Чтение онлайн

Водитель «девятки» не возникал. Волгин чувствовал затылком и спиной, как, отвернувшись от двух алкашей, он объясняет своей подруге, что мог бы выйти и запросто надавать им затрещин, но сдерживает себя, ибо связываться с подобным быдлом ниже его достоинства.

Из подъезда показался Николай.

Прежде, чем он разглядел оперов и, может быть, как-нибудь выразил бы удивление, те круто повернули направо и потащились вдоль стены дома, перестав выпендриваться и ускорив шаг, как только скрылись из поля зрения пассажиров подозрительной машины.

Николай спокойно приближался к арке, и перехватить его никто не пытался.

— А ведь никого больше и нет, — сказал Акулов. — Сейчас они его и тормознут. Все, как в той истории, что ты рассказывал утром. Только эти не приедут обратно. Хорошо, хоть номер «срубили».

— Давай назад!

Но возвращаться им не пришлось. Прежде чем Николай подошел к арке, «девятка» выкатилась ему навстречу, проехала мимо и покатила по двору, пока не скрылась за густыми зарослями кустарника в его дальней части.

— Неужели мы прокололись? — спросил Акулов с очень нехорошим выражением на лице, сразу вызывающим в памяти его слова об опозданиях и бандитской печенке, болевыми ощущениями в которой приходится за это платить. — Ну и хрен с ними! Адрес Сильного мы знаем. Я сегодня домой не пойду, пока его не увижу. Проведем опознание, а дальше я знаю пару волшебных слов, которыми удастся его расколоть.

— Не прокололись, — покачал головой Волгин, ускоряя шаг, чтебы выйти на проспект через арку в другом конце дома. — Давай, шевелись! Они сейчас по кругу проедут и вырулят к остановке.

Сергей оказался прав только частично. Вымогатели, действительно, не скрылись, но и подставлять свои шеи под милицейский аркан не торопились.

Николай уже стоял на троллейбусной остановке и нервно оглядывался по сторонам, ища знакомые физиономии. Ни мерзостных бандитских харь, ни благородных лиц сотрудников не замечалось, и он беспокоился.

Красная «девятка» находилась на противоположной от него и, соответственно, на той же, где были сейчас опера, стороне проспекта, водитель остался сидеть за рулем, а его подруга шла к месту встречи, пересекая проезжую часть в совершенно неположенном месте. Со спины казалось, что это — «учительница».

— Хватай бабу, а я тормозну тачку, — сказал Волгин, подталкивая Акулова локтем. — Только осторожнее, хрен знает, как она брыкаться умеет.

— Сам, значит, теперь ее боишься? — ухмыльнулся Акулов и отбросил бутылку, как с удивлением отметил Волгин — совершенно пустую. План осуществился лишь на одну половину. Девушка подошла к Николаю. И тени волнения не было на ее симпатичном, немного скуластом лице, зеленые глаза смотрели холодно и уверенно:

— Ты принес деньги?

— А ты кто такая? — Николай немного опешил.

— Какая тебе разница? Деньги с тобой или мне уходить?

— Со мной. А где документы?

«Училка» молча продемонстрировала «бумажник водителя», в котором лежали права, доверенность, техпаспорт и обручальное кольцо.

— Ну, где деньги?

— Давай. — Николай протянул руку, и она, с тем же ледяным спокойствием, положила ему на ладонь бумажник.

Коварный Акулов, подкравшийся сзади, схватил девчонку за локти, дернул так, чтобы исключить возможность атаки ногами, заставив изогнуться назад и балансировать на пятках, и без суеты защелкнул наручники.

— Допрыгалась, детка? Стой спокойно. Я человек простой, станешь выкаблучиваться — уговаривать не стану, приложу так, что потом очень долго ни один мужик на тебя не посмотрит.

Девушка промолчала, оставаясь совершенно спокойной.

А вот Волгину не повезло.

Он бросился к «девятке» в тот же момент, когда Акулов задержал «учительницу», но водитель успел врубить двигатель и рвануть от тротуара.

— Стой!

Законных оснований дырявить покрышки машины, на первый взгляд, не было, но Волгин остановился, взял пистолет двумя руками и прицелился в правое колесо,

Далековато…

Тем не менее он нажал На спусковой крючок.

Пуля пробила дыру в левой половине стекла задней двери и Волгин, изумленно матюгнувшись, опустил оружие.

Если завалил шофера — это конец. Может, и не полный, но достаточно ощутимый.

Сам он, что ли, под выстрел подставился? Или ствол пистолета от частого открывания бутылок искривился? Так ведь не открывал никогда, другими предметами пользовался.

Дважды вильнув, с визгом покрышек «девятка» ушла направо и затерялась в потоке транспорта.

— Лучше Лолита, чем пятнадцатилетний капитан, — заметил Акулов, разглядывая задержанную. — Но капитана мы тоже поймаем. Очень скоро.

Она молчала, глядя в стенку перед собой. Молчала уже десять минут, с тех пор, как приехали в РУВД и ей был указан стул посреди кабинета, на который она уселась в самой что ни есть целомудренной позе.

— Ты что, зомбированная? Девушка посмотрела на Андрея, подумала и поправила локон над правым ухом.

— Макарова Анна Михаиловна, — прочитал Акулов в студенческом билете, единственной вещи, обнаруженной в карманах задержанной. — Четвертый курс педагогического института. Что готовишься преподавать, красавица?

— Русский язык и литературу.

— Неужели в школу пойдешь работать?

— Пойду.

— Однако…

"Волгина в кабинете не было, он отправился в дежурную часть объявить сбежавшую «девятку» в розыск и доложить Катышеву о произведенной по машине стрельбе.

— Что ж тебя Леша-то бросил? Некрасиво как-то, неблагородно с его стороны. Или в ваших кругах так принято? Ты, красавица, по-моему, не врубаешься, в какую историю влипла. Надо Кодекс показать, или заранее его изучила? Года на три твои шалости могут запросто потянуть, и это с учетом того, что в судах к женщинам относятся намного благосклоннее. Поверь мне, я знаю… Будет разговор или нет?