Ариэль
Шрифт:
Машина остановилась.
— Он еще стонет! Он жив! — воскликнул Доталлер. — Какие-то веревки, надо развязать его, — продолжал он, нагнувшись, и с брезгливостью отрезал болтавшиеся на руках и ногах обрывки веревок. Эй, вы! Кто-нибудь! Идите сюда! — крикнул он, обращаясь к остановившимся невдалеке крестьянам.
Этот жест был понятен и для тех, кто не знал английского языка, но никто не сделал ни одного движения
— Ослы! Трусливые олухи! — бранился Доталлер. — Джемс, будьте так любезны, помогите мне!
В тот же момент Пирс в ужасе воскликнул:
— Это он!
— Кто он? — быстро спросила девушка, побледнев еще больше.
— Он… ваш несчастный брат Ариэль… Аврелий Гальтон…
Джейн коротко вскрикнула и откинулась на спинку автомобиля.
Боден и Пирс поспешили к Ариэлю.
Общими усилиями мужчины перенесли Ариэля в машину.
Джейн молча ломала руки, глядя на брата.
Ариэль был без сознания.
— Поехали, Джемс! — скомандовал Доталлер.
Резкий гудок автомобиля. Толпа шарахнулась в стороны, и машина двинулась.
Когда толпа крестьян осталась позади и автомобиль стал набирать скорость, проходившая мимо девушка в бедном сари простерла перед собой руки и вскрикнула:
— Ариэль!
При этом крике радость прошла по лицу Ариэля, он слабо улыбнулся, но веки его не поднялись.
«Этого еще недоставало! Нищая уличная девчонка знает его имя!» — подумала Джейн.
«Это надо будет выяснить!» — подумал Пирс, с удивлением проводив нищенку глазами.
Глава двадцать восьмая
Он улетел
Ариэля привезли в гостиницу небольшого городка, находящегося в нескольких милях от резиденции раджи, уложили в постель и послали за доктором.
Ариэль бредил. Джейн не отходила от брата. Она давала ему пить, смачивала ароматическим уксусом виски и, глядя на измученное лицо брата, думала: «Только бы он не умер!»
Доталлер думал: «Только бы он не выжил!»
Пирс думал: «Уж теперь я не выпущу его из рук!»
Боден… Но Боден без совиных глаз своего компаньона совсем разучился рассуждать. «Только бы извлечь из всего этого пользу… А как?»
Осмотрев Ариэля, врач сказал по-английски:
— Лихорадка… Возможно, на нервной почве. Он пережил какие-то большие потрясения…
— И очень основательные, — отозвался из угла Пирс.
— Это опасно? — спросила Джейн.
— Нет, мисс. Если на нервной почве, то это не опасно, но…
Врача смущало кровотечение из носа, ушей и рта, которое, по-видимому, недавно произошло у больного. Этому он не мог дать объяснения, но постарался не обнаружить своего замешательства.
Прописав лекарства, он поспешил уйти. Пирс не отходил от кровати Ариэля. Он все время прислушивался к бреду.
— Кинжал… Шьяма… Она убила себя… Какая низость! Лолита… Но я могу летать… Мы улетим с тобой…
«Не о той ли болтает он девчонке, которая встретилась на дороге?» — подумала Джейн.
Пирс обратился к ней:
— Вот видите, мисс, вы сами теперь можете убедиться, что ваш брат душевнобольной. Его манией является мысль, будто он может летать, как птица.
При звуках голоса Пирса Ариэль вздрогнул, по лицу прошла судорога, он открыл глаза и в ужасе крикнул:
— Пирс! Бхарава? Опять Дандарат? — и снова потерял сознание.
— О чем он? Что его так взволновало? — спросила Джейн, испуганная криком брата и его видом. — Что это такое — Дандарат?
— Люди в горячке болтают всякий вздор, все, что взбредет в голову, — ответил Пирс, отходя, однако, от кровати. Он стал так, чтобы Ариэль не мог его видеть.
Врач верно определил болезнь: у Ариэля было только сильное нервное потрясение. И как иногда бывает в таких случаях, клин был вышиблен клином: голос и вид Пирса, мысль о том, что он вновь попал в Дандарат, пробудили в Ариэле инстинкт самосохранения, прервали бредовое лихорадочное состояние. Ариэль скоро пришел в себя. Научившись в Дандарате скрывать свои мысли и чувства, он решил не подавать виду, что сознание вернулось к нему, и начал симулировать бред, незаметно наблюдая за окружающими.
Он заметил миловидную девушку. «Сиделка», — подумал он. Незаметно осмотрев комнату, он с облегчением убедился, что находится не в Дандарате. Значит, еще можно бежать от Пирса, которому удалось-таки выследить его!
Из соседней комнаты слышались чьи-то возбужденные голоса. Это Доталлер схватился с Боденом из-за Ариэля. Пирс не выдержал и ушел к ним. Осталась одна девушка.
Если бы ушла и она! Окно открыто, Пирс не позаботился закрыть его, считая Ариэля тяжелобольным. Не попытаться ли улететь? Но хватит ли сил? Он еще очень слаб, хотя чашка крепкого бульона и подкрепила его. Чем, однако, он рискует? Разве сейчас он не в руках Пирса?
Ариэль вдруг поднялся над кроватью в том положении, как лежал, не сбрасывая простыни, которой был укрыт. Девушка вскрикнула от ужаса. Описав по комнате дугу, Ариэль вылетел в окно.
На крик Джейн все прибежали в комнату.
— Он улетел… Или я тоже заболела и брежу?.. Ведь это Аврелий сорвался с кровати и улетел в окно.
Пирс бросился к окну и увидел Ариэля в голубом небе, высоко над пальмами.
— Этот негодный опять перехитрил меня! — в бешенстве воскликнул он.
— Так, значит, это правда? Боже мой! Но ведь это же невероятно? Аврелий летает? Мой брат Аврелий Гальтон — летающий человек?
— Да, да, да! — закричал Пирс в лицо девушке. — Летает и улетает, черт бы его побрал! Это я сделал его летающим человеком на свою и вашу голову, если хотите знать.
Глава двадцать девятая
Воздушный бой
Ариэль летел с такой быстротой, что задыхался. На лету он подхватил края простыни и плотно укутался, чтобы она не вздувалась и не тормозила полета. Только у локтя трепетал, словно белое крыло, угол простыни, и жители заброшенного городка с недоумением следили за полетом невиданной белой птицы.