Архираб
Шрифт:
– Так хватит болтать, - проверив жезл на предмет наполненности заклинаниями, сказал Креол.
Паладин проверил снаряжение и направился в лес, откуда шел флер странного запаха. Похоже было на огурцы и мускус. Чем дальше в лес, тем более четким был запах. Минут десять мы шли по лесу, пока впереди не показался большой холм. Сумерки постепенно сгущались, но нам это не мешало. В холме виднелись десятка два черных провалов откуда доносился особо сильный запах и ревущее хрюканье. Подойдя еще ближе вой прекратился и из норы вылез одинокий бракс. Уродливая жирная обезьяна, с грязно-серой шерстью. Ноги короткие, как у медведя, а вот руки достают почти до земли. Когти коротковаты, челюсти тоже слишком слабые – зубы похожи на человечьи. Похоже, браксы просто душили своих жертв или ломали им кости. Я и Креол переглянулись друг с другом и заключили негласное пари. Кто убьет больше браксов, тот и победил.
В моей руке заплясала молния и белый снаряд вылетел прямиком в вылезшего бракса. Тот даже хрюкнуть не успел, как в его груди образовалась дыра, обычно не совместимая с жизнью.
– Один-ноль, - сказал я Креолу и увеличившись втрое, став выше любого из браксов как минимум на две головы и понесся к холму, откуда начали вылезать новые противники.
– Во имя Добра, я нападаю, - прокричал паладин и сорвался вперед.
– За Шумер, - прокричал Креол и отправил в изрытый норами холм гигантский сгусток огня.
– С кем я связалась? – задумчиво пробормотала Вон доставая свой пистолет и принялась стрелять. Каждый выстрел находил свою цель, а с учетов возросшей огневой мощи...
Браксы принялись заполнять небольшой пятачок, но магией пространства я создал барьер не позволяющий покинуть поле боя ни одному из браксов.
Лод Гвэйдеон вертелся волчков в гуще тварей. Его меч порхал, словно живой, каждый взмах и выпад находили цель не оставляя тварям ни шанса. Креол окутанный синим огнем буквально испепелял браксов, которые подходили к нему слишком близко. Ванесса благоразумно стояла у границы барьера и палила в браксов, которые подбирались к Креолу и Гвэйдеону слишком близко. Я же бушевал у выхода, где с завидной периодичностью появлялись все новые браксы. Ударами кулаков я множил браксов на ноль. Двоих браксов я поймал за шеи и усыпил. Опыты ждали меня. Однако противники упрямо не желали заканчиваться. Те дико ревели и хрипели, но не могли преодолеть мой барьер и рассредоточится по округе. Тогда они всей гурьбой накинулись на Гвэйдеона, стремясь убить хотя бы его.
Вот лод Гвэйдеон совсем скрылся под гущей навалившихся со всех сторон браксов. У него уже не было пространства для взмахов мечом – твари облепили его как мухи варенье. Еще несколько секунд – и они его просто раздавят…
– Пречистая Дева, дай мне сил! – приглушенно раздалось из-под шевелящейся бело-серой кучи.
В следующий миг браксы разлетелись как кегли после особенно удачного удара. Инанна откликнулась на призыв своего паладина, и тот разбросал тварей голыми руками. Серебряный Рыцарь подпрыгнул вверх метров на десять и, уже приземляясь, вогнал меч в затылок еще одному браксу.
А потом проткнул следующего. И еще другого. Божественная сила уже ушла, но этой передышки хватило, чтобы снова включиться в сражение.
У Креола практически иссякли боевые заклятия. Он отрастил из обеих рук по Огненному Мечу и перешел к ближнему бою, одновременно шевеля губами – на ходу обновлял запас заклинаний. Браксы по-прежнему тупо кидались на мага и напарывались на огненные лезвия, которые протыкали их насквозь и оставляли обугленные дыры. Когда на него набросились одновременно четверо, Креол активировал Огненный Круг, испепелив всех одним ударом.
Круг белого огня обуглил несчастную землю и в сражение неожиданно ворвался Кощей. Феникс ударами крыльев поджигал браксов, а пение заставляло их становиться более медленными и слабыми. В итоге они закончились. Из нор никто уже не вылезал и я позволил себе вернуться в свой нормальный облик. Кощей незамедлительно сел на мне на плечо и негромко каркнул прямо мне в ухо.
– Кушай мой хороший, - создал я для феникса его любимое лакомство. Кощей просто обожал фрукты. Любые. Я проверял.
– Итак по итогу. Моих около тридцати пяти. Лод Гвейдеон убил двадцать одного. Ванесса твои пятнадцать, остальные твои Креол.
– Ты выиграл. Ну ничего, схлестнемся в дульном зале, - красноречиво пообещал маг.
– Грязная работа, но сейчас будет еще грязнее. Самая моя нелюбимая часть, - печально сказал паладин.
– Еще хуже?! – поразилась Вон, всё еще гордящаяся боевыми успехами. – Теперь-то что?!
– Прикончить их жертв… – печально вздохнул лод Гвэйдеон. – Видите ли, леди Ванесса, женщина, хотя бы единожды взятая браксом, лишается разума и сама превращается в такое же животное, как он… Самое милосердное – убить ее…
– Но… но… но…
– Да, я – А если… – Голова Ванессы сама собой повернулась к Креолу. Она уже привыкла, что маг в таких случаях презрительно фыркает и говорит нечто важное…
– Легко! – откликнулся Креол. – Судя по этим демонам-недоноскам… – посмотрел он на трупы, прищурившись, – они используют легкий блокират. Так сказать, вытесняют человеческое сознание неким суррогатом – подобием своего собственного псевдоразума. Нужно всего лишь разрушить внедренную «душу», и всё будет в порядке. А заодно, конечно, вытравить младенцев…
– А если родится человек?! – возмутилась Ванесса.
– От такого союза не может родиться ничего хорошего! – отрубил маг.
– Святой Креол прав, леди Ванесса, – кивнул паладин. – Случалось, что полубраксы вырастали среди людей, но они всегда вели себя так же, как и их отцы. Ни одного из них не удавалось даже научить говорить…
– Так, я тут двоих живьем взял, на коцебу исследую их, авось что получится.
– Мардук сохрани, - с досадой отозвался Креол.
– Я так увлекся, что забыл себе взять их живьем. Хубаксис, а можешь одного отдать мне?
– Вот их целая куча валяется. Воскреси одного и все.
– Святой Креол. Святой Хубаксис. Может не надо? Браксы это одни из самых отвратительных тварей порожденных Близнецом. Лучше просто убить их.
– Несомненно, но сначала я их исследую, - ответил я паладину.
В норах браксов нестерпимо воняло. Похоже, эти создания не затрудняли и без того слабые мозги думами о гигиене – гадили там, где приспичит. Я взмахом руки очистил воздух. Как джинн воздуха у меня особые с ним отношения. В норе стало пахнуть значительно лучше, но все равно легкий налет запаха жизнедеятельности браксов оставался неизменным.