Альтер
Шрифт:
Радист потерял ко мне интерес. Тот повернулся спиной, и принялся настраивать какую-то деталь на инвалидном кресле. Внезапно Радист подпрыгнул на месте и резко обернулся в мою сторону. Я произнесла фразу, испугавшую Радиста. Фразу, долго томившуюся в клетке моего плененного сердца. В плену моей закаленной воли. Тихим голосом я произнесла.
"Я тебя люблю".
Проговорив это, я широко распахнула остекленевшие глаза. Впервые в жизни по моим щекам бежал поток горьких слез. Поток, не контролируемый волей и сердцем. Контролируемый лишь испуганной душой глубоко упрятанной в недра неконтролируемой плоти.
Александр.
Не прошло и двух часов, как Александр уже поднимался по лестнице. Адрес, сказанный Радистом, существовал на самом деле и являлся улицей, состоящей из недостроенных многоэтажек. Где-то недалеко взревела машина. Александр не обратил на нее внимания. Несчастный коп не мог знать, что данная машина увозила меня прочь от этого места. Александр не знал номера квартиры и вынужден был обойти их все. Криком он не желал привлекать к себе ненужного внимания. Через четверть часа он робко входил в комнату, служившую мне когда-то камерой.
К батарее был прикован наручник. Это показалось Александру дурным предзнаменованием.
В соседней комнате зашуршали. Александр бросился туда, но обнаружил Альберта. Быстро спрятавшись за угол, парень решил обдумать ситуацию, прежде чем выдать себя. Альберт заметил его.
– Саша! Саша! Иди ко мне! Не бойся меня!
– С чего бы это?
– Я не причиню тебе вреда.
Александр робко выглянул за угол и обомлел. Альберт был связан по рукам и ногам. Прислонившись спиной к стене, тот тихонько стонал. Его руки страшно побелели. Преступник слишком перетянул веревку на руках жертвы.
– Кто вас так?
– Вентьевский! А я ведь всегда верил ему! Однорукий тиран!
– Где ваша дочь?
– У него же. Он что-то задумал, и я не знаю, что замыслил его недобрый ум. Извини. Я тоже желаю отыскать негодяя, но даже не знаю где его искать!
Альберт выругался.
– Я должен спасти вашу дочь от вас!
– С чего бы это? Я не желаю причинять вреда ни ей, ни тебе. Развяжи меня.
Александр колебался.
– Развяжи проклятые веревки! Я не чувствую собственных рук! Освободи, и я помогу тебе в твоем непростом деле.
– Только если вы дадите мне зацепку. Где ее искать?
– Жди ее здесь. Вентьевский приведет ее сюда. Я в этом, почти, уверен.
– Почти?!
– Развяжи меня и жди ее здесь.
Яна.
В розыске.
Я открыла глаза, но ничего не увидела. Яркий свет полуденного солнца ослепил меня. Скоро я была накрыта черной тенью, загораживающей мне солнце. Это был Вентьевский. В его руке я разглядела обычный пакет.
– Славная работа!
– Улыбнулся тот, продемонстрировав пакет.
Я осмотрелась и обнаружила себя на том же самом месте, у той же самой батареи. Наручник сковал уже обе мои руки. Рядом ходил довольный Вентьевский с красочным пакетом в руке.
– Что-нибудь помнишь?
Я закрыла глаза и внезапное, смутное воспоминание заставило меня вскрикнуть от неожиданности и боли. Я вспомнила плиточный пол, начищенный до блеска; Вспомнила испуганное лицо старой женщины и тяжесть ледяного на ощупь огнестрельного оружия. Черный, тяжелый пистолет смотрел промеж глаз перепуганной женщины.
– Я... я ограбила банк?
– Точно!
– весело проговорил Радист, небрежно вытряхнув содержимое пакета на пол. К ногам Радиста пали крупные денежные купюры. Взяв в руку несколько купюр, тот похлопал меня ими по щекам и носу.
– Кто-нибудь погиб? Нет!
Я вспомнила лицо женщины за мгновение до того, как прогремел выстрел. Я убила человека, не осознавая того.
– Но не в этом счастье!
– Радист полил кучку денег своим одеколоном, затем зажег спичку и бросил ее на кучку денег. Не прошло и минуты, как деньги превратились в пыль.
– Можешь ничего не говорить! Ты совершил это преступление, чтобы опорочить мое честное имя?! Ты наслаждался!
– Еще как! Теперь ты в розыске. Местная полиция ищет тебя. Ты даже не удосужилась прикрыть свое лицо в момент нападения! Очень непрофессионально!
Радист осклабился в довольной усмешке.
Я закрыла глаза. Не хотелось верить в происходящее.
– Что тебе от меня нужно, Вентьевский?
Радист задумался.
– Ничего.
– Почему ты до сих пор не убил меня?
– Тянул время. Хотел насладиться своим триумфом и твоим поражением.
– Хочешь, убивай. Меня ничто не держит в этой жизни.
Радист вытащил пистолет, но стрелять не стал. Его тут же скрутили две очень крепкие руки.
– Альберт?! Как вы освободились?
Рядом с поверженным Вентьевским пробежал Александр.
– Ах, вот в чем дело, - улыбнулся Радист.
– Яна! Яна! С тобой все в порядке?
– закричал Александр.
– Что он с тобой сделал?
Я закрыла глаза, боясь ответить на вопрос. Заметив мое недоумение, Вентьевский просиял.
– Можешь сам посмотреть.
– Радист кивнул куда-то в сторону. Александр и Альберт обернулись и заметили камеру.
– Саша, прошу! Не смотри! Молю тебя!
– взмолилась я.
– Что он с тобой сделал?! Я убью тебя, Вентьевский!
– Александр бросился к Радисту. Альберт успел пристегнуть пленника к батарее, освободив меня. Теперь тот стоял неподалеку, с ненавистью глядя на Радиста.
– Отвечай, выродок!
– крикнул Альберт.
Радист улыбнулся.
– Что ты с ней сделал?