Чтение онлайн

– В данный момент, я считаю, что тебе необходимо сосредоточиться на том, чтобы продемонстрировать мне, что моя жена в первую очередь заботится о том, чтобы доставить своему мужу удовольствие.

Он воспользовался второй рукой и закрыл окно между ними и Эриком. Затем он расстегнул ширинку на брюках. Шокированная и отбивающаяся Клэр начала протестовать. Но вскоре уже не могла говорить. Удерживая её за шею, он молча направлял её голову, откинув свою на сиденье, его пальцы запутались в её волосах. Клэр пыталась оттолкнуть его, но Тони схватил её за руку и закрутил её назад. Он не уменьшал давление и движение её головы до тех пор, пока не кончил.

Пока они пересекали лобби Башни Трампа, Клэр делала всё, что в её силах, чтобы казаться спокойной. Тони обвил руку вокруг её талии и нежно прошептал ей на ушко:

– У меня есть ещё варианты, как ты можешь доказать мне свою преданность, миссис Роулингс. Когда доберёмся до квартиры, мы пройдёмся по ним всем.

Последние тринадцать месяцев растворились в небытии. Она не была Клэр Роулингс, женой. Она по-прежнему была Клэр Николс – кем угодно, по его желанию.

– Любой идиот может столкнуться с кризисом - это повседневная жизнь,

которая носит вас.

Антон Чехов

Тишина внутри лимузина усиливалась с каждой милей, пока Тони и Клэр ехали из Беттендорфа в сторону дома. Негласный аукцион по неофициальным данным собрал чистыми более полумиллиона долларов, в то время как затраты на мероприятие составили менее десяти тысяч долларов. И всё это благодаря умелому распределению Клэр безвозмездно предоставленных услуг и товаров. Молчаливость поездки была разительным контрастом по сравнению с конференц-залом.

Прежде, чем они покинули мероприятие, Кортни с упоением говорила о способностях Клэр.

– Всё прошло отлично! Я просто не могу поверить в конечные цифры. Дорогая, вместе мы соберём деньги для каждой организации западнее Миссисипи.

И хотя Клэр ощущала беспокойство по поводу своей будущей благотворительной деятельности, она обняла подругу и улыбнулась:

– О Боже, нам еще многое предстоит.

– Что ж, насладись этим успехом, потому что у меня есть планы!

Энтузиазм Кортни был заразителен. Клэр улыбнулась и кивнула головой.

Не так давно выполняемые ею обязанности хозяйки в качестве миссис Роулингс помогли ей в её деятельности. Она проницательно упоминала аукцион везде, где только можно: предлагая сделать пожертвование или посетить его. Клэр показалось увлекательным то, как бизнес-партнёры Тони изъявляли желание поучаствовать в одном или обоих действиях, когда к ним обращались лично. Тот факт, что они находились в её доме, ели её угощения, а также пользовались ее вниманием, никоим образом не влияли на её усилия. Действующий президент Красного креста Четырёх Городов щедро отблагодарил миссис Роулингс и миссис Симмонс.

Мероприятие посетили многие партнёры Тони из других городов. Приглашая их, Клэр не осознавала, что их приезд обернётся дополнительным вкладом для Четырёх Городов. Важным людям нужны были места, где остановиться и чем питаться, пока они находились в Беттендорфе. Со слов Кортни, по оценкам средств массовой информации их мероприятие собрало более четверти миллиона долларов, к нежданному счастью Четырёх Городов. Но Клэр не смогла в полной мере оценить всю масштабность проведенного мероприятия. Она не любила телевидение, а любые другие виды коммуникации были всё ещё под запретом.

Собственно говоря, начиная с чикагского симпозиума Клэр потеряла многие из своих новоприобретённых привилегий. Она всё ещё просматривала электронные письма, но только после того, как на них уже был отправлен ответ. Не являясь больше формой свободы, они стали вопиющей иллюстрацией того, что сейчас было под запретом. Во время последнего этапа подготовки к аукциону бесспорным оставалось то, что Клэр и Кортни необходимо было общаться и видеться друг с другом. Однако контакты и стремления в отношении других людей были резко сокращены. Тони решил, что Клэр необходимо время, чтобы осознать, что на самом деле является для неё важным.

Та ночь в Чикаго напомнила ей первые стычки в поместье. Тони безмерно доминировал, контролировал и требовал. Повторялись даже садистские и жестокие сексуальные наклонности, которые имели место до её несчастного случая. Вернувшись в апартаменты, Клэр попыталась воззвать к его здравому смыслу.

– Пожалуйста, задумайся над тем, что ты творишь.

Казалось, что его чёрные глаза не распознавали её голос. Она умоляла:

– Тони, не забывай о своем обещании. Я твоя жена. Подумай о том, что ты меня просишь делать.

– Ты моя жена. Впрочем, я и не прошу.

Ничего не изменилось, и его требования продолжились.

Проснувшись на следующее утро, Клэр ощутила хорошо знакомую боль. Девушка задрожала от страха, подумав о том, что Тони лежит рядом с ней. Затаившись, Клэр прислушалась и попыталась уловить его дыхание, потом вздохнула с облегчением, когда услышала шум душа в соседней комнате. Клэр медленно приподнялась и оценила свои возможности. Вплоть до того момента, как она встретилась с Саймоном, всё менялось в лучшую сторону. Даже в Италии, когда она нарушила его правило, он отреагировал на это добротой, а не жестокостью. И пока Клэр слушала звук льющейся воды, она спорила сама с собой о том, чтобы убежать от него, из квартиры, убежать от всего. Она не знала как. Куда она могла пойти, где он не сможет её найти?

Клэр вновь откинулась на мягкие подушки, из ее глаз катились слезы. На мгновение ей стало сложно дышать, и она вспомнила свои ночные кошмары. Это же был не сон - это её реальность. Она не хотела его видеть, разговаривать с ним. Тем не менее, она не стала отрицать свою беспомощность, растекающуюся по венам. Единственный путь вперёд лежал через мужчину в соседней комнате. Клэр осторожно откинула одеяло, расправила плечи и подошла к зеркалу. Твёрдая решимость, вынуждавшая её ноги двигаться, исходила не из мужества, а скорее из чувства бессильной необходимости. Ее отражение оказалось хуже, намного хуже. Вид красных и синих отметин заставил её желудок сжаться. Дотянувшись до халата, Клэр скрыла эти свидетельства его жестокости.