Арихальк
Шрифт:
Только колдун никуда не спешил. Он просто стоял и смотрел на всё это. Бежать, спасаться, умолять, чтобы его пустили на корабль? Ну, нет! Единственный, кто мог предупредить несчастье, не имеет права на спасение. Так тогда думал колдун…
Как вдруг огромная, намного выше города волна обрушилась на остров и, уходя, увлекла колдуна за собой. Несчастный крикнул, захлебнулся, стал неистово барахтаться в водовороте…
И очутился на спине большой шершавой рыбы, плывущей по бушующему морю. Рыба загнанно поводила боками и то и дело оглядывалась на исчезавший в огне город. Глаза у рыбы были синие, ресницы длинные, густые, а борода косматая и черная, местами тронутая сединой. Так это ж Бородатый Змей! Колдун дрожащими руками впился ему в спину и зажмурился от ужаса. Змей закричал, перевернулся на бок, ударил хвостом по воде и нырнул. Колдун вцепился в Змея из последних сил и потерял сознание…
А утром обессиленный, наполовину захлебнувшийся в волнах, он был подобран кораблем, спасавшемся из Арихалька.
На третий день корабль был выброшен штормом на берег и там распался на куски, расплавился и испарился – арихальк, едва коснувшись чужой земли, бесследно исчез. Тоже самое случилось с арихальковыми одеждами, копьями, монетами и многим и многим другим. Чтобы хоть как-то выжить на новом, совершенно незнакомом для них месте, беглецы, смирившись, были вынуждены перенять тамошние варварские нравы: одни из них занялись ремеслами, другие земледелием. И лишь один колдун, не пожелавший знаться с дикарями, скрывался в неприступных скалах и неустанно заносил на глиняные таблички историю великой катастрофы. Где и когда он встретил свою смерть, никто не знает, да и таблички были найдены случайно. А глина – это тот же арихальк; она не вечна, тем более, что колдун ее не обжигал. Вот потому-то первый, кто нашел его труды, прочел не все, и где чего не понял, там добавил от себя. Примерно точно также поступали потом и другие. Так что теперь, спустя четырежды по триста лет, всякий о случившемся толкует как ему угодно. Поэтому и я сейчас поведал вам лишь то, что слышал, а не то, что видел.