Чтение онлайн

Необходимость возвратить Оуэна его ошеломленным родителям задержала Нору в святилище еще на несколько минут после мессы. И к тому времени, как она добралась до офиса Сорена, Микаэль уже стоял со скрещенными на груди руками возле двери, прислонившись к стене.

– Он и тебя тоже вызвал?
– спросила девушка, садясь на скамью напротив двери в кабинет священника.

Микаэль кивнул.

– У меня такое чувство, как будто мы школьники и ждем взбучки от директора, - сказала Нора.
– Слышала, ты выпускаешься с отличием в этом году, так что, наверное, тебе никогда не приходилось сидеть перед учительской, да?

Сатерлин ждала хоть какого-нибудь ответа от парня, но тот только улыбнулся, так ничего и не сказав.

– Микаэль? Твой язык застрял в чьей-то киске?

Он засмеялся... во весь голос.

– Ну, наконец-то, - Нора с облегчением вздохнула, услышав хоть что-то от него. – Есть какие-нибудь предположения, почему мы здесь?

Микаэль пожал плечами.

– Ни одного. Но в любом случае, это не к добру.

– Микаэль, ты никому не говорил о нас?

От взгляда, которым парень ее наградил, ей стало неуютно, и она поняла, что выставила себя идиоткой, даже просто допуская в мыслях, что Микаэль мог бы рассказать о ней или Сорене.

– Нора, - произнес он, чуть ли не шепотом, - Я даже сам с собой не говорю.

Теперь настала ее очередь смеяться.

– Прости, Ангел. Я просто параноик.

– Все в порядке. Даю слово, что никому не рассказывал. Я никогда никому ничего не говорю.

Нора встала и подошла к Микаэлю; сев рядом, девушка пристально уставилась на него. Тот попытался отвести взгляд в сторону, но Нора щелкнула пальцами перед его лицом и указала прямо на свои глаза. В этот же момент серебряные глаза встретились с ее зелеными.

– Ты говорил со мной тогда, той ночью, - выдохнула она ему на ухо.

Бледное лицо Микаэля залилось румянцем, когда он прошептал: - Это был всего лишь сон.

Нора легонько подула на его шею возле уха.

– Тогда у нас был один и тот же сон.

Зрачки Микаэля расширились, Нора знала, что он вспоминал ту ночь, когда Сорен подарил его ей - как подарок и испытание. Подарком она насладилась, однако испытание провалила.

– Ты в порядке?
– спросила Сатерлин, делая шаг назад, чтобы дать ему передышку.

Микаэль нервно потер руки.

– Да, думаю, все нормально.

– Сорен дал тебе ту книгу?

– Да, она помогла. Спасибо, - ответил Микаэль.

Нора уставилась на ее старую потрепанную копию «Другого Таинственного Сада», классическую работу по психологии сексуального подчинения.

– Всегда рада помочь. Это наш священник сейчас говорит по телефону?

Микаэль кивнул.

– На каком языке?

– Сейчас на французском.
– Микаэль наклонился ближе к двери.
– А теперь на датском.

– Да уж... у меня для тебя одна хорошая и одна плохая новость.

– А именно?

Нора вернулась на скамейку и закинула ногу на ногу, привлекая этим движением внимание Микаэля.

– Плохая – это французский. Где французский, там и Кингсли.

– Кто такой Кингсли?

Нора усмехнулась. Кто такой Кингсли? Кингсли Эдж, Король Порока в Нью-Йорке. Наполовину француз и полный извращенец. Ее любовник от случая к случаю и лучший друг Сорена. Ну, «лучший» в те моменты, когда Сорен не угрожал его убить.

– Французский плох тем, что Кингсли всегда звонят, если нужно сделать что-то неправомерное. Но вот датский - это хорошо. Сорен всегда звонит племяннице в Копенгаген по воскресеньям после обедни, поэтому все не настолько плохо, чтобы он изменил своим привычкам.

– У Отца С есть племянница?

Микаэль казался удивленным такой возможностью. Нора улыбнулась ему. У Сорена была аура человека, который, казалось, уже родился взрослым. Вряд ли кто-то представлял его маленьким ребенком, с родителями, школой и домашними заданиями. Но она знала все о его семье - хорошее и плохое.

– Две племянницы и один племянник. И…, - она подняла три пальца, - три сестры. Две в Америке и одна в Дании.

Микаэль посмотрел вверх.

– Вау.

– Можешь представить его своим, - она указала на закрытую дверь, за которой находился один из наиболее пугающих людей в ее жизни, - братом? Страшно, правда?

– Не завидую бой-френдам его сестер.

Они вместе рассмеялись, хотя Нора знала, что у Сорена не было ни единого шанса нормально общаться со своими сестрами. Фрея росла в другой стране, а Клэр была на пятнадцать лет его моложе. И Элизабет... ну, Элизабет это отдельная история.

– Подойди поближе, дай-ка на тебя взглянуть, - сказала Нора, отрываясь от мыслей, которые угрожали забрести в темные дебри сознания.
– Какой у тебя сейчас рост?

Тринадцать месяцев назад он был всего на пять-десять сантиметров выше ее.

– Метр семьдесят семь, - Микаэль послушно подошел и встал рядом с ней.

– Так и знала, что ты все еще растешь, - сказала девушка, вспомнив, как изучала его, пока он спал в ту ночь.
– Растешь прямо на глазах. Хотя стоит отметить, что в весе ты прибавил незначительно.

Он поморщился.

– Не напоминай мне об этом.

– Не стоит загоняться, Ангел. Ты высокий, худой, с идеальной фарфоровой кожей и скулами как у супермодели. И в отличие от моих, твои длинные черные волосы выглядят гораздо послушнее. Вы, молодой человек, самый красивый парень из тех, которых мне когда-либо доводилось видеть.

Нора изучала его. Бедный мальчик, наверное, в школе ему проходу не давали из-за его внешности. Он вовсе не был изнеженным, но из категории милашек перепрыгнул в высшую лигу настоящих красавцев. Девушки, несомненно, завидовали ему, потому что он только проснувшись был куда красивее их после пары часов прихорашивания перед зеркалом, а парни, вероятно, ненавидели за вдохновляющие гомоэротические мысли в их воспаленном подростковом разуме.