Апофеоз
Шрифт:
– Мы уже пробовали сбежать, - брюзгливо напомнила Джиданна. – Успех был поразительным.
После битвы Бельзедора и Антикатисто они действительно попробовали дать деру. Сотканное из чистой Тьмы чудовище забрало все Криабалы, больше их тут ничто не удерживало.
Даже Имрата это неохотно признала.
Но покинуть Цитадель Зла не удалось. Бельзедор погиб, но его приспешники остались в добром здравии. Управляющий лично преградил искателям Криабала путь и вежливо сообщил, что им бы желательно еще задержаться здесь на какое-то время.
И это не просьба.
Имрата попыталась отшвырнуть этого человечка с как будто наклеенными усиками. Но в отличие от Бельзедора, тот не дал ей красивого поединка. Просто хлопнул в ладоши – и всех пятерых перенесло в камеры.
В те самые камеры, откуда их с таким трудом освободил Плацента. Только уже полностью отремонтированные. С заново наложенным замком в женской камере и починенными прутьями в мужской.
А на следующий день их вытащили и пригнали обратно в тронный зал. Тот уже почти полностью привели в порядок, вдоль стен вновь толпились прихвостни всех видов, а на железном колючем троне восседал Темный Властелин.
Опять живой и здоровый.
Был он разве что сейчас не в доспехе, а в черном костюме из толстой замши. Добрых девяти локтей ростом, с чеканным лицом цвета старой бронзы и чернильно-черной копной волос, лорд Бельзедор восседал перед мольбертом и писал картину. Жуткий, зловещий, но по-своему красивый пейзаж, панораму Бриарогена.
– Как вам моя работа, лорд Гвыфнюр? – спросил он, оценивающе склонив голову.
– Изумительно, Властелин! – с подчеркнутым подобострастием произнес тощий крысолюд. – Восхитительно! Вы непревзойденный талант! Художники всего мира – сущие ничтожества в сравнении с вами!
– В таком случае я жертвую эту картину на благотворительность, - снял холст с мольберта Бельзедор. – Продайте ее с аукциона в Ридолено, Торо или другом городе, знающем толк в живописи.
– Потом выкрасть обратно? – ухмыльнулся Гвыфнюр.
– Разумеется. Не мне вас учить.
– И продать снова?
– Да, но уже в другом городе.
– Другие ценности тоже красть?
– Само собой. Мою картину будут покупать тонкие ценители – у них наверняка найдутся и другие прекрасные полотна. В последнее время моя картинная галерея прискорбно перестала обогащаться – поручаю вам это исправить.
– Повинуюсь, мой Властелин, - склонился приспешник, едва не касаясь пола длинными резцами. – А на какую именно благотворительность жертвовать вырученные деньги?
– Вам в карман, лорд Гвыфнюр. Вы же сирота, кажется?..
Передав этому приспешнику картину, лорд Бельзедор так же стремительно разобрался с еще несколькими мелкими делами. Распорядился натравить виверн и хищных ящеров на Миртанию – небольшую страну по соседству с Империей Зла. Приказал устроить дождь из кальмаров в нескольких случайно выбранных королевствах. А приспешнику в белоснежном смокинге приказал отправиться в империю Грандпайр и массово осквернить там лестницы и лифты.
– А теперь перейдем к более важным вопросам, - поднялся с трона Бельзедор. – Господин управляющий, вы что-то хотели мне сказать?
– О да, Властелин, - преподнес ему странный черный предмет управляющий. – Спешу обрадовать – вас снова признали лучшим злодеем года! В сто сорок первый раз!
– О, как это лестно! – торжествующе ухмыльнулся Бельзедор. – Передайте членам жюри мою признательность и выпустите из темниц их родных.
Прихвостни восхищенно захлопали. Темный Властелин раскланялся на все четыре стороны, грохнул об пол черным посохом, откашлялся...
– Постойте, Властелин! – воскликнул управляющий. – Вы забыли надеть плащ! Нельзя выступать без плаща!
– Ох ты, - спохватился Бельзедор. – Благодарю вас, господин управляющий. Я чуть было не осрамился.
Действительно, старый его плащ был уничтожен в битве с Антикатисто. А настоящий злодейский плащ – это очень важно. Он должен красиво развеваться. Должен внушать ужас. Должен быть мягким, но вместе с тем прочным.
И черным. Радикальный черный цвет. Это очень важно. Черные плащи – одно из главных изделий текстильной промышленности. Плох тот портной Империи Зла, что не умеет шить такие.
Бельзедору поднесли самый лучший. Он запахнулся в него, снова откашлялся и принялся... петь. Зал наполнился как будто раскатами грома – гулкий, зычный голос Темного Властелина разносился так далеко, что вороны взлетели с крыш. Управляющий аккомпанировал ему на огромном черном органе, которого вроде бы еще только что в зале не было, а теперь вот появился откуда-то.
Я во мраке ночи насылаю кошмары!
Легионы злодеев повсюду я шлю!
Не получит пощады ни юный, ни старый!
Причинять людям горе я очень люблю!
Ненавижу всей душой я эльфов и людей,
Уничтожить их хочу, очистить мир скорей!
Пусть он будет гол и пустынен,
Пусть проклинают все мое имя!
Взвейся, нечисть, что мне подвластна,
Смерть всех настигнет, и это прекрасно!
Гремит война, планету потрясая,
Зловещий мрак окутал города!
Герои тщетно этот мир спасают,
Я буду сеять ужасы всегда!
Прихвостни раскачивались в такт, притопывали, щелкали зубами и хором подпевали:
Он могуч, велик, прекрасен,
Злобен и непобедим,
Он всегда от крови красен,