Чтение онлайн

– Креол отринул мою помощь, но его джинн достаточно разумен, чтобы понимать, что без поддерживающего божества их идеи покорить этот мир обречены на провал.

– Может да, а может и нет.

Далее партия длилась молча. Изредка доносился вой поверженных фигур, то с одной, то с другой стороны доски. Богиня Инанна завершив игру, поблагодарила архидемона и исчезла в облаке Света.

– Опять проиграла, интриганка малолетняя, - прошелся едва ощутимой тенью, тихий шепот демона, - И все же, я рад, что хоть кто-то жаждет оказаться на Ониксовом троне. Верно, феникс? – прошептал Носящий Желтую Маску, вновь надевая свой бессменный атрибут.

– Карр!! Карр! – раздался отчетливый глас могучей птицы, заключенную в клетку из чистой Тьмы. Прутья решетки сочились концентрированным мраком, заставляя шипеть великолепную птицу, словно василиска, которому сбросили на хвост самосвал.

– Да знаю, знаю. Что ты убьешь меня. Уже много раз слышал. Однако ритуалы по обращению еще не завершены, - глухо ответил на карканье Носящий Желтую Маску и заставил клетку с фениксом воспарить над землей, а затем клетка унеслась куда-то в мрачные глубины Храма Ночи.

В тишине раздался особенно громкий «Карр». Звук резко прервался, а затем вновь воцарилась тишина.

<b>

Конец Интерлюдии Лэнг.</b>

Архидемон повелевающий насекомыми. Как сладить с таким противником? Ответ один, постоянно выжигать любую летучую заразу. Ифриты прекрасно справляются, надо бы им помочь.

– Креол. Я сейчас с обратной стороны сотворю Длань Шамаша, а ты не зевай и попробуй сжечь как можно больше от этого демона.

– А потянешь? – ехидно уточнил Креол, но тут же собрался и сказал:

– Ладно иди. Надеюсь, этого демона мы завалим.

– А-то ж.

Далее я взлетел повыше и переместился за километр от массы насекомых. Они к слову не только летали, они еще ползали по земле, пожирая все, до чего дотянутся. Осмотревшись, я увидел, что постепенно насекомые сбивались в одну огромную стаю.

– Длань Шамаша.

Огненная волна взметнулась в небеса, осветив Иххарий, словно днем. Насекомые принялись исчезать с поразительной скоростью, рев пламени пожрав все вокруг. Пару раз я услышал, как воют от жгучей боли кони Правого Крыла огня, но эти огнегривые лошади имеют иммунитет к пламени, все-таки возят не кого-то, а ифритов - истинных детей пламени. Поэтому я не сильно волновался за их жизни. Свет стал нестерпим, а снаружи было наверняка еще круче. Когда я тренировал эту Длань, я наблюдал за собой от лица Кощея. Выглядело ужасающе и прекрасно одновременно. Огненный столб вырастал аж до небес, а жар был такой сильный, что испарял миллионы тонн воды за раз. Как-то я таким образом, временно конечно, оголил часть дна в точке Немо.

– Ай, больно же, - раздался относительно членораздельный звук, будто жужжание пары десятков слепней, размером с телегу.

– Ты разумный? – спросил я, готовясь вдарить Дланью Шамаша еще раз.

– Конечно, бессмертная ты букашка. Больно же, бушук тебя побери, - раздраженно ответил мне все тот же жужжащий голос, будто не человек говорит, а исполинский улей с пчелами.

– Длань Шамаша, - раздался новый голос с другой стороны.

Огненный столб вновь поднимается к небесам, захватывая территорию с воистину вампирской жадностью. Сто метров, двести, километр, два, три, восемь. Огонь пожирает все. Демон состоящий из насекомых отлетает все дальше и дальше, но теперь он окружен с четырех сторону мной, Креолом, каким-то серым, судя по ауре пиромантом, Тивилдормом и Левым Крылом Огня. Садкаличета и многие другие серые, наблюдали за этой битвой с очень далекого расстояния. Правое Крыло охраняло подступ к Иххарию.

– Длань Мардука, - рявкнул Креол, а сила демона ощутимо и резко упала. Судя по ауре он был в панике.

– Стойте, давайте поговорим? – остановился архидемон, жужжа свои слова. Аура могучего существа сильно подустала. Попробуем поговорить. Хуже не будет, если что.

– Длань Ша…

– Постой Креол, убить его мы всегда успеем, - встрял я в речитатив архимага. На меня пораженно уставились все, включая неизвестного демона.

Креол посмотрел на меня, на свой посох, почему-то на своего дедушку, который валялся пластом и опустил посох ровно настолько, чтобы в случае чего активировать Длань Шамаша. Ослабленный Дланью Мардука демон легкая добыча для демонолога, коим являемся Креол, я и Алкеалол. В случае чего в моем посохе уже наговорены и Длань Мардука и Длань Шамаша в двух экземплярах. Сил мне хватит. Благо, что Длань Мардука почти не требует маны, а вот Длань Шамаша, даже очень, но я не человек, а джинн и у меня особые отношения с огнем.

– Кто ты такой? – решил я начать диалог, сканируя духовным зрением ауру архидемона и окружающую территорию, кто знает, может демон просто нас отвлекает от чего-то.

– Я демолорд Паргорона, великий повелитель всех насекомых и имя мне – Кхатаркаданн, - гордо представился архидемон.

– То есть ты не из Лэнга? – уточнил Креол, подойдя немного ближе.

– Лэнга? Это смрадный мирок? – брезгливо прожужжал демолорд. – Нет, смертный. Я родом из Паргорона, я был частью бога Древнейшего.

– Оно и видно, что частью. Кто тебя призвал сюда?

– Какой-то на редкость сильный демонолог в красном плаще, как я помню. Имя его я не знаю, да и плевать.

– Кто тебя выпустил из Тринадцатого гимназия, выкидыш из-за Кромки? – донесся могильный голос Тивилдорма Призрака.

– Не хами мне, призрак, а то я и осерчать могу. А по поводу призывателя. Какая-то серая самка с толпой рабов. Жаль, что она быстро умерла, - проскрипел Кхатаркаданн, задумчиво жужжа крыльями. Вот как это у него выходит?

– То есть ты хотел нас уничтожить? – подытожил Тивилдорм с легким страхом поглядывая на огромную тучу из насекомых. Аура архидемона подавляла, а что самое паршивое, он мог быть плохо восприимчив к Длани Мардука, что влекло за собой пачку неприятностей. Ведь Мардук создавал свою Длань на основе демонов Лэнга. Хотя кто знает?

– Да. Таково было условие моего освобождения из плена. Однако, умирать в бою здесь, я тоже не горю желанием.

– Действие Длани Мардука скоро закончится, - шепнул я Креолу, а тот сжал рукой посох вышел вперед, намереваясь взять слово. Кхатаркаданн зловеще жужжал осиным роем и пока что хранил относительное молчание.