Чтение онлайн

Один смельчак выбежал вперед и подбежал к статуе. Не знаю, что на него нашло, но он решил залезть на нее. Вспышка, тело отбросило, и на мраморный пол упал гниющий труп.

Несколько секунд царила тишина, все забыли, как дышать, а потом разом подались назад. Те, кто только прибегал и не видел жестокой расправы, не понимали, в чем дело, рвались вперед, но стоило им увидеть труп, как пятились и отходили назад.

Тем временем перед глазами появилась новая надпись:

Вы можете выбрать одного из четырех покровителей. Для этого подойдите к чаше и пролейте туда свою кровь.

У каждого из богов две с половиной тысячи мест.

Поспешите.

Сглотнув, я подошёл ближе и встал прямо рядом с трупом. Он не был опасен. В отличие от статуй. Теперь понятно, что это и есть боги-покровители. Трое из них мужчины и только одна — женщина. Каждый из них воплощал совершенство человеческих тел.

Женщина смотрела высокомерно, держа в руке череп. Тонкие черты лица могли резать лучше острого клинка и обжигали холодом. В шаге перед ней, как и перед каждым богом, стоял постамент. Круг диаметров в метр. На нем была надпись, гласящая «Шакар. Богиня жизни и смерти». Сверху же постаменте стояла чаша, в которую надо было пролить кровь.

К богине смерти я вступать почему-то не захотел.

Пройдя в сторону, разглядел следующего бога. Мускулистая фигура, короткая борода, что воинственно топорщилась, и угрюмый взгляд из-под бровей. В нем читалось обещание проблем, но никак не доброта. Дрогвор. Бог силы и войны.

Третий бог кутался в накидку и возвышался над остальными на голову. Одна худощавая рука у него приложена к животу, а вторая смотрела ладонью вперед. Там еще виднелся знак, но я не мог его разобрать. Ороборг. Бог разрушений.

Кто-то схватил меня за плечо и оттолкнул. Я скинул с себя руки, но человек не стал задерживаться и подошёл ближе к чаше. Он первый, кто рискнул повторно подойти. На несколько секунд замерев, мужчина укусил себя за палец и приложил его к чаше Ороборга. Та засветилась, и свечение передалось на руку смельчака. Через мгновенье эффект исчез.

— Получилось! — воскликнул первопроходец.

Люди завороженно смотрели на него, осмысливая увиденное, пока следом не пришла еще одна надпись перед глазами.

Первый выбор сделан.

Знайте, что последователя можно убить и занять его место.

В очередной раз повисла тишина. Только теперь гнетущая. Напряжение нарастало, и радостный взгляд мужчины сменился затравленным. Внезапно из толпы выскочил здоровяк и врезал первопроходцу. Тот не обладал массивным телосложением и улетел в сторону. Мужчина, не обращая на него внимания, прошел к чаше бога силы и войны.

Укус, короткая вспышка и появился второй посвященный.

Люди, словно лавина, хлынули вперед. На меня кто-то навалился, но я дернулся в сторону, и человек, толкаемый сзади, полетел вперед. На него рухнуло еще пару неудачников, и началась давка.

В голове билась одна мысль — куда бежать? То ли рваться назад и выбираться из толкучки, то ли прорываться вперед, выбирать покровителя и только уже после этого — бежать. Толпа решила все за меня. Еще один толчок, и я от неожиданности вынужденно прыгнул на ту кучу, что образовалась впереди. Внизу раздались крики боли и злости, но я проигнорировал их и бросился дальше.

Вынесло рядом с чьи-то постаментом. На ходу укусив себя за руку, я мазнул кровью чашу, мечтая о том, чтобы получить покровительство и как можно скорее.

Легкое покалывание, вспышка перед глазами, и понимаю, что готово.

Сзади меня схватили за волосы, дернули, и я полетел в сторону от статуй, врезавшись в кого-то. Перед глазами мелькнула надпись, но мне прилетел удар плечом в грудь, и я упал, не успев прочитать.

В тот момент, слыша все крики, видя давку и то, как люди напрыгивают друг на друга и рвутся вперед, я почувствовал, как внутри меня что-то переключилось, и начал бороться, пробиваясь на выход.

В какой-то мере мне повезло. Добежать сюда успели не все, всего пара сотен человек. Подавшись вбок, я добрался до края стены и вдоль неё рванул на выход. Не все поступили так же. Кто-то, кто уже отметился у чаши, пытался пробиться напрямую. Люди сталкивались, боролись и мешали. Их обуяли эмоции, и мне это тоже казалось неправильным. Взгляд зацепился за то, как кто-то пустил в дело нож, чтобы пробиться вперед. Крики усилились, и я поспешил выбраться наружу, подальше от этого безумия.

Бежать, срочно бежать!

К моменту, когда я преодолел половину расстояния до выхода, людей стало ещё больше. Они расползлись и толкались, пробивая вперед. Нашлись и те, кто шёл по краю, как я. Меня попытались поймать, хотели что-то спросить, но в тот момент я, ничего не соображая, рвался наружу.

Вперед, вперед. Это единственное, что меня заботило. Убраться подальше от этого безумия.

***

Когда выбрался, бежал до тех пор, пока не споткнулся и полетел кубарем по земле, чудом не свернув шею.

Несколько минут лежал, тяжело дыша. Постепенно разумность возвращалась ко мне. Я и сам не понимал, почему так поступил. Но стоило подняться, сесть и посмотреть в сторону храма, понял — всё правильно я сделал. И то, что вырвался вперед в самом начале, и то, что пробился обратно.

К этому моменту почти все двадцать тысяч человек добрались до храма и облепили его со всех сторон. Людей было настолько много, что последние ряды находились за десятки метров от входа в здание. Если им и светит прорваться, то только через гору трупов. Я глянул на счетчик — пару сотен человек уже заняли места. Число постепенно росла, каждую секунду добавляя пару человек.

Я вглядывался в цифры. На них было проще смотреть, чем на беснующихся людей. Внезапно счётчик одного из богов уменьшился. Я сразу понял, что это значит.