Чтение онлайн

Было очевидно, что впервые с середины прошлого века американская верхушка оказалась в таком унизительном положении. Это привело к всеобщей растерянности и апатии, тем более, что информация о применении "эффекта" в Санта-Фе была ограничена только рамками Совета национальной безопасности. Из его членов только министр обороны Дуглас Локарт, глава МНБ Патрик Коэн и, пришедший в себя после приступа госсекретарь Алан Морисон, могли адекватно оценивать ситуацию, и предпринимали судорожные попытки закрыть, внезапно возникшую, зияющую брешь в безопасности страны. Скорее всего, именно они, видя безвыходность положения и полную неспособность, принявшего президентские полномочия вице-президента Демиана Уолберга, принимать решения, продавили подписание договора о разоружении.

Две недели назад, после коротких переговоров Америка, Россия и Китай в присутствии членов Совета Безопасности ООН подписали договор о передаче под международный контроль своих ядерных боеголовок находящихся на стратегических носителях. Договор предполагал немедленное возвращение всех боевых единиц: подводных лодок, кораблей, самолетов, мобильных наземных комплексов способных нести ядерное вооружение в места постоянного базирования. Сразу же после короткой сверки, в США и России в присутствии инспекторов ООН должен был начаться демонтаж ядерных боевых блоков со стратегических носителей и блокировка систем их наведении и контроля. На первом этапе демонтированные ядерные заряды должны были быть складированы на территории стран-владельцев, они же должны были обеспечить их охрану в присутствии наблюдателей ООН.

Договор предусматривал, что как только Россия и США демонтируют по тысяче носителей, к процессу разоружения в том же формате присоединится Китай, а затем и другие страны ядерного клуба. Европейцы, Индия и Пакистан с готовностью согласились с таким подходом, а вот с Израилем возникли проблемы. Формально Израиль никогда не признавал наличие у себя ядерного оружия, но с большой долей уверенности можно было предполагать, что у него в распоряжении имеется от восьмидесяти до ста ядерных зарядов разной мощности. Как средства доставки использовались, в основном, баллистические ракеты малой и средней дальности, артиллерийские системы и крылатые ракеты наземного и воздушного базирования. Разговор с Израилем шел вязко. В первые дни он отвергал сам предмет переговоров, утверждая, что не имеет ядерного оружия, но намекал, что оно тактическое и не попадает под подписанный договор. Однако переговоры, все же продвигались, и можно было надеяться, что под закрепленные в договоре о совместной обороне, гарантии безопасности, предоставленные непосредственно США и Россией израильтяне все же пойдут на разоружение.

Все стороны понимали, что полного демонтажа стратегических ядерных сил ни в одной стране участнице договора не произойдет, и каждый постарается скрыть по несколько носителей как гарантию, что потенциальный агрессор, получит хоть какой-то ответный удар в случае нападения. Но несколько припрятанных ракет не могли изменить общей картины - в течение ближайших месяцев стратегический ядерные силы в мире перестанут существовать, а с ними уйдет и опасность того, что агрессор может дотянуться до своей цели через весь земной шар и нанести ей непоправимый ущерб, сопровождающийся огромным числом человеческих жертв.

Второй этап разоружения, прописанный в договоре, предполагал уничтожение детонирующих устройств, демонтаж ядерных зарядов с боевых блоков, и передачу их под контроль ООН. В дальнейшем весь ядерный материал планировалось собрать в одном месте. Тут, к всеобщему удивлению, выяснилось, что такое место уже подготовлено и оснащено всем необходимым. В Антарктиде в толще материкового льда Россией и Китаем были оборудованы склады, готовые принять на хранение ядерные заряды. Более того, был разработан план строительства завода по их утилизации и переработке в топливо для атомных электростанций. Проект, правда, был рассчитан на перспективу, так, как на строительство такого предприятия понадобилось бы несколько лет.

Был проработан и план охраны смертоносного груза во время его транспортировки и хранения. Для обеспечения безопасности складов предлагалось использовать спецназ миротворческого контингента ООН, а для защиты дальних подступов к объекту и воздушного пространства над ним - объединенную под командованием ООН группу боевых кораблей из стран участников договора.

Таким образом, разоружившиеся страны, через свои военные корабли могли контролировать активность внутри и вокруг зоны хранения ядерных материалов. Детали всей этой сложной операции еще предстояло уточнить и согласовать со странами участниками, но принцип был всем понятен, поскольку обеспечивал максимально возможную прозрачность и предоставлял национальным правительствам элемент независимого контроля над ядерным арсеналом, находящимся под охраной ООН.

Параллельно с подписанием договора о разоружении, в рамках ООН был запущен еще один проект. Началось выстраивание новой системы международной безопасности. Вооруженные силы ООН, в состав которых уже входили на постоянной основе несколько полноценных аэромобильных бригад, две компактные группы боевых кораблей базировавшихся в центральной Атлантике и Индийском океане, а так же несколько эскадрилий самолетов и вертолетов различного назначения, предлагалось значительно усилить. Бригады развернуть в полноценные корпуса, группы боевых кораблей усилить современными эсминцами, авианосцами и подводными лодками предоставленными членами Совета безопасности.

Кроме этого, для защиты от "внешней" угрозы, как фактор общего сдерживания, и в качестве последнего аргумента в отношении стран изгоев, способных разработать и произвести собственное оружие массового поражения, или мощных в военном отношении государств, не подчиняющихся воле ООН, должно было быть создано отдельное Стратегическое командование ООН. В него должны входить несколько ударных подводных лодок и бомбардировщиков с крылатыми ядерными ракетами большой дальности на борту и около десятка пусковых установок баллистических ракет, расположенных на территории США и России. Таким образом, ООН становилась единственным обладателем стратегического ядерного оружия в мире.

Конечной целью создания этой немалой военной мощи было поддержание мира и порядка в международных делах, а подчиняться она должна была постоянно действующему новому органу ООН Совету Наций, основной задачей которого был контроль над соблюдением, всеми государствами устава ООН.

Кортеж электромобилей с инспекторами ООН подкатил к массивным стальным воротам. Один из сопровождающих его американских офицеров что-то негромко сказал в гарнитуру, и стальная плита полуметровой толщины медленно поползла в сторону, открывая еще одну секцию тоннеля, в конце которого еще за одними стальными воротами располагалась подземная ядерная электростанция.

– Посмотрим, чем американцы удивят нас на этот раз, - в предвкушении проговорил индус, сидящий напротив Алекса, закрепляя на форменной бейсболке миниатюрный видео-регистратор.

"Посмотрим", - подумал Алекс и открыл на планшете страницу с описанием реактора. Его тяготил этот подземный город. Несмотря на сияющие белизной стены, почти стерильную чистоту, и комфортное в меру яркое освещение, все пространство было пропитано каким-то почти осязаемым мраком и необъяснимой тревогой, рождавшей в сознании ужасные картинны мирового ядерного апокалипсиса. Ему хотелось скорее выбраться на поверхность, вздохнуть свежий, морозный воздух, набрать полные ладони чистого белого снега и еще раз сказать себе, что войны не будет. Теперь в подземных норах программы "Аризона" разместится не кучка счастливчиков отобранных для продолжения нации, а сотни тысяч простых американцев, в основном, женщин и детей, борющихся за жизнь на поверхности.