Чтение онлайн

– Ты уж определись, для этой операции подойдет «любой другой» или с опытом!

– Не придирайся к словам! – Глаза самопровозглашённого жениха блеснули гневом в ответ. – Это убогие, недоразвитые и дикие питекантропы, которым может стукнуть в голову всё что угодно! Если они поймут, что ты на самом деле цваргиня… – Аарон резко замолчал, прочистил горло и продолжил: – Лейла, даже если тебе под кожу внедрят изменяющие внешность нанопластины и ты станешь похожа на человеческую девушку с Танорга, это ничего не меняет. Ларки живут совсем по другим законам. У них на планете ярко выраженный патриархат, право сильнейшего…

– Сказал представитель Цварга, – фыркнула я. – Если уж на то пошло, то ларчанки обладают большими правами, чем цваргини. Они имеют право путешествовать по другим Мирам, а мы нет. Да и мужей, насколько мне известно, они выбирают сами, а не согласно рекомендациям какой-то Лаборатории…

На последних словах я всё-таки не сдержалась, и едкая горечь прорвалась наружу. Вроде бы живу в цивилизованном мире, а чувствую себя как в первобытном обществе. По мне, так даже на замусоренном и радиоактивном Захране, где средняя продолжительность жизни составляет каких-нибудь шестьдесят или восемьдесят лет, жить и то лучше, чем провести три столетия взаперти на чистом, красивом и технически развитом Цварге.

Аарон на секунду прикрыл глаза, явно чтобы успокоиться и взять себя в руки, а когда открыл, заговорил уже куда как тише:

– Лейла, прекрати уже бегать от меня. Мы созданы друг для друга, я это знал ещё и без результатов тестов. Я это почувствовал в тот момент, как впервые увидел тебя. Помнишь, как меня ранили в левую руку, а ты снимала показания с тренажёров в спортивном зале и обратила внимание на снижение моих показателей силы и координации? Ты в обход правил потребовала, чтобы мне выделили дополнительный отпуск на реабилитацию и назначили курс разработки кисти.

«Как уж не помнить… тогда я только начинала работать в СБЦ, была совсем ещё юной и зелёной и искренне считала, что полевики должны полностью восстанавливаться между заданиями. Снижение силы и ловкости у агента мне показалось крайне серьёзной вещью. Я ж тогда не знала, что алеф и беты отличаются по стилю и приёмам выполнения операций… Я думала, что навыки бойца должны быть одинаковы для всех полевиков…»

– Я почувствовал твою заботу и уже тогда понял, что хочу себе такую жену, – тем временем продолжал Аарон. – Когда на мой запрос из Планетарной Лаборатории пришёл ответ, что наша совместимость составляет восемьдесят четыре процента, я осознал, что это судьба. Лейла, выходи за меня!

Несмотря на то, что мы находились на свежем воздухе, в тесном пространстве между нависающим цваргом, его крепкими руками по бокам и дверцей флаера позади, меня настигло лёгкое головокружение. Кислорода стало резко не хватать. Пронзительный взгляд чёрных как ночь глаз заставил почувствовать себя бабочкой, нанизанной на иголку.

– Прости, что? – только и смогла я выдохнуть от потрясения.

До сих пор все фразы в духе «когда ты станешь моей женой» скорее злили своей неуместностью, но сейчас-то это прозвучало вполне себе настоящим предложением руки и сердца… От мужчины, которого я толком даже не знаю.

– Лейла, чего ты боишься? – Аарон вновь придвинулся ближе и понизил голос до шёпота. – Выходи за меня замуж. Если захочешь, то сможешь продолжить свою работу в СБЦ в качестве офисного таурель-агента. Подумай сама, я – самый лучший для тебя вариант. Во-первых, я знаю тебя настоящую… со мной тебе не придётся врать, что ты работаешь обычным менеджером на фирме. – Мужская ладонь неожиданно легла мне талию, обжигая сквозь рубашку и жакет. – Во-вторых, у нас феноменальная, просто фантастическая совместимость. Зачем тебе лететь к отсталой расе, которая поклоняется деревьям и не знает слова «санитария»?

Пол ушёл из-под ног, во рту пересохло, а вдоль позвоночника пробежала толпа мурашек. Мягкий волнующий баритон убаюкивал меня словно несмышлёного ребёнка, уговаривая остаться на Цварге. Сам Аарон показался в этот момент таким притягательным, сильным и желанным… Действительно, зачем я стремлюсь попасть на чужую враждебную планету?.. Может, остаться здесь и выйти за него замуж? Стоп. Это точно не мои мысли.

Пальцы непроизвольно сжались на ключе от флаера, «Ласточка» приветливо пиликнула, звук отрезвил. Я с усилием отвела взгляд от глаз цварга, разрывая зрительный контакт, и посмотрела за его плечо, на Серебряный Дом, проморгалась. Негодование от осознания, что только что произошло, взметнулось высокой вспененной волной.

– Ты только что использовал влияние на мой разум!

– Прости, я не мог не попытаться.

Голос Аарона привлёк внимание, пришлось вновь смотреть на эту наглую рогатую морду в деловом костюме.

– Это вообще-то запрещено! Ты понимаешь, что нарушил закон? – возмущённо зашипела, на этот раз вкладывая всю силу в то, чтобы оттолкнуть мужчину. – Я могу подать жалобу в суд…

На губах мужчины расцвела самодовольная ухмылка. Похоже, он наслаждался моей реакцией и тем, что мои ладони сейчас находятся на его груди. Радикально сдвинуть с места эту гору мышц не получилось, но всё же он выпрямился и теперь больше не нависал.

– Во-первых, запрещён эмоциональный взлом сознания. Во-вторых, найди свидетелей. – Он демонстративно поиграл бровями, рассматривая пустую воздушную платформу. – И в-третьих, даже если я признаю, что воздействие было… Лейла, не смеши меня! Лёгкое бета-колебание, чтобы понравиться девушке, которой я идеально подхожу, и она всё ещё не выбрала себе супруга… Да если любой судья узнает о моём проступке, то он только похвалит! Это же… – Аарон пошевелил пальцами в воздухе, подбирая аллегорию, – считай как медицинская процедура по обезболиванию. Ничего серьёзного, а цели благие.

– Отойди от меня. И не смей больше воздействовать, – процедила я, скрипнув зубами.

Как же всё-таки это несправедливо, что мужчины и женщины моей расы так сильно отличаются друг от друга! Да, хвост со смертоносным шипом дан им эволюцией, чтобы сражаться в рукопашном бою и защищать семью, но способность воспринимать бета-колебания мозга любого разумного существа… Шварх! Я бы сама не отказалась от такой способности! Ядовитая обида всё ещё клокотала в груди, когда мужчина демонстративно медленно отступил на шаг назад и сплёл руки на груди.