми полями, через которые они только что пробрались, а с другой – с главной дорогой, ведущей в Порт-о-Пренс.

Элен и Дивота углубились в чащу. И когда, спотыкаясь, вошли под сень большого дерева, то в изнеможении опустились на землю. Обе прислонились спинами к его стволу, закрыв глаза и пытаясь отдышаться.

Элен наконец открыла глаза. В окутавшей их темноте она увидела красноватое мерцание на небе в той его стороне, откуда они пришли. В теплом воздухе ощущался запах дыма.

– Дом... Они жгут дом, – проговорила девушка безразличным тоном.

– Да... – не открывая глаз, ответила Дивота.

– Взгляни туда, там тоже что-то горит. – Дивота взглянула сквозь шатер листвы над ними:

– Где? – Элен указала:

– Там. Отсвет пожара можно видеть на облаках.

– Может, восстание уже охватило весь остров? – с горечью проговорила горничная.

Элен, покачав головой, снова закрыла глаза.

– Какое это имеет значение? Вопрос в том, что нам теперь делать?

Отец погиб. Она сама видела, как он умер... Элен передернуло от воспоминаний сцен страшной бойни, которые опять всплыли в ее памяти; и все же они казались совершенно нереальными...

– Мы могли бы добраться до французских войск в Порт-о-Пренсе... – неуверенно предложила Дивота.

– Может быть, – тихо ответила девушка.

– Нам стоит попробовать.

– Да, – согласилась Элен.– Думаю, дорога окажется слишком опасной. Как было бы полезно узнать, что на ней творится.

– Я смогла бы это выяснить, – отозвалась Дивота.

– Что ты хочешь этим сказать.

– Если мне удастся встретиться с каким-нибудь рабом из нашего поместья, то он сможет рассказать мне, что затевает Дессалин, почему он отдал такой приказ.

– Слишком рискованно! – решительно ответила Элен.

Она достаточно хорошо знала рабов из своего хозяйства, которые могли принимать участие в восстании, этих людей, за которыми ухаживала, когда те болели, мужчин и женщин, которые убирали дом, подрезали деревья в саду и сгребали листья, работников, которые пели в полях. Она хорошо их знала, но встречаться с ними не хотелось.

– Большого риска нет, по крайней мере с теми, у кого цвет кожи такой же, как у меня.

Элен очень редко думала о Дивоте как о цветной женщине, точно так же, как едва ли думала о ней как о родственнице. Просто для нее она была мудрой, заботливой Дивотой, которая всегда находилась рядом. «Неужели эта женщина могла знать, что случится в этот вечер? Нет, не могла!»

– А если они признают в тебе горничную Ларпенов? Этого окажется достаточно, чтобы расправиться с тобой.

– И все-таки это шанс, которым я должна воспользоваться, чтобы что-нибудь выяснить для нас. Если это и в самом деле всеобщее восстание, то нам понадобится укрытие, где мы смогли бы спрятаться. И сделать это нужно еще до рассвета.