Чтение онлайн

Фишка вот еще в чем. Почему Креол и Трой посылали друг к другу убийц, демонов и прочих созданий, для убийства? Почему не рисковали соваться сами? Ответ прост. Они прощупывали оборону друг друга, наверняка наблюдая издали, как соперник справится с очередным убийцей. Ибо соваться самим на территорию враждебного мага, дураков нет. Думаю, что Креол и Трой настолько пропитали свои дома своими магическими эманациями, что дом для каждого из них превратился в своеобразный накопитель сил. Мой дом – моя крепость, как говорится. Колдовать в чужом доме враждебному магу довольно тяжело, если не было получено разрешение от хозяина. Если нет, то придется пересиливать волю мага, своей силой, что не всегда получается. У богов тоже самое. Если в логово бога проник враждебный ему маг, скажем на Девятое небо Владыки Анансэ, то ему придется пересиливать божественную волю, что для обычного мага, нереально.

Поэтому соломоново решение было бы очевидно. Вызвать Троя на дуэль, желательно при свидетелях и прилюдно грохнуть зарвавшегося мальца. Странно, почему Креол так не поступил. Может до конца не хотел убивать родича, все же кровь, не вода. А-а, пофиг.

Создав в руках еще один шар, вдвое больше первого, я метнул его в особняк Троя. Феникс пристально глядел мне за спину, высматривая потенциальную угрозу. Трой, Кощею тоже не понравился. Пропитанная Тьмой аура, обычно просто отпугивает подобных Кощею существ, но феникс мой фамильяр и не может просто так улететь. Обычно, что симурги, что фениксы стараются не сталкиваться с подобными Трою индивидами. Но в данный момент, я хочу уничтожить опасного врага, пока он еще не успел наворотить дел.

Феникс курлыкал, успокаивая мой разум, а я раскалялся все больше и больше. Защита Хешибы была хороша, но постепенно я её продавливал. Все же объем маны вложенной в заклинание имеет значение. Огонь в моих руках плясал как живое создание, а я любовался очередным огненным покрывалом окутывающим дворец Троя. Про громкие звуки взрывов я вообще молчу. Всего в ста пятидесяти километрах располагалась граница с Та-Кемет и там наверняка уже наблюдают за бесплатным концертом с фейерверками.

Мана разлитая по округе всасывалась в меня, будто мощным пылесосом, плюс феникс генерируя на себе огонь, восполнял мои запасы маны настолько быстро, что я даже не замечал, что трачу энергию на создание огня.

В этот раз я решил не долбить ударами защиту, а тупо снять её. Доппель снятый с меня продолжил долбить солидными огненными шарами, а я сам, под невидимостью, подлетел к границе защиты Хешиба и преобразовав чакры руки в антимагическую, сломал купол защитных чар. Получилось это быстро и легко и я быстро вернул вывернутые чакры на место, готовясь к атаке или атаковать самому.

Дворец Хешиб был пуст, ну почти пуст. Домовой дух не показывался на глаза, этим созданиям обычно все равно, кто приходит к хозяину, лишь бы дом не разрушал. Правда вампиры и производные от них, вызывают у домовых, брауни, духов места небывалую ненависть. Уж не знаю, что послужило причиной их вражды, но вампир не сможет войти в дом, охраняемый домовым. Единственное исключение – если вампира пустит сам хозяин.

Шествуя по коридорам дворца, я наткнулся на охрану. Несколько странных существ, похожих на дикую помесь между крокодилом, орлом и собакой хищно раскрыв пасти, бежали ко мне. Я чувствовал от них сильную магию, будто их делал искусный биомаг.

– Кощей, на тебе мелочевка, - просигналил я фениксу. Тот приоткрыл один глаз, лениво почесал лапой грудь и резко выдохнул в сторону бегущих ко мне химер широченный конус белого огня. Твари сгорели быстро, я даже воплей не услышал. Полуденное солнце начало припекать, хоть и не так сильно, как Эль-Тефуджа, но в тенях дворца, забрезжили ледяные скульптуры, которые при виде меня резко ожили и синхронно стрельнули по нам длинными ледяными копьями. Кощей и их спалил дотла, а я настороженно осматривался. Ауры Троя я пока не чувствовал, хотя по идее, он уже должен был прибежать на поле боя.

Подлетев в воздух на пару метров, я решился отправить доппеля на разведку. Доппель стал невидим и неслышим и отправился исследовать глубины дворца.

Спустя два часа, я знал где находятся входы и выходы в Хешибе. Неприятным сюрпризом оказалась пространственная блокировка, не позволяющая телепортироваться из дворца никому кроме самого Троя. Видимо, племянник Креола, просто не рассчитывал, что некий наглый тип с фениксом на плече ворвется прямо к нему домой.

Доппель видел и другие опасности. Несколько раз его пришлось обновлять, так как внутри, по мере продвижения меня-доппеля вниз, находились ловушки развоплощающие даже высших доппелей. Последний раз я отправил доппеля, нагрузив оного Личной защитой, аж в пять слоев. Доппель равнодушно принял магическую защиту и по пути, потеряв все пять защит, попал в подвал дворца. Там я увидел закрытый каменный гроб, а внутри равномерно переливалась красками аура могучего волшебника.

Да ладно?! Трой уснул сном джиннов, или просто уснул? Он дебил? Впрочем плевать.

Глазами доппеля осмотрев весь подвал я не нашел никаких ловушек, ни магических, ни физических. Словом, Трой целиком положился на защиту могучими чарами, и несколькими нанятыми демонами и химерами. На крышке гроба небрежно лежал довольно крупный рубин ярко-алого цвета. Тронув камень доппель рассеялся, а я чертыхаясь создал еще одного с личными защитами на нём. Красный камень, оказался камнем памяти. Вот так находка.

Небольшое отступление. Академия Деорга.

На лекциях по артефакторике наш учитель великий магистр Вальтас, рассказывал о подобных артефактах. Он был признанным мастером в создании и починке любых артефактов. Кроме божественного уровня. Однако о них он говорил в основном в негативном ключе. Вальтас верил, что маг должен колдовать сам, своим началом, не обращая внимания на артефакты, хотя и признавал, что многие из них крайне полезны. Но вот о камнях памяти он говорил исключительно пренебрежительно.

– Ученики, ответьте мне, зачем вам артефакт, который помнит все? – неспешно говорил невысокий моложавый волшебник, на вид которому можно дать не больше тридцати. Он хмуро ходил туда-сюда, меряя шагами огромный зал, где сидели почти все ученики.