Чтение онлайн

Бернард. Повторяю, я — всецело в вашей власти.

Ханна. Еще бы… Ну, и где волшебное слово?

Бернард. Пожалуйста!

Ханна. Ладно. Садитесь.

Бернард. Спасибо.

Он садится. Она остается стоять. Возможно, она из курящих. Если так, то сейчас — самое время.

Хорошо бы она вставила сигарету в коротенький мундштук. Или курила бы длинные коричневые «женские» сигаретки.

Ханна. Как вы узнали, что я здесь?

Бернард. Я не знал. Я говорил по телефону с хозяйским сыном, но он не упомянул вашего имени. А потом и вовсе забыл о моем приезде и никого не предупредил.

Ханна. Это Валентайн. Преподает в Оксфорде. То есть числится.

Бернард. Я встречал его раньше. Из этих… "Многоуважаемый шкаф! Приветствую твое существование…" [15]

Ханна. Мой жених. (Она выдерживает его долгий пристальный взгляд.)

Бернард(после паузы). Что ж, рискну. Ты лжешь.

Ханна(после паузы). Не слабо, Бернард.

Бернард. Боже…

Ханна. Он называет меня невестой.

Бернард. Почему?

Ханна. В шутку.

Бернард. Ты ему отказала?

Ханна. Не говори ерунды. Разве я гожусь в графини?

Бернард. Нет, конечно. Это он для красного словца. "Моя черепаха Молния, моя невеста Ханна…"

Ханна. Да. Верно. В тебе что-то есть, Бернард. Не скажу «приятное», но… Занятное.

Бернард. А что он делает, твой Валентайн?

Ханна. В аспирантуре учится. Биолог.

Бернард. Он же математик!

Ханна. Его объект — тетёрки и куропатки.

Бернард. Стреляет?

Ханна. Считает. На компьютере.

Бернард. А кто этот мальчик? Который молчит.

Ханна. Гас.

Бернард. Он болен?

Ханна. Не спрашивала.

Бернард. Отца я пока не видел, но тоже, судя по всему, экземплярчик.

Ханна. Да уж…

Бернард. А мамаша помешана на садоводстве. Слушай, что тут происходит?

Ханна. То есть?

Бернард. Я когда подъезжал, чуть ей голову не снес. Рылась в какой-то канаве.

Ханна. Археологические раскопки. Когда-то здесь был регулярный итальянский парк, года до 1740-го. Леди Крум интересуется историей имения. Я прислала ей свою книгу, там — если помнишь, если ты ее вообще читал, в чем я лично сомневаюсь, — есть довольно подробное описание сада Каролины в Брокет-холле. Теперь я помогаю Гермионе в раскопках.

Бернард(потрясенно повторяет). Гермионе…

Ханна. Есть точные чертежи, есть садовые книги, только никто этим раньше не занимался.

Бернард. Начинаю тобой восхищаться.

Ханна. А прежние восторги, значит, по боку? Вранье?

Бернард. Конечно. И с фотографией полное соответствие. Насчет книги — не уверен.

Она задумчиво разглядывает его. Он ждет, уверенный в победе.

Ханна. Септимус Ходж был домашним учителем.

Бернард(тихо). Вот умница.

Ханна. Он обучал дочь лорда Крума. Сын учился в Итоне. Септимус жил в доме: в расходной книге против его имени значатся вино и свечи. Не гость, но и не слуга. Среди документов сохранилось его письмо, саморекомендация. Потом отыщу. Насколько мне помнится, он изучал в Кембридже математику и естественную философию. Некоторым образом ученый.

Бернард. Очень впечатляюще. Спасибо. Ну а Чейтер?

Ханна. О нем ничего нет.

Бернард. Ни документа? Ни строчки?

Ханна. Ничегошеньки.

Бернард. А в библиотеке?

Ханна. Каталог составлен в восьмидесятых годах прошлого века. Я проглядела почти все.

Бернард. Каталог или книги?

Ханна. Каталог.

Бернард. Плохо. Смотреть надо книги.

Ханна. Извини.

Бернард. А в письмах? Его никто не упоминает?

Ханна. Увы. Твой любимый период я изучала внимательно. Потому что это и мой период.

Бернард. Правда? Я ведь, собственно, даже не знаю, чем ты сейчас зани…

Ханна. Отшельником Сидли-парка.

Бернард. Хм… Кто такой?

Ханна. Моя веха. Его жизнью я измеряю нервный срыв, который претерпело романтическое мироощущение. Поэтому меня интересует ландшафт и литература примерно с 1750 по 1834 год.

Бернард. Что случилось в 1834 году?

Ханна. Умер мой отшельник.

Бернард. Логично.

Ханна. Что значит "логично"?

Бернард. Ничего.

Ханна. Но ты же имел что-то в виду?

Бернард. Да нет… Впрочем… Колридж [16] тоже умер в 1834 году.

Ханна. Верно, умер. И весьма кстати. (Уже мягче.) Спасибо, Бернард. (Подходит к конторке и открывает альбом с акварелями Ноукса.) Посмотри, вот он.