Чтение онлайн

– Прекратите...

– Нет, не будет тебе прощения ни здесь, ни на том свете! – взвинтил крик к самим небесам Дрекозиус. – Гореть, гореть тебе в воздаяте смрадном, ибо грехи твои вопиют перед богами и смертными, и даже сама себя ты простить не сможешь, поскольку в глубине души понимаешь, насколько ужасны дела твои, насколько отвратительно то, что совершаешь! И один-единственный шанс у тебя остался хоть малостью искупить свои злодеяния, хоть чуть-чуть исправить все, что сотворила – покаяться немедленно, покаяться перед богами... а я выступлю твоим исповедником и слово тебе даю твердое, что грудью встану на твою защиту, когда вместе нам придется стоять перед Волканом и Молканом, бессменными судьями мертвых...

Голос Дрекозиуса из гневного стал очень ласковым – и антимагесса разрыдалась. Остальные тоже невольно поежились – речи жреца буквально ввинчивались в уши.

– Вы не понимаете!.. – всхлипнула антимагесса. – У нас нет пути назад!

– Зря ты так считаешь, дочь моя, - покачал головой Дрекозиус. – Взгляни на сего доброго человека. Когда-то он был великим грешником, творил зло и бесчинства так, что люди бежали в страхе при одном упоминании его имени... но потом он узрел свое отражение в лесном пруду и сам пришел в ужас. Он пришел ко мне за напутствием, и я помог ему раскаяться, вернуться к жизни праведной. С тех пор он делал исключительно доброе, раздавал милостыню бедным и совершал великие подвиги. Сейчас он идет с нами на, возможно, верную смерть – но разве его это тревожит? Нисколько, дочь моя, нисколько. И ты не тревожься – ибо все боги с тобой сейчас. Смотрят, ждут твоего решения. Ответишь ли ты на зов богов? Поспеши!

Антимагесса переводила растерянный взгляд с Мектига на Плаценту, с Плаценты на Фырдуза, с Фырдуза на Танзена... она не поняла, кого имел в виду Дрекозиус, и не решалась переспросить. Имрата тоже недоуменно моргала.

– Может, я все-таки попробую на ней Подчинение? – шепнул Танзену Фырдуз.

– Подожди, - остановил его волшебник. – По-моему, она спеклась.

Плечи антимагессы опустились. Глядя в землю, она сдавленно произнесла:

– Хорошо, я скажу. Только обещайте отпустить нас живыми. И сэра Анкогната тоже.

Дрекозиус охотно ей это пообещал. И антимагесса, имени которой так никто и не спросил, пролепетала, что ее группа – одна из девяти наблюдательных групп, которые рассредоточились в безопасных точках. Эти точки в самом деле безопасны – милорд лично об этом позаботился. У них нет определенной задачи – они просто ждут, следят в оба и докладывают в случае необходимости десятой группе, старшей. Ее возглавляет гроссмейстер си Торрьеха.

– И чего именно вы ждете? – спросил Танзен.

– Указаний милорда, - неохотно сказала антимагесса. – Мы понадобимся ему... потом... там.

Дрожащей рукой она указала чуть западнее развалин крепости. В сумраке острова Вечной Ночи было видно лишь то, что там лесистый холм... и то ли скала, то ли еще какое-то строение.

– Милорд нашел его уже давно, - призналась антимагесса. – Но мы пока не можем к нему подступиться. Там... там смерть.

Всем сразу стало не по себе. Если туда не может подступиться Антикатисто... кто тогда вообще сможет? Тем более, что это остров Вечной Ночи, так что там вряд ли святое место, от которого шарахается элементаль Тьмы.

– Я там не была, - торопливо добавила антимагесса, видя, что от нее ждут уточнений. – Но туда ходили два десятка наших, и еще волшебники из нанятых милордом, и целый отряд каких-то огромных червенасекомых – и никто не вернулся. Там смерть.

Антимагов связали и оставили в развалинах. Они не казались сколько-нибудь надежной защитой – три наполовину обрушившихся стены, половина дверной арки, да остатки второго этажа. Готовый обед для любого хищного зверя или гуля-людоеда. Но никто не собирался ни выпускать пленных на свободу, ни тащить с собой, так что те отделались все же лучше, чем могли бы.

На лесистый холм взбирались медленно и осторожно, с опаской. Мектиг не выпускал из рук секиру, Плацента поминутно озирался, Массено разглядывал окрестности с высоты. Танзен менял формы каждую минуту, переходя от самых зорких к самым чутким, слушая, нюхая и даже пробуя на вкус воздух. Мелькнули орел, собака, фелин, кобольд, гном, хобий, гяяду...

– Значит, Антикатисто все еще не добрался до Апофеоза, - произнес Массено. – Вероятно, именно для этого ему нужен Криабал.

– И это хорошо, - кивнул Танзен. – Если там что-то, чего боится даже он, мы можем не бояться, что он нас там подстережет.

– Зато нам стоит бояться того, чего боится он, тля! – сплюнул Плацента. – Что это такое, вообще?!

– Дойдем – узнаем, - ответил Танзен.

– Лучше бы все-таки пораньше, - поежился Фырдуз. – А то не очень хочется узнать в самый последний момент... жизни...

– Сын мой, это может быть что угодно, - наставительно произнес Дрекозиус. – Система ловушек, которую не способен преодолеть никто и ничто. Заградительный барьер древнего волшебства. Чудовище, рядом с которым Антикатисто – дым от свечи. А может статься, что и сам Апофеоз по-прежнему работает, только теперь в малую силу, на небольшом расстоянии.

– Гадать можно сколько угодно, тля! – огрызнулся Плацента. – Может, там вообще сортир Космодана, и он кирачит молниями всех, кто его увидит!

Все снова поежились. Джиданне вспомнилась сказка, которую ей в детстве рассказывала мама. Про охотника, который подглядывал за богинями Венатой, Лилейной и Проспериной, что купались в ручье. Богини так разгневались, что прокляли беднягу. Просперина предрекла, что никогда в жизни не будет ему ни в чем удачи. Лилейна сказала, что ни одна женщина его не полюбит. А Вената превратила его в кучу навоза.

Уже в Клеверном Ансамбле Джиданна узнала, что эта сказка – скорее всего, просто сказка. О севигистских богах ходит огромное количество неканоничных легенд, плодов народного творчества. Тем не менее, никто точно не знает, какие мифы целиком выдуманы пьяными кобзарями, а какие основаны на реальных событиях. А то, что некоторые истории о богах все же правдивы, искатели Криабала вполне уяснили после встречи с Савромортом.

Но пока что ничего страшного не происходило. Вверх по холму бежала тонкая, почти невидимая тропинка, и в округе не было ни нежити, ни мороков, ни других богатств острова Вечной Ночи. Только кривые, скрюченные деревья, древние каменные столбы... и скелеты. Костей становилось все больше и больше. Плацента то и дело нагибался, нашаривал что-то блестящее и с довольным видом прятал в карман.