Чтение онлайн

Чтоб себя перевоспитать, нужно время, а еще человек, который подскажет, поможет.

Тут я забеспокоилась, дружить с Леркой мне совсем не хотелось. Я придвинула ей чашку с чаем и сама сделала пару глотков из своей чашки.

— Может, сходим куда? — предложила Лерка, понаблюдав за мной. — В казино. Или на дискотеку.

— Как-нибудь в другой раз, — отмахнулась я.

— Ага, — кивнула Лерка с печалью. — А чего у тебя за дела на работе?

— Дела как дела, — не стала я вдаваться в подробности.

— Тогда, может, в пятницу махнем за город? А хочешь, в Крым слетаем? Два часа туда, два обратно.

— У тебя что, свой самолет?

— Почему свой? Просто самолет.

— Вряд ли в ближайшее время получится.

— Почему?

Я взглянула на нее и по неизвестной причине почувствовала себя виноватой.

— У меня неприятности, — сообщила я со вздохом, хотя за секунду до этого не собиралась посвящать Лерку в свою жизнь.

— Что за неприятности?

Конечно, я уже пожалела о том, что сказала, но теперь секретничать было как-то глупо, и я ответила:

— Выживают меня из офиса. Когда мы снимали помещение и делали ремонт, хозяин от счастья прыгал до потолка, потому что домишко был старый, ветхий и грозил развалиться. А теперь в центре все развалины и халупы распродали, и он недоволен прежними условиями. На законном основании вышвырнуть он меня не может, но интригует и пакостит.

— Гад, — нахмурилась Лерка.

— Конечно, гад, — согласилась я. — Он с одним типом практически договорился, Андрюхин, слышала про такого?

— Нет, но это не важно. И что Андрюхин?

— Ему очень хочется все здание захапать. Конечно, он Федосееву, хозяину то есть, пообещал сумасшедшие деньги, ну, тот и рад стараться.

— И все? — подождав немного, спросила Лерка.

— Что все? — не поняла я.

— Это все твои неприятности?

— Ты хоть представляешь, что значит сменить адрес фирмы? — разозлилась я. — Найти помещение не у черта на куличках, а в приемлемом районе?

А реклама? А номер телефона? Мы же половину клиентов растеряем. Опять же в центре за реальные деньги ничего не найдешь.

— Я понимаю, — серьезно кивнула Лерка, а я почувствовала себя как-то неуверенно.

Мы допили чай, поболтали о том о сем (в основном о фильмах про Джеймса Бонда), и Лерка наконец отбыла восвояси, оставив мне номер своего мобильного. Я о нем тут же забыла, потому что звонить ей не собиралась.

Однако пришлось. Утром следующего дня я пила кофе в компании Софьи Сергеевны, когда позвонил Федосеев и, захлебываясь от ярости, заявил:

— Вы что себе позволяете? — Охнул и заорал:

— Ты что о себе воображаешь, пигалица?

— А что это вы на меня орете? — возмутилась я.

— Я орать не буду, я на тебя в милицию заявлю.

Пусть разбираются.

— Хорошо, заявляйте, — ничего не поняв, ответила я.

Он прорычал что-то нечленораздельное и повесил трубку, а я в легком шоке сделала еще несколько глотков. Тут меня озарило, я подавилась кофе, закашлялась, Софья Сергеевна хлопнула меня ладонью по спине, а я, как только смогла отдышаться, бросилась искать Леркин телефонный номер. К счастью, он оказался в сумке.

— Алло, — нараспев ответила Лерка.

— Это я, Анна.

— Привет, как дела? — Она вроде бы обрадовалась.

— Нормально. То есть.., слушай, — собралась я с силами, — мы вчера говорили о моих проблемах. Ты, случайно, не…

— Что?

— Сейчас позвонил Федосеев, хозяин здания, где находится наш офис, болтал какую-то чепуху.

— Грозил, что ли?

— Обещал заявить на меня в милицию, — За что? — удивилась Лерка.

— Не сказал.

— Слушай, а у него с головой как? Все дома или, бывает, отлучаются?

— Не знаю, — задумчиво ответила я. Прямо спросить Лерку я так и не решилась, вдруг она ни при чем, а я навыдумывала черт-те что.

Я быстро простилась с ней и остаток дня пребывала в унынии, ожидая появления милиции с минуты на минуту.

Милиция не явилась, зато на следующий день вновь позвонил Федосеев. Теперь голос его был слаще меда.

— Анна Михайловна… — захлебываясь от счастья, начал он, далее счастье шло по возрастающей, что, признаться, насторожило меня больше угроз.

Особенно тот факт, что Федосеев раз десять повторил, что все недоразумения между нами улажены и он предлагает мне заключить долгосрочный договор. — И давайте не будем тянуть. Встретимся завтра, у нотариуса. — Он продиктовал адрес и с заметным облегчением отключился.

В назначенное время я прибыла к нотариусу.

Федосеев ждал меня, пританцовывая возле своей «Ауди». Выглядел он так, точно ему на голову свалился кирпич и он по сию пору от этого не оправился. Завидев меня, дернул щекой, физиономию его слегка перекосило, но ее тут же украсила ласковая улыбка.

— Здравствуйте, — обрадовался он, шагнув навстречу, и я только тогда заметила, что левая рука у него на перевязи.

— Что у вас с рукой? — испугалась я, хотя чего бы мне пугаться, раз рука не моя, да и к Федосееву добрых чувств я не питала, уж очень много крови он мне попортил в последнее время.

— Рука? — Он посмотрел на нее с отчаянием и поспешно заверил:

— Ерунда.

Формальности много времени не заняли. Вскоре мы простились с Федосеевым, я довольная, он почему-то не очень, и это меня озадачивало, коли уж инициатива исходила от него. Он проводил меня до машины и неожиданно перешел на шепот: