Амулет снежного человека

«И кой черт меня дернул согласиться на эту авантюру! – думала Тина в ярости. – Ведь знала же, что ничем хорошим это не кончится! Нужно было настоять там, на развилке, чтобы поворачивал направо. А этому обязательно нужно налево. Всегда налево. Вот и занесло черт-те куда!»

Джип здорово тряхнуло, не иначе, дорога кончилась, и машина заехала в канаву. Было такое чувство, что все внутренности перемешались, а потом встали не на свои места: сердце теперь там, где должна быть печень, желудок – у горла.

Тина рванула ремень безопасности, потому что он ее душил.

– Пристегнись! – крикнул Кирилл. – Так безопаснее.

– Безопаснее? – не выдержала она. – Безопаснее было бы вообще не сворачивать на эту, с позволения сказать, дорогу! А еще безопаснее было бы не тащиться в эту глушь!

– Ну, завела шарманку! – процедил он. – Не ори под руку!

Она сама понимала, что не следует скандалить в машине, ругаться, когда человек за рулем, но уже не могла сдерживаться. Ехали они долго, таскались по раскисшим дорогам, она устала, хотелось есть, пить, спать, да хотя бы просто в тепло. Чтобы камин горел, музыка играла и в руках стакан с ароматным глинтвейном.

Ага, размечталась. Никто ей этого не предоставит. По крайней мере сейчас. Тогда хоть покинуть этот осточертевший автомобиль, потому что все тело уже затекло, да не вывалиться на холод и сырость, а найти какую-то крышу над головой. Но нет ничего поблизости, этот ненормальный завез ее в такую глушь. Они даже приблизительно не представляют, где сейчас находятся. Где-то на северо-востоке области. А может, это уже и не Ленинградская область? Что там дальше-то…

– Ну и что ты собираешься теперь делать? – спросила Тина, поскольку не могла молчать, эмоции ее распирали, и она боялась, что они ее разорвут. – Куда рулить? Ты хоть представляешь, где мы? Да нет, конечно, куда вам, современным людям, без навигатора! Тебя же все приборы слушаются, сам хвастался. И что?

Кирилл скрипнул зубами. Навигатор сломался, как только они свернули с автострады. Можно сказать, не сломался, а сошел с ума. Вместо карты Ленинградской области стал показывать карту Лазурного берега. Ну да, Ницца, Канны, и так до Марселя.

Что за черт? Ничего не помогало, на экране была все та же картинка. Пришлось ехать наугад. Первое время еще встречались дорожные указатели, потом все пропало. Но Кирилл упрямо ехал вперед, не желая сдаваться, а после уж и развернуться на этой дороге было нельзя. Так что Тинка где-то права, но он ни за что ей про это не скажет. Ох уж эти бабы, будет теперь зудеть всю дорогу.

Тина поглядела на него искоса. Господи, ну за что ей все это? Потратить свои законные выходные на такое вот, с позволения сказать, приключение. Замечательный вышел уик-энд!

И ведь это еще не конец, им, судя по всему, предстоит еще ночевка в машине. Ну за каким чертом она согласилась на эту поездку? Нужно было еще утром, когда увидела за окном дождь, отговорить Кирилла. Да попробуй его отговори, он ведь упрямый, как стадо ослов! Ну, тогда вообще отказаться… Послать его подальше и продолжать спать. Или послать подальше еще раньше. Ага, как же, вот уж этого у нее никогда не получится. Это какая-то пожизненная каторга.

Хотелось выть, кататься по полу и ругаться неприличными словами. Или выскочить из машины и бежать, бежать, куда глаза глядят. И чтобы ее догоняли, хватали за руки и умоляли вернуться. Тут она не сдержалась и фыркнула. Очень смешно, когда это было, чтобы Кирилл ее умолял вернуться? Да он способен бросить ее здесь на пустой дороге, где до ближайшего жилья сто километров! Ну, может, не сто, а пятьдесят, но ей и этого хватит.

– Над чем смеешься? – пробурчал Кирилл. – Может, расскажешь? Посмеемся вместе!

В голосе его звучали угрожающие нотки, Тина скрипнула зубами и решила промолчать. Один бог знает, чего ей это стоило, но она видела, как подрагивает у Кирилла жилка на виске. А это значит, что он на пределе и может взорваться. Нечасто такое у него бывает, но случается. Видела она пару раз и запомнила надолго, зрелище не из приятных. И правда может выгнать ее из машины. Далеко-то не уедет, но все равно, оказаться одной в этой глуши, мягко говоря, нежелательно. Да еще холодно, дождь идет, и темнеет быстро.

Тина вздрогнула, как наяву ощутив свою тоску, страх и холодные капли, попадающие за шиворот.

«Зачем, зачем мне все это нужно?» – в который раз задала она себе вопрос. И, как обычно, не нашла ответа. Потому что его не было. Никто не сумел бы ей объяснить, отчего уже много лет она не может выбросить Кирилла из своей жизни.

Пыталась поначалу, и не раз. Ничего не вышло. Потом она смирилась. Ей даже нравились его бесконечные увлечения, нравилось, как он мгновенно загорался, его могло подтолкнуть все, что угодно, – увиденный постер, случайно услышанный разговор, детский рисунок на стене. И вот уже готово – Кирилл кипит, глаза его блестят, и через десять минут у него в голове план – куда ехать и что делать.

С ним никогда не было скучно, едва он загорался какой-нибудь идеей, казалось, что кровь его не струится по жилам, как у всех, а несется бурным потоком, словно ручьи весной.

Так же быстро он остывал. И забывал свои мимолетные увлечения, не жалея ни потраченного времени, ни денег.

Он был хорошим программистом, работал в крупной фирме, таких, как он, работодатели очень ценят. По крайней мере так он сам говорит.

Последнее увлечение Кирилла было связано с поездками по старым заброшенным деревням.

Он выискивал на чердаках и в сараях старинные вещи из деревенского обихода, некоторые из них довольно хорошо сохранились. Кирилл отдавал их скупщику почти даром, он охотился за стариной не ради денег. Он говорил, что эти вещи необходимо спасти от порчи и пожара, что они обладают особой энергетикой, ведь к ним прикасалось множество людей за долгое время.

Тина слушала его мимоходом, невнимательно, поскольку это уже было далеко не первое его увлечение, и она знала, что скоро все пройдет. А пока ездила с ним, выискивая в сараях и на сеновалах прялки, ухваты, ушаты и коромысла. Все было засаленное и затертое сотнями натруженных рук, никакой особенной красоты Тина в этом не находила.