Акция прикрытия
Шрифт:
– Раз дело государственной важности, то я готова оказать содействие, – немедленно ответила она. – Подошлите машину к дому.
Ровно через десять минут Леночка впорхнула в автомобиль военного атташе и привычно положила руку на самую чувствительную часть его тела.
– Привет! Куда поедем?
– А что ты сказала своему идиоту? – поинтересовался Коровников, трогая машину с места.
– Что надо срочно перепечатать секретный документ, а мне доверяют. Так что я свободна до утра!
Коровников собирался на полчаса заехать на пляж, но – гулять так гулять!
– Надо купить джина и чего-то закусить... Сейчас заедем... Черт!
Он резко затормозил, Леночку бросило на панель.
– Что с тобой такое, противный! – возмутилась она.
– Только сейчас дошло... Помнишь, я встречал хмыря? Он за одним негодяем прибыл... И пропал! А негодяй сидит себе на Тиносе и ждет глиссер с зеленым вымпелом! Потому что его Белов пообещал вытащить... Хорошо, ему запретили... Он бормотал что-то еще, но совершенно невразумительно.
– Давай я сяду за руль, а то тебя совсем развезло. И заедем в одну гостиницу, там в баре мой любимый джин...
Но в гостинице Леночка поила не в бар, а в номер сорок два, где проживал русский гражданин Сидельников. Леночка уже высосала капитана досуха, и когда он увидел ее на пороге, то тихо застонал.
– Сколько можно, я уже не могу, потерпи до завтра...
– Не болтай ерунды, я по делу, – холодно перебила Леночка и четко изложила то, что услышала несколько минут назад. – Давай, действуй.
В машину она вернулась действительно с бутылкой джина и отвезла уснувшего Коровникова на конспиративную квартиру, где быстро привела его в чувство.
А Сидельников прямо из гостиницы позвонил по обычному московскому номеру и, коротко переговорив, оделся и стал ждать. Он знал, что сейчас набирает обороты мощный механизм, с помощью которого начальник СБП доводил до конца все свои начинания. Через полчаса дежурная машина забрала Сидельникова из третьеразрядной гостиницы И отвезла в посольство. Вызванный из дома посол внимательно выслушал его и принялся поднимать персонал. Звонки, встречи и переговоры продолжались всю ночь.
– Это невозможно, – сказал посол, когда уже начинало светать. – Они обложили весь остров, и мы ничего не можем сделать.
– Посмотрим, – пожал плечами капитан. И вежливо спросил: – Я могу воспользоваться телефоном? Говорил он недолго, всего две фразы:
– Возможности посольства исчерпаны. Ничего не получается.
Потом капитан лег спать прямо в прилегающей к кабинету посла комнате отдыха. Через несколько часов его разбудили.
– Только что прибыл советник греческого МИДа. – Посол находился в крайней степени возбуждения. – Наш Президент, САМ, звонил их президенту... Тот приказал министру внутренних дел оказать вам содействие. Вертолет готов, внизу, в машине, ждет сотрудник контрразведки. Его фамилия Влакос. Он в курсе этого дела и должен оказать вам содействие...
Посол смотрел на Сидельникова так, будто перед ним был личный представитель всемогущего Президента, Капитан лениво потянулся.
– У вас найдется кусок зеленой ткани? Желательно ярко-зеленой, чтобы было видно издалека. И как можно быстрее!
Посол кивнул референту, и через минуту задание было выдано всем сотрудникам, руководителям отделов и служб. Военный атташе Коровников блестяще решил поставленную задачу: через пять минут он принес так необходимую для завершения операции зеленую ткань. Это было платье Леночки Дерюгиной. Она всегда отличалась высокой сознательностью и готовностью идти на жертвы во имя интересов дела.
В «Шереметьеве-2» прибывший из Афин борт поджидали бронированная «чайка» и четыре сотрудника группы «Ад».
– Господина Верлинова просят пройти на трап, – объявила стюардесса в оживленный удачной посадкой салон. Наступила враждебная тишина. Под пристальными недоброжелательными взглядами шел по проходу крепкий еще мужчина средних лет с усталым лицом и без всякого багажа.
– Совсем обнаглели эти...
Вульгарная женщина с густо намазанным лицом не могла подобрать нужного слова. Человек не был похож ни на нового русского, ни на спекулянта, ни на мафиози. Поэтому она решила не конкретизировать.
– Совсем обнаглели!
Этими словами встретила генерала Верлинова Москва.