Амазония
Шрифт:
Зейн шмыгнул под дугообразный корень и угрем проскользнул вглубь. Шустрый сукин сын! В этой погоне малый вес и щуплость Зейна, несомненно, были выигрышным фактором. Осознав, что драться предстоит врукопашную, Нат отшвырнул дубину и бросился следом.
Они продирались, ползли, перемахивали с уступа на уступ, прокладывая себе путь в причудливом переплетении корней. Разрыв между ним и Зейном рос на глазах.
Внезапно лабиринт кончился. Беглец и преследователь выскочили на одну и ту же тропу посреди растительного хаоса. Нат ругнулся и продолжил погоню.
Впереди сверкнула водная гладь. Мчась по извилистой тропке, Нат разглядел маячивший впереди пруд. Дальше пути не было.
Он усмехнулся. «Приехали, Зейн!»
В нескольких метрах от берега шакал понял, что сам загнал себя в западню, и замедлил бег, но вместо разочарованного вздоха Нат услышал ликующее «ха!».
Зейн отскочил в сторону, припадая к земле.
Нат выбежал на него.
Тот развернулся к нему с пистолетом в руках — девятимиллиметровой «береттой».
Нат на секунду замешкался, ища объяснение чуду, и только потом увидел свой собственный дробовик, зацепившийся ремнем за корень в паре шагов. Его осенило: пистолет Келли! Тот самый, который она выбросила из окна. Нат застонал. Фортуна явно отвернулась от него. Едва он шатнулся вправо за ружьем, как Зейн на него цыкнул.
— Еще раз так дернешься — заработаешь третий глаз!
9 часов 46 минут
Джунгли Амазонии
Анна спешила вперед, подгоняемая Коуве. Ружейные выстрелы гремели отовсюду, с каждым разом все ближе. Дакии осторожно показывал путь. Спокойный и уверенный, он сновал между деревьями, подводя отряд к эйдотее. Там, вместе с рейнджерами, они попытаются решить, что делать дальше.
Профессор ухитрился связаться с сержантом по рации и сообщить о состоянии дел. Еще он узнал, что Олин, оставленный в штабе, тоже смог доложить о себе. Все это время русский просидел в укрытии наверху. От группы Ната пока не было слышно ни слова. Коуве молился, чтобы с ними ничего не случилось.
Наконец впереди проглянуло солнце. Главная поляна! Их отряд огибал ее с юга, укрываясь под лесной завесой. Если верить сержанту, рейнджеров следовало ждать с севера.
Дакии дождался остальных и, сидя на корточках, вытянул руку.
Анна и Коуве поравнялись с проводником. Через просвет в листве Коуве увидел бревенчатую хижину у опушки. Теперь-то он понял, где находится. Прямо по курсу, всего в пятидесяти ярдах от них росла эйдотея — цель их пути. Однако жест Дакии был направлен вовсе не на нее. Позади дерева Коуве заметил Тор-Тора. Ягуар несся вдоль кромки поляны. Различив его, Коуве смог различить и другие фигуры, перебегающие от одной тени к другой. Команда рейнджеров и Манни! Они добрались! На последнем отрезке пути Дакии, искусно лавируя, вывел свое звено на опушку. Спустя считанные минуты группы воссоединились у основания эйдотеи. Костос похлопал профессора по плечу. Манни и Анна обнялись.
— Есть вести от Ната? — спросил Коуве.
Сержант покачал головой, затем махнул вверх.
— Я приказал Олину паковать аппаратуру и спускаться сюда.
— Зачем? Я думал, мы должны были встретиться на дереве.
— Здесь недалеко. Если я правильно понял, мы окружены. Так что дерево нас не спасет.
Коуве помрачнел, но вынужден был согласиться. Мародеры планомерно разрушали все древесные постройки. Наверху они были бы в ловушке.
— Тогда каков план?
— Выбираться отсюда. Прорвать их блокаду, и по возможности бесшумно. Как только выйдем из окружения, подыщем такое убежище, где нас не найдут. — Манни придвинулся ближе и посмотрел на часы. — Сержант установил в лесу одну из напалмовых бомб. До взрыва осталось пятнадцать минут.
— Отвлекающий маневр, — пояснил сержант Костос. Затем вскинул повыше рюкзак. — Если что, у нас есть еще.
— Поэтому-то мы не можем ждать Ната, — сказал Манни, читая вопрос в глазах друга.
Коуве смотрел в сторону Ягги. Треск выстрелов быстро сходил на нет, впрочем, как и отпущенное им время. Если уж рисковать, то без промедления. Коуве ничего не осталось, как уступить.
Вдруг лестница-лиана над головой закачалась. Профессор поднял голову. К ним с рюкзаком связиста на спине спускался Олин.
Костос махнул винтовкой.
— Будем готовиться к...
Взрывная волна повалила всех на колени. Коуве обернулся и увидел, как крышу хижины подбросило высоко в воздух. Обломки со страшным свистом разметало вокруг. Один кусок бревна пронесся у них над головами, как летучее стенобитное орудие, прошил листву и где-то вдалеке врезался в землю. Изнутри валил дым.
Взорвалась не граната.
Сквозь дым показалась группа солдат с оружием на изготовку. Коуве тотчас отметил две вещи. Во-первых, отряд вела женщина — обнаженная, рука об руку с высоким незнакомцем в белом. Следующее, на что профессор обратил внимание, находилось в руках одного из наемников и представляло самую непосредственную угрозу. Солдат уперся в землю коленом и взвалил на плечо длинную черную трубу.
Коуве пересмотрел достаточно «боевиков», чтобы без труда понять, что это.
— Гранатомет!
— Ложись! — крикнула Каррера за его спиной.
10 часов 3 минуты
Джунгли Амазонии
От первого взрыва Нат и Зейн застыли как вкопанные. Натан не сводил глаз с пистолета противника. Их разделяли всего несколько ярдов, так что дуло смотрело ему точно в грудь. Нат стоял, не смея шевельнуться, затаив дыхание.
Что там творится?
Когда громыхнуло еще раз, Зейн мельком скосил глаза в сторону взрыва. Нат знал, что другого шанса не будет. Он погибнет, если сейчас же чего-нибудь не предпринять. Пусть это будет не слишком умно, но...
Нат прыгнул вверх, только не в сторону Зейна, а за свисающим справа ружьем. Уловка не прошла незамеченной: прогремел выстрел. Нату словно ожгло чем-то бедро, но он не остановился. Налетев с размаху на корень, Натан сумел вцепиться в ружье. Времени освободить ремень не было, поэтому он развернул дробовик примерно туда, где стоял Зейн, и дернул курок. Отдачей ствол выбило у него из рук.
Нат вовремя отскочил и обернулся.
Зейн с простреленным животом пролетел пару ярдов назад и плюхнулся в водоем, возле которого обрывалась тропа. Он тут же вынырнул на поверхность (пруд оказался на удивление глубоким, даже у берегов) и заорал от испуга и боли.
Предатель на собственной шкуре прочувствовал то, чему подверг безоружного шамана бан-али: рана в живот — одна из самых мучительных.
Нат подтянулся и отцепил дробовик. Затем навел его на барахтающегося Зейна. Не заметив, что стало с пистолетом, Натан решил на этот раз действовать наверняка.