Шрифт:
В зеркале на меня смотрит интересная леди с насмешливым прищуром. Этот озорной взгляд от куда-то из юности.
Уложенные парикмахером, золотисто-пепельные волосы опускаются на плечи. Пастельно-нежный маникюр слепит глянцем, изумрудная шёлковая блуза оттеняет глаза, глубокий аромат Chanel №5 намекает на приключения. Подмигиваю этой леди:
– Привет, незнакомка. Прическа что надо, но кто ты такая?
Отражение удивленно поднимает бровь. Ну, конечно, это же я – Алиса Васильевна Лукина, шестидесяти лет от роду вот уже вторую неделю как.
Но к такому обращению не привыкла. Не хочу привыкать. Все, даже десятилетний внук, зовут меня Алиса.
Мой выход на пенсию дочь ознаменовала регистрацией на сайте знакомств.
Самой бы мне такая афера в голову не пришла.
Шестьдесят лет –такой странный возраст. Надо бы остепениться, стать приличной бабушкой. Я, правда, и сама толком не знаю, как. Соседка поговаривает, что следует обзавестись огородиком, выращивать картошку и смородину, вязать шерстяные носки и посещать вечера встреч старперов в Собесе. От такой перспективы я готова впасть в преждевременный маразм. Я, вообще-то, люблю кататься на велосипеде, купаться в пруду и читать блогеров в соцсетях. Вязать не умею, зато танцую о-го-го. Не зря же мастер спорта по бальным танцам.
Мне еще в юности Сашка, сосед по парте, сказал: “Эх, Алиска, не выйдет из тебя путевой старуху! Ты –вечная девчонка” Как в воду глядел.
Поэтому активно становлюсь непутевой.
Дочь уговорила меня на профессиональную фотосессию. Лучшая студия, модные фотограф и стилист стали ее подарком в честь Юбилея.
Я только и успевала менять наряды и прически, а фотограф ловила свет и утверждала, что мне следует попробовать себя в модельном бизнесе. Я вначале решила, что она шутит. Единственное место, услуги которого я могу теперь рекламировать– это Пенсионный Фонд России.
Я так и ответила ей, но фотограф мою иронию не оценила. Рассказала, что сейчас время “зрелых моделей”, а у меня есть все необходимое – “стройность, харизма и удачная лепка лица”.
Мне такой микс собственных достоинств, озвученный профи, и самой понравился. А фотограф сунула мне визитку с надписью “Модельное агентство ЛИКИ ОСЕНИ”.
Значит, если Пенсионный Фонд не покорю, отправлюсь “рвать” подиумы со своим осенним ликом.
Фотографии получились исключительными. Будто это и не я вовсе, а какая-то импозантная дама, рекламирующая с билборда модный бренд одежды.
Дочь решила использовала кадры неожиданным образом. Как мое портфолио для амурных дел.
Так и сказала:
– Мама, да ты ещё огонь. Такую красоту грех прятать в четырех стенах. Мы тебя замуж выдавать собрались.
Я от таких новостей дар речи потеряла. Ну и дела. Дети себя сватами возомнили.
Я ответила:
– Вообще-то, молодая уже не молода. Не фантазируйте, дорогие. У меня уже обрисовались планы на ближайшие перспективы. Турне по подругам, запись в библиотеку и на йогу.
Какое ещё замужество? Все женихи давно радикулитом вместо стрел амура подбиты.
Спасибо, дочь, спасибо, зять. Но передача «Давай поженимся» в реальном времени не является целью моей беззаботной старости.
Тогда моя Дашка стала чесать нос и чихать. Она с детства так выдавала себя, когда сотворила какое-то безобразие. Я напряглась, а Дашка с зятем переглянулись как два шпиона, которые вот-вот провалят секретную операцию. Дочь выдохнула и шепотом продолжила:
– Мам, ты только раньше времени не переживай и не возмущайся.
Зять слишком активно затряс головой:
Конец ознакомительного фрагмента.