Чтение онлайн

Пытаясь предотвратить скачок давления, она напомнила себе, что несмотря ни на что, она его любит. В одно мгновение он мог вывести её из себя, заставив почувствовать себя ниже человеческого существа. А в следующий миг мог сделать так, будто земля крутится только потому, что она важна для него. Эти две противоречивые эмоции могли возникнуть по очереди и в любом порядке. Пока Клэр предавалась воспоминаниям, она осознала, что, как и год назад, у её настроения, привилегий и чувства собственного достоинства имелся общий знаменатель - Энтони Роулингс.

Как только это осознание пришло, он повернулся к ней, обнял своими руками и, всё ещё находясь во сне, пробормотал:

– Любовь моя, ты такая холодная. Придвигайся ко мне поближе.

И она растаяла у его тёплой груди. В данную минуту, так вовремя, она почувствовала себя в безопасности и любимой. Закрыв глаза, Клэр провалилась в сон.

Когда весна сменилась летом, их самым большим источником разногласий по-прежнему оставалась её семья. И хотя ей нравилось получать весточки от Эмили, но при виде её имени в электронных посланиях желудок переворачивался. Практически всегда их доставляли с потемневшими пронизывающими насквозь взглядами. Иногда ей хотелось, чтобы Патриция отвечала на электронные послания вместо неё. Были дни и обстоятельства, при которых общение не стоило конфликта. Всё зависело от слов Эмили: некоторые стимулировали решительность Клэр более чем другие. Её звонки Эмили всегда прослушивались. Эту действительность она не оспаривала, дабы не потерять эту возможность насовсем. Тони не нужно было доходчиво объяснять это Клэр. Она понимала так же хорошо, как и то, что её свободы зависели от его прихоти.

Со звонка, последующего сразу за интервью, Клэр разговаривала с Эмили почти каждые три или четыре недели. И она получала от нее весточку в виде электронного послания, по крайней мере, раз в неделю. После того, как у Клэр появился свой собственный электронный адрес, послания от Эмили стали более информативными. Клэр приходилось записывать свой ответ на бумаге. Потом он проходил одобрение и отправлялся Патрицией. Если бы Эмили ставила под сомнение возможность Клэр совершать какие-то действия, она бы выражала своё мнение, так как Тони оценивал каждое слово.

Этот же самый Тони преподнёс Клэр сюрприз в виде длинных выходных на озере Тахо. А потом в выходные на День Памяти организовал короткую поездку в Сан-Франциско. Там они за ужином встретились с Эли и Мэри-Эн в эксклюзивном ночном клубе, где отрывался великолепный вид на залив и мост. На следующий день, после романтической поездки по автодороге Хайвей 1 в арендованном кабриолете, они прогуливались рука об руку по пляжу Биг-Сур. Сила и брызги волн, бьющихся о большие камни вдоль берега океана, поражали. Это не было похоже на Мексиканский залив или на неподвижные воды Фиджи, скорее напоминало сцены с пляжами из кино. Во время этой поездки Тони сделал так, что Клэр чувствовала себя подобно звезде. В их последний день в Сан-Франциско они осматривали достопримечательности, хотя поездка в Алькатрас не была запланирована и даже не обсуждалась.

Тони также наметил деловую поездку в Европу на конец июля. На этот раз он хотел, чтобы она поехала с ним. Необычно, но муж попросил её помочь в составлении плана осмотра достопримечательностей. Они посетят Италию, Швейцарию и Францию. У него будут встречи, но он обещал найти свободное время для своей жены. Клэр проводила часы в их библиотеке, просматривая книги с адресами музеев и достопримечательностей. Интернет мог бы облегчить задачу, но она обнаружила невероятные картинки и информацию в информационных справочниках.

Работа в Красном кресте замедлилась. График был распланирован, а цели определены. Теперь наступил этап реализации. У Кортни имелись и другие члены комитета. Они распределили события: Клэр была председателем негласного аукциона, намеченного на октябрь. Она набросала варианты писем, которые запрашивали пожертвования, и Патриция разослала их значимым деловым партнёрам мистера Роулингса. В письмах содержалась просьба от миссис Энтони Роулингс о денежных пожертвованиях, и Тони уже принёс домой много положительных ответов. Клэр забронировала банкетный зал в Беттендорфе, где аукцион будет проходить одновременно с мероприятием по дегустации вин. Она даже организовала вино и закуски, решив, что вина помогут увеличить ставки. Кортни, казалось, была искренне рада и признательна Клэр за помощь.

Летняя жара создавала климатические условия, которые больше всего любила Клэр. Она с удовольствием проводила большинство своих дней дома у бассейна или на своём озере. Когда началось лето, Тони сомневался, разрешать ли ей походы на озеро. Он был там и знал, что то находится далеко от дома. Что если произойдёт настоящий несчастный случай? Сначала она уступила его решению, потом пришла к выводу, что стоит побороться. Озеро было для неё убежищем. Однажды в воскресенье, в начале июня, она осознанно добилась свободы для своих прогулок. Тони, в конце концов, уступил, сказав, что хотел рассердиться, но именно воспоминания о том, какой она была радостной во время их визита на озеро в феврале, заставили его смягчиться.

Она предложила ему присоединиться к ней, и, несмотря на другие планы в этот день, он согласился. Захватив плед, корзинку для пикника, упакованную Кэтрин, и воду, они направились к озеру. Достигнув берега, Тони, похоже, понял, почему она так любила это место. Оно никак не напоминало то, каким было в феврале. Летние цвета отчетливо контрастировали с белизной во время их последнего визита. Несмотря на небольшой размер, озеро переливалось и блестело оттенками голубого, созданными отражением сапфирового неба. Деревья, окружающие озеро, росли буйно, все в зелёных листьях. Деревья же в лесу создавали лабиринт, в котором, как надеялся Тони, Клэр могла ориентироваться. Он слушал звуки, доносящиеся с берега. В свои сорок шесть он никогда не останавливался, чтобы послушать, как на берег набегают волны. Устойчивый ритм, волна за волной, вместе с мягким ветерком от деревьев умиротворил его так, как он не мог и описать. Расстелив плед на берегу под тенью дерева, Тони позвал Клэр к себе. Она распаковала их обед, и они сидели в молчании.

По началу Клэр беспокоилась, посчитав, что Тони расстроится из-за её дерзости. Потом перестала беспокоиться и посмотрела на него, по-настоящему рассмотрела его лицо - оно было безмятежным. Она подумала о том, кого же видит: Энтони Роулингса, многомиллиардного финансового магната и бизнесмена, человека абсолютного контроля всех и вся. Клэр надеялась, что стала свидетелем того, как этот величественный человек осознал себя частью грандиозной картины. Возможно, впервые он не ощущал себя в качестве центральной фигуры. Не желая нарушать очарование момента, она позволила ему сидеть спокойно. Немного погодя, когда Клэр потеряла счёт времени, Тони, наконец, заговорил:

– Красиво. И это здесь, на нашей территории, я никогда не видел этого, только не так.

Солнце сверкало, напоминая призму света, и цвет отражался от глади воды. Достав из корзины бутерброды, Клэр отломила кусочек хлеба и бросила его в воду. Тони рассмеялся, когда приплыли мелкие рыбки, чтобы попасть на своё новообретённое пиршество. Она улыбнулась мужу. Её улыбка исходила от её глаз, она сама это чувствовала. С поверхности воды на неё смотрели его шоколадные глаза. Он склонился к ней.