Чтение онлайн

– Что это на нём шевелилось? – спросил я у Василисы.

– Та самая заколдованная глина, которой тебя Пуххехоль измазал на горе Семи ветров, только Егорушке этой гадости досталось намного больше.

– Баба Вера справится?

– Да, здесь-то всё проще, с тобой мы получили очень запущенный случай – слишком поздно заметили, и глина успела поразить весь организм.

– Полетели добивать спрятавшихся големов? – спросил я. – Это только кладенцу и по силам, ведь теперь они в толще земли недоступны для стального торнадо!

Василиса взглянула на Ариэля, тот кивнул головой и стал сворачивать воронку, пока она не превратилась в тонюсенькую ниточку, которая подошла к скале, ударилась о край обрыва, рассыпалась, и на вершину со звоном начали падать мечи-самолётики. Во-первых, их осталось намного меньше, чем запускали, а во-вторых, они совершенно истончились, превратившись в тонюсенькие «обмылочки», я поразился:

– Ещё пять минут боя, и мы остались бы безоружными?

– Да, – ответил Ариэль, – новые големы Землистов оказались очень хорошим абразивным материалом, Василиса, моим мастерам надо бы вновь попасть на гору Семи ветров – делать новые мечи-самолётики, как это побыстрее устроить?

Василиса на секунду задумалась, наверное, она разговаривала с Ягой:

– Баба Вера сейчас закончит с Егорушкой и проведёт вас по клубку, а мы полетели добивать тех, кто остался в земле. – Василиса тронула меня за рукав: – Ты что замер?

Я сел на метлу, обнял Василису, и мы сорвались с горы почти вертикально вниз. Набрав скорость, Василиса выровняла метлу, и мы понеслись над самой землёй на огромной скорости. Сначала я пытался рубить каждый двигающийся бугорок, но получалось плохо, тогда опустил меч вертикально вниз, а Василиса сбавила скорость и перешла на бреющий полёт – летела, почти касаясь метлой земли. Вот здесь у нас стало получаться замечательно: кладенец рассекал землю, оставляя за собой почти невидимую линию разреза. И когда под смертоносное лезвие попадал зарывшийся голем, то его рассекало пополам, и этот выплеск предсмертной магической энергии отдавался в рукоятку.

Мы уже минут двадцать перепахивали кладенцом землю вокруг Огненной горы, как вдруг сбоку от нас, метрах в двадцати, хлюпнул пузырь из жидкой глины. Он чем-то походил на грязевой вулкан, который я видел по телевизору в одной из программ про путешествия. Василиса затормозила, развернулась и, медленно приближаясь к месту прорыва глины, спросила:

– Ты готов?

– К чему, принять грязевую ванную?

– Всё шутишь?

– Нет, действительно не понимаю, чего ты от меня хочешь.

– Рубануть мечом по порталу Землистов.

– Так вот, значит, что это такое! Так бы и сказала, а то всё намеками, я же их ещё ни разу не видел.

– А догадаться слабо? Готов, а то он может закрыться?

– Да!

Метла стремительно устремилась к порталу, я замахнулся и рубанул, грязевой вулкан ухнул и ответил выбросом жидкой земли. Опять мне не удалось правильно рассчитать силу удара, помело вильнуло, поток глины обрушился на нас, разрушил защитный кокон и облил горячей жижей с ног до головы. Метла выровнялась, но с трудом, я каждой клеточкой почувствовал, как на нас навалилась тяжесть и стала давить вниз, к земле.

– Надо дотянуть до леса, помогай мне, – крикнула Василиса, – чувствуешь заклинание, которым я поднимаю метлу?

Я прислушался к магическим ощущениям и услышал в голове Василисы слабый гул, чем-то похожий на звуки эоловой арфы, попытался его воспроизвести, метла перестала клевать и выровнялась.

– А теперь помогай тащить её вперед! – закричала Василиса. – Времени у нас почти нет, надо торопиться, иначе свалимся, слишком большая порция этой гадости досталась!

Я поднапрягся, стараясь увеличивать громкость звучания заклинания, при этом не забывая мысленно изо всех сил толкать метлу вперед. Почему-то мне тогда вспомнилась книжка про Мюнхгаузена, тот самый эпизод, когда пресловутый барон вытаскивал себя за косичку из болота вместе с конём. В детстве я всегда смеялся над этим моментом, но только теперь, попав в мир волшебства и заклинаний, понял, всё в историях барона насквозь реально. Когда мы подлетали к лесочку, уже просто физически чувствовал, что липкая жидкая глина активизировалась и стала растекаться по телу. Она залезла под рубашку и джинсы, старалась попасть в рот, нос, глаза, уши и просочиться через поры кожи. У меня опять начался зуд, как во время похорон на горе Семи ветров, только намного сильнее.

Мы всё-таки сумели дотянуть до деревьев, прежде чем метла отказалась лететь окончательно. Наше падение началось в чахлом лесочке возле Огненной горы, а приземлились мы уже в Заповедном лесу, вернее даже сказать, приводнились, так как со всей скорости вместе с метлой плюхнулись прямо посредине мелкого ручья, берущего начало от подтекающего медного змеевика, торчащего из огромного валуна. Подняв фонтаны брызг, мы проскользили метра два по глинистому руслу и затормозили, живая вода, даже не свежая, а текущая в ручье, стала бороться с чужеродной магией – зашипела и запузырилась. Примерно так шипит перекись водорода, попадая на кровь, волшебная глина стала отваливаться от нас, пытаясь удрать от живой воды, но та настигала её и уничтожала.

Только тут я заметил, что всё-таки порезался о кладенец, причём сильно – правое бедро оказалось разрубленным до самой кости, да и её тоже наверняка перерубил меч, так как нога выше колена у меня неестественно подогнулась. Вся вода в ручье ниже нас по течению окрасилась в темно-красный цвет, в раскрытую рану уже попадала живая вода вперемешку с заколдованной глиной и поднятой со дна грязью. Сражение между двумя стихиями переместилось внутрь раны – в мои ткани, это я почувствовал своими новыми способностями, но ни сопротивляться, ни уж тем более противодействовать не мог – не хватало знаний.

Боли не ощущалось совершенно, но сознание катастрофически уходило из головы, почему-то последней мыслью в моем отключающемся мозгу стало сожаление о последних целых джинсах, которые я испортил, ведь завтра надеть мне совершенно нечего, хоть щеголяй в одних трусах. А всё потому, что в моей сумке уже не осталось целой одежды, да и денег, чтобы купить новую, – тоже нет, ведь все мои сбережения превратились в пепел тогда же, когда сгорела квартира. Говорили мне, что не надо держать бумажные деньги дома, но, как говорится, знал бы, где упадёшь, соломки бы подстелил. Хоть у меня и имелся кошёлек, но когда я его последний раз в руках держал? Да и наличных там оставалось с гулькин нос, а кредитным карточкам я не доверял со времён последнего дефолта, вот и спрашивается, на какие теперь средства жить дальше?

Очнулся я почему-то не в избушке, а в бане – очередное моё выздоровление получилось какое-то нетрадиционное, или на этот раз рана оказалась более серьезной, чем раньше, – мне этого не объяснили по причине бессознательного состояния. Оглядевшись по сторонам, понял, что лежу на деревянной лавке один и совершенно голый, а в бане немного натоплено – градусов сорок – самая комфортная температура, чтобы спать раздетым и без одеяла. Первым делом посмотрел на правую ногу: всё цело, даже тонюсенькой линии шрама не осталось, может, мне столь огромный порез из-за заколдованной глины померещился, ведь в прошлый раз эта магическая субстанция даже в малых количествах ох как сильно на психику действовала. Попробовал пошевелить ногой – нет, рана всё-таки существовала, а не почудилась, просто живая вода всё прекрасно залечила, но какое-то неудобство в мышцах, как и после остальных моих ранений, ещё ощущалось.