Чтение онлайн

– На всё.

Его ответ был полон истинного понимания этих двух коротких слов, и я кивнула самой себе. Верный выбор.

– Клятву, Давир. Я желаю услышать клятву служения, подкрепленную магически.

– Всё, что пожелаете, Владычица, - отозвался демоненок в то же мгновение.

– Что ж, тогда повторяй за мной…

Воспользовавшись памятью рода и возможностями венца, я привязала к себе Давира клятвой, которая не позволит ему предать меня ни словом, ни делом, ни даже мыслью (наказание за это – весьма мучительная смерть), после чего обрадовала первым в его жизни великим достижением.

– С этой минуты ты числишься моим фаворитом, малыш, - улыбнулась чуть шире, но всё так же цинично. – Не подведи меня.

– Я… - опешил Давир и тяжело задышал, глядя на меня широко распахнутыми глазами, - вашим…

Ему потребовалось секунд десять, прежде чем парень сумел взять себя в руки, проанализировать сказанное и сопоставить это с выражением моего лица. После чего в глазах далеко не глупого демоненка промелькнуло понимание и он аккуратно уточнил:

– Только числюсь, Владычица?

– Всё верно, - кивнула, возвращая на лицо строгое выражение без тени насмешки. – Если оправдаешь мои надежды, быть тебе со временем большим начальником. Если нет – всё зависит от итогов допроса предателей. Насчет моей благосклонности скажу сразу: я уже выбрала себе мужа и им станет Ортего. Вы виделись за завтраком. Ни фавориты, ни любовники, ни вторые мужья меня не интересуют. Поэтому если ты тешишь себя надеждой… Не стоит.

– Ваша воля для меня закон, Владычица, - склонился в уважительном поклоне Давир. – Вы – величайшая из женщин, что я встречал. Ваш выбор достоин уважения, и я сделаю всё, что в моих силах, дабы не подвести вас. Могу ли я услышать дальнейшие распоряжения?

– Конечно.

Мы проговорили не меньше получаса. За это время я предельно четко объяснила ему его дальнейшую роль на весь ближайший месяц (и это минимум), обозначила границы дозволенного и пригласила в кабинет мадам Эльвиру и Ортего.

Кратко представив им Давира, как своего официального фаворита, сполна насладилась реакцией эльфа и гномки. И если Ортего лишь оценивающе прищурился и поджал губы, окидывая парня пытливым взглядом, то мадам Эльвира вела себя куда более эмоционально.

– Он хотя бы совершеннолетний?! – всплеснула руками моя секретарь, чем искренне оскорбила Давира.

– Я убил своего первого шипохвоста три года назад! – горделиво расправил плечи парень, но на гномку это не произвело ни малейшего впечатления.

– Мальчик мой, - произнесла она снисходительно, - твои кровожадные наклонности волнуют меня меньше всего, пока они не вредят делу. Лет тебе сколько, чадушко?

– Девятнадцать, - скрипнул зубами Давир, но, заметив мой насмешливый взгляд, натянул на лицо весьма качественную маску, скрывшую большую часть истинных эмоций. – Мадам Эльвира, при всём моём уважении к вашему опыту и занимаемой должности, считаю некорректным ваши сомнения в решении Владычицы.

– Считает он… - фыркнула себе под нос гномка, но бросила на меня пытливый взгляд, заметила иронично приподнятые уголки губ и покачала головой. – Не знаю, что вы задумали, но это явно будет что-то неординарное. Владычица, не поделитесь планами?

На этот раз хватило и пяти минут, чтобы описать создавшуюся ситуацию, после чего я оставила парня на Эльвиру, вверив ей не только дотошный допрос Давира, но и последующий арест всех подозреваемых (я планировала действовать на опережение), после чего кивнула Ортего, прихватила документы, косвенно подтверждающие вину Зуна, отправила ментальный зов Варгу и мы отправились в местные казематы.

Прежде, чем я выпотрошу память Зунгайдеша подчистую, вскрою мозги министрам менталом и лично выясню, кто лоялен к власти новой Владычицы, а кто склонен к предательству, мне необходимо понять, кем же на самом деле является внучатый племянник Гвинтариэля.

Очередная разменная монета архимага или ферзь, до поры до времени маскирующийся под пешку?

От его лояльности ко мне и реальной власти, сосредоточенной в его руках, будет зависеть очень многое.

Для начала его собственная жизнь.

Ещё вчера, да и за завтраком я не особо вдавалась в подробности, где конкретно во дворце располагаются казематы и прочие помещения, предназначенные для преступников, но сейчас по дороге в подземелья решила прояснить этот вопрос как можно более полно.

Варг оказался довольно неплохо информирован обо всём и не стал скрывать, где что находится, для чего используется и почему всё именно так, а не иначе. Не забыл командир моей личной гвардии упомянуть и о том, что на его памяти не было ни одного дня, чтобы все без исключения камеры пустовали, а палачи маялись без работы.

– У нас так много врагов? – нахмурилась, раздумывая о том, было ли это на самом деле кровожадной блажью Кассайд или реальной необходимостью.

– Не врагов, - качнул головой Варг, говоря медленно и тщательно подбирая слова. – Преступников. Тирания Владычицы Кассайд не допускала инакомыслия и личной наживы. В Бездне нет тюрем, Старшие Матери наделены в том числе судебной властью и вправе решать судьбу провинившихся на месте согласно новейшим законам Бездны, будь то бытовое насилие, кража или убийство, но все политические и финансовые преступления Владычица Кассайд курировала лично. Измена, шпионаж, взяточничество в особо крупных размерах – в подземельях дворца нет ни одного невиновного, за этим следил Льюис. Ему же наравне с Кассайд подчинялись и отчитывались многие ключевые фигуры, такие, как начальник дворцовой стражи, глава тайной канцелярии и глава внешней разведки.

Снова Льюис. Какой расторопный парень!

И будет ли на этом фоне нелепо звучать вопрос о том, в чьих руках на самом деле находилось управление Бездной?

Вот сейчас и выясним.

Не знаю, какими умозаключениями руководствовался Враг вчера, но Льюиса поместили в одиночную камеру первого уровня – относительно комфортного по сравнению с двумя другими и предназначенного для содержания политических заключенных, а не убийц.

Не спертый воздух, достойное освещение, узкая, но полноценная кровать с постельным бельём, закуток под санузел с унитазом и раковиной – всё это я увидела своими глазами сразу, как приблизилась к решетке, которая заменяла одну из стен. В коридоре, куда мы вошли, сопровождаемые дежурным по уровню и стражей, располагалось десять таких камер, но занята была только одна.