Чтение онлайн

– Послушай, я сам здесь решаю, что я должен, а что нет, - Руденко угрожающе надвинулся на агента.
– Я не знаю, кто ты и каков твой статус. Мне на это насрать. Я знаю, что вы хотите, чтобы то, что находиться в этих контейнерах попало по назначению, и я прилетел сюда, чтобы это сделать. Если вы против, хрен с вами. Я сейчас пакую своих людей и валю отсюда, а вы останетесь с вашим долбаным грузом на растерзание местным отморозкам. Идет?

Ошеломленный Морган молчал, лихорадочно перебирая в голове варианты.

– Да, еще... У вас наверняка есть пара крутых ребят в самолете, - уже спокойнее продолжил полковник.
– Не берите в голову дурных мыслей. У меня здесь две роты спецназа, полдюжины захваченных на базе БТРов и два вертолета огневой поддержки. Не надо делать резких движений.

– Твою мать!
– выругался Морган, который за всю свою богатую оперативную карьеру никогда не попадал в такую ситуацию.
– Мне надо связаться с...

– Надо, так связывайся, - перебил его полковник.
– А мы пока займемся делом.

Сухо клацнул болторез, срезая замок с первого контейнера. Боец открыл двери. Внутри, на амортизирующей подушке в фиксирующем крепеже покоились два продолговатых ящика их толстой фанеры.

– Вскрой крышку, - скомандовал полковник и, когда крышка одного из ящиков упала на пол, медленно проговорил.
– Знакомая хрень... Так вот вы куда замахнулись. Теперь я понимаю, почему вас не пустили в киевские аэропорты.

Сбушник задумчиво поскреб подбородок, рассматривая бронированный контейнер с усиленной защитой от радиации. Всего таких ящиков в контейнере было четыре.

– Ну, спасибо за подарочек. Ребятки, грузите все это в первый борт, - сказал он и оглянулся на Моргана, который что-то быстро говорил по спутниковому телефону.

В это время в США в оперативном центре контроля за операцией лихорадочно пытались связаться с контактным лицом в Киеве, чтобы подтвердить полномочия полковника Руденко и получить хоть какое-то объяснение, почему он действует в нарушение инструкций. Контактное лицо, что-то долго мычало в телефон, но, наконец, сообщило, что Руденко можно полностью доверять и, если он что-то предпринимает, то значит так и надо.

Чувствуя, что он полностью потерял контроль над ситуацией, Морган спрятал спутниковый телефон и подошел к Руденко.

– Полковник, я надеюсь, вы знаете, что делаете. Меня только что заверили, те, кто вас сюда послал, что вам можно доверять.

– Конечно. Мне можно доверять, - все еще над чем-то раздумывая, согласился Руденко.
– А вот можно ли доверять тем, кто послал меня принять четыре ядерных заряда, ни хрена не сказав об этом, я пока не знаю.

– Послушаете, вы сами понимаете, насколько опасен этот груз. Надо чтобы он был доставлен по назначению.

– Хм... Если он так опасен, нахрена вы его сюда притащили?
– Руденко снова в нерешительности поскреб подбородок, и агент почувствовал, как по его спине пробежал неприятных холодок.

– Полковник, не делайте глупостей, - перешел на настойчивый шепот Морган.
– Контейнеры вы сами не вскроете - они снабжены устройством самоуничтожения управляемым со спутника. Более того это устройство сработает через сутки, если не ввести код безопасности, который знают только те, кто вас сюда послал.

– Вот вы суки! Все продумали, - сквозь зубы процедил сбушник.
– Ладно... Раз влез в это дерьмо, буду теперь разгребать его до конца.
– Слушай меня внимательно, my friend* (*my friend - англ. мой друг). Я сейчас гружу эти контейнеры и часть бойцов в один из моих транспортников, и сваливаю отсюда. Одновременно снимется кордон, удерживающий местных. Они будут здесь через полчаса, бросают технику грузятся, и тоже валят. Хочешь жить, взлетай сразу после меня. Я освобожу полосу, а пара моих вертолетов проследят, чтобы в тебя не пальнули из зеленки.

– Хэй! Я должен доставить ооновский груз, Это часть легенды прикрытия, - с сомнением в голосе сказал Морган.

– Слабоватая у вас легенда. Видно фантазии поубавилось. Слушай сюда... Взлетай как можно быстрее и бери курс на Киев. В Борисполе не садись - его контролируют один из местных батальонов. Проси посадки в Жулянах - это в городе. Там армия хоть какой-то порядок поддерживает. Борт ооновский - должны пропустить. Все равно в аэропортах загрузки никакой. Там и разгрузишься.

– Но это не соответствует карте полета!
– возмутился агент.

– Какая, нахрен, карта? У вас там, что мозги совсем отсохли. Это Украина, мужик. Все - хорош трепаться. Решай сам. Мне проа, - сбушник развернулся и пошел вниз по аппарели.

– Слава Україні!
– чуть помедлив, бросил ему вслед Морган, хотя сейчас ему больше всего хотелось разрядить в спину полковника свой пистолет.

– Да пошел ты!
– не оборачиваясь, ответил Руденко и зло сплюнул на бетон взлетной полосы.

* * *

Этим же вечером оперативный дежурный ФСБ, сопровождающий операции по плану "Невод"* (*ГРАП "Невод" - глобальный разведывательно-аналитический план ФСБ России позволяющий сфокусировать максимум разведресурсов по всему миру на выполнении приоритетной задачи), получил отчет подготовленный аналитиками Центра обработки и анализа данных ФСБ. Отчеты такого уровня приходили довольно редко, потому что таких масштабных операций, охватывающих все виды информационной разведки и практически всю агентурную сеть, даже в лучшие времена проводилось мало. А вулканическая зима, продлившаяся почти четыре года, и вовсе заморозила разведку по всему миру.

Увидев тему отчета, дежурный оживился.

Вчера в первой половине дня разведывательный спутник зафиксировал необычную активность в районе базы армейской авиации ВСУ Украины в Львовской области. По картинкам выходило, что взлетную полосу взяла под контроль группа вооруженных людей приземлившихся на двух военных транспортниках. Судя по тому, что операцию поддерживали два вертолета, работала либо армия, либо одно из расплодившихся во множестве за последнее время спецподразделений. Такое в Украине случалось часто. Разношерстные местные полуофициальные вооруженные формирования постоянно резались друг с другом, и, когда крови лилось слишком много, Киев посылал армию или спецназ чтобы немного остудить страсти.