Чтение онлайн

Обычный смешок… только бабский. Те, кто подженивался на руке в силу разных причин на безбабьи, меня поймут. На них нюх у меня сейчас хлеще, чем на солдатский блудняк.

— Дежурный, свет врубай… оглох, что ли??

Врубается свет. Дима выходит из канцелярии. Как раз, когда я из-под коек извлекаю двух блядей лет 16-ти от силы. Приехали.

— Скворин, чо там…ни хххуя себе, — заламывает кепку на затылок Дима.

Обычные шмары. Мини-юбки, чулки — сетка, агрессивно-красноротые. Правда, запылились маненько под койками в ожидании нашего съёба из казармы. А мимо нашей канцелярии выходить стрёмно, пока мы на месте — спалить можем. Вот, видать, и ждали. То ли, чтоб самим съебаться, то ли, чтоб уж точно не помешали. Все остальные помещения ночью закрыты. Ключи у ст. пр-ка Хлопячего — старшины 1 роты, а по сути — старшины на весь батальон. Так что, кроме как под кроватями, их и ныкать-то некуда.

— Ну, чо?? Лёха, а не хуёвый подгон отцам командирам, а??! — Дима верен себе, давит лыбу. — Девки, марш в канцелярию.

Девки с блядовитыми ухмылками шкандыбают к нам в канцелярию.

— Строится, батальон. Форма одежды номер раз.

Казарма оживает. И через какие-то секунды вдоль взлётки выстраиваются две роты. 1-я напротив 2-ой, меж ними линолеум взлётки, по которому прохаживается Дима.

— Чьи кобылы — шаг вперёд.

Молчание.

— Так. Дежурный снят. Моет сортир, спать только, как новый дежурный…а это будет…это будет…сержант Волкогонов, так вот, Волкогонов принимает сортир лично, и если он с утра мне не нравится, то сниму тя, Волчара, и буду принимать сортир уже лично у тебя…сам. Иди, одевайся, и не хуя губами шлёпать, моли бога, чтоб эти шлюхи не к тебе пришли. Узнаю — ваще огорчу по-полной… Тээээкс… а батальон спит стоя, пока не проснётся мужество у тех, у кого пытался встать хуй. Вопросы???

Молчание.

— Вопросы, блядь???

— НИКАК НЕТ.

— Пошли, Алексей… развлекаться будем.

Заходим в канцелярию.

— Ну что, Лёха, тебе какая нравится? Рыжая или чёрненькая??

— ??? — я слегка охуеваю… «неужто он их будет тут ебать??»

— Мне вот чёрненькая нравится…ты не против?? Смотри, сиськи третий размер уже, а ведь, небось, ещё в школе учится… Акселераааация называется, — палец вверх и сам по обыкновению ржёт почти. — Слышь, красавица, ты такое слово-то знаешь??

Девки стоят, потупившись. Тут они не ухмыляются. Чёрненькая исподлобья зыркнула только, а рыжая начинает канючить, что-то типа «дяденьки, отпустите, пожалуйста».

— О!! Вишь, Лёха, я не прогадал, моя-то молчит, а твоя чо-то ебаться расхотела, кажись. Совсем расклеилась… а чо пришла-то сюда тогда??

Рыжая затыкается, зато подаёт голос Чёрная.

— Отпустите нас, пожалуйста, мы не хотели надолго, а тут вы пришли, мы, чтобы пацанов не подставлять… уже 2 часа под кроватями… нас дома ждут…

— Во как… Леха, мы, кажись, не поебёмся, их дома ждут потому что… но как же мы их отпустим ночью-то?? Опасно ведь… О!!! Придумал!!! А мы сейчас родителям позвоним, и они их заберут. — Продолжает цирк Дима. Я начинаю врубаться в стёб.

— Дим, зачем нам родителей искать, они же ща ныть начнут, что не надо… потом будут, как партизанки, не говорить фамилии, телефоны, адреса, явки… давай ментам сдадим… либо менты поебуться, либо бичи в обезьяннике… либо расколят, а-то спать пора, на хуй с ними возиться??

— Не надо милицию, — опять Рыжая, и умоляюще смотрит на меня.

— Тебе лет сколько? — спрашиваю.

— 17.

— Да ты прав Лёха, пиздят… давай в ментуру звонить, а-то некогда…. кстати, ты пить-то будешь??

— Ага, давай… за баб…

— О, да…давай…за баб я всегда…я баб люблю… — Дима моргает мне так, чтобы девки не видели, и ржёт. Мы выпиваем. Чёрненькую прорывает:

— Ребят…

— Какие мы тебе ребята?? Охуела што ль, овца?? — тут же обрывает Дима — на лице ни тени улыбки, только я понимаю, что он еле держится, чтобы не заржать опять.

— Ну… товарищ…

— Какие мы тебе товарищи?? — это я делаю злобную рожу.

— Ну, а как же тогда??

— Мы для тебя — господа офицеры!!! Усекла??? — Дима.

— Господа офицеры, нам по 16, мы к ребятам пришли… правда, не хотели задерживаться… не надо милицию…и родителей…давайте… договоримся…

— Во как… договариваться одна будет, или обе??

Рыжая опять поднимает на меня глаза и выдавливает:

— Обе.

— Ну, воооот, — веселеет Димка, — а-то ломались…делов то… раз, два и всё… Леха, у тя гондоны есть??

— Неа… откуда??

— Бля, и у меня нету, а у вас есть??

Девки отрицательно машут головами.

— Ого, а откуда же мы знаем, больные вы или нет?

— Я чистая, — рыжая уже в упор смотрит на меня, — я проверялась недавно, честное слово…

— Пиздец ваще… — только и нахожу, что сказать.

— А ты думал, гыгыгы, — ржёт Дима, — Читаго, бля… тут в 15 проверятся начинают, если не раньше, так, девки??

— Я тоже чистая, — говорит Чёрная. — А не верите — можно ведь и это… миньетик.

— Минет, дура… он без мягкого знака произносится, как же ты сосешь, если даже не знаешь, как правильно отсос называется??? Детский сад, бля…

Раздаётся стук в канцелярию.

— Да.

В канцелярию входит Човганин.

— Это ко мне пришли, — говорит.

— Пиздишь ты, Човганин, потому что пришли они к кому-то из первой роты….а ты припёрся на себя брать, потому что все знают, что я тебя в армаду не выпру… уебаны… завтра с утра мне объяснительные любвеобильных… если нет, будете разговаривать с Самосиным, а Самоса точно кого-нибудь выпрет в армаду, предварительно вывернув наизнанку, вы его знаете… батальон, отбой.

Попасть служить из Учебки в армию — жопа. Батальон обеспечения учебного процесса в Учебке — это перцы среди молодняка… во всём полку старослужащих только этот батальон и сержанты в учебных ротах… если из этой малины попадаешь в реальную армию, то даже твой призыв будет готов тебя сожрать за то, что ты тащился, пока они «летали».

Човганин съёбывает, а Дима опять мне моргает:

— Объяснительные на слонов первой роты штука полезная, их за яйца, как и наших, лучше заранее держать… Ладно… — опять к девкам, — Вы, сцыкухи, совсем охуели, — он встаёт, и я вижу, что он перестал шутить, добродушия как ни бывало, маски сняты, — если решили, что я, офицер Российской армии, буду ебать двух малолетних шлюх, наматывая всякую дрянь на свой хуй… да ещё и после своих бойцов. Быстро мне фамилии и адреса сюда, если хоть одна из моих обезьян себе трипак намотала, я вас из-под земли достану. Если нет, то забуду о вас…. но…если вы, сучки, ещё раз…хоть где-нибудь… хоть на КПП, хоть где…попадётесь…я вас родителям с рук на руки сдам, и ещё по месту учёбы вас, как блядей казарменных, выставлю… Быстро, фамилии и адреса, суки!!!! — на последней фразе он уже полуорёт, да так, что меня пробирает, представляю, как же им страшно.