Чтение онлайн

– Если бы я боялся, то не стал бы ничего изучать. Уничтожил бы портал и всё. И пока нет никаких подтверждений влияния изменений того мира на наше время, я буду считать что они отсутствуют. Что там именно другая реальность, которая в некотором роде тождественна нашему прошлому. Её можно изучать, её можно изменять в меру имеющихся сил и возможностей.

– Хорошо, нам понятна ваша позиция, — подал голос за всех сразу Семён Петрович, — теперь вопрос в том, а как бы вы хотели изменить тот мир? Что вам не нравится в нашей истории?

– Сложный вопрос, Семён Петрович, мне и моим друзьям не нравится та роль, которая уготована нам и нашей стране. Вы сами должны видеть всё, что происходит, и если вам всё это нравится, то я категорически откажусь с вами сотрудничать.

– И вы не боитесь, что мы обойдёмся и без вас, воспользовавшись тем, что вы уже сделали, забрав портал себе?

– Не боюсь. С порталом вы без меня ничего сделать не сможете. Если его определённым образом регулярно не обслуживать, то он самоуничтожится вместе со всем оборудованием. Создать ещё один такой пока даже мне не под силу, эффект возник в результате одновременного сочетания нескольких непредсказуемых факторов. Сам же я уже повидал в жизни достаточно, чтобы бояться ваших угроз.

Мой тон стал достаточно нервным, даже голос несколько изменился. Чувствовал, что меня пытаются взять на понт, но пока никак не мог понять, что от меня реально хотят.

– Успокойтесь, Алексей Сергеевич, вам пока никто не угрожает. Нам просто интересно узнать, как вы хотите использовать открывшиеся возможности. Сами понимаете, что у нас работа специфическая и даже в сложившихся сегодня условиях мы продолжаем заниматься своим делом.

– Я всё это понимаю, но и мне хотелось бы сперва узнать, а как бы поступили вы на моём месте?

– Хорошо, мы расскажем вам о своём видении ситуации, но всё же, пожалуйста, расскажите о своих планах.

– Почему именно я первый?

– Это очень просто и сложно одновременно. Я вам скажу почему, если вы пообещаете потом не смеяться.

– Обещаю.

– Тут у нас возник спор, в котором фигурирует весьма ценный приз. Какой, пока пусть останется для вас секретом.

– Ладно, верю. Итак, когда я узнал, какой там год, то первой идеей было выйти на тамошнее руководство страны и рассказать ему о том, что случится в будущем. Но эта идея даже у меня не выдержала никакой критики. Как мне достучаться до верхов, как меня там воспримут, даже если у меня будут какие-либо доказательства, что я не из их времени. К руководству страны так просто не войдёшь — это очевидно. Сейчас у меня есть некоторый план выйти на отдельных лиц, пока ещё не взошедших на олимп, с целью передать им информацию, в результате которой Советский Союз сможет победить в гонке вооружений и холодной войне.

'Конторские' дружно заржали. Для меня было загадкой, что из моего монолога вызвало у них столь сильный прилив смеха, а потому я излучал самую настоящую растерянность.

– Николай, с нас причитается накрытая поляна, — отсмеявшись, начал Аркадий Михайлович, до сих пор сохранявший некоторую отстранённость от беседы и наблюдавший за ней из-за полной чашки чая, которую он никогда не опускал на стол, — ты практически угадал. Алексей Сергеевич, мы спорили на счёт того, сразу вы побежите к Хрущёву с приветом из будущего или окажетесь более благоразумным. Хотя и принятое вами решение тоже не отличается особой оригинальностью. Даже если у вас получится задуманное, что изменит историю того мира, то эти изменения вам самому врядли понравятся.

– Почему интересно?

– Подумайте, какую цель вы хотите достигнуть — чтобы вместо СССР разрушились США и Западная Европа, так, или СССР стал неоспоримым единственным мировым гегемоном, как США сегодня?

– Да, это было бы достойной целью.

– Это скорее было бы скорее недостойной местью за то, что разрушился в нашей истории СССР. Вы думаете, что в мире от этого стало бы лучше, чем сейчас?

– Лучше бы было нашему народу, а остальной мир пусть о себе сам позаботится.

– Вот вы сейчас думаете как обычный диктатор, потенциальный кандидат в военные преступники. Как вы относитесь к Гитлеру, кстати?

– Как к преступнику и убийце. Он развязал кровавую войну, в которой погибли миллионы людей.

– А вы не думаете, что отдав победу в холодной войне СССР и повергнув Запад в пучину глобального экономического кризиса, вы не развяжете третьей мировой войны, да с применением ядерного оружия? И что победивший Союз не превратиться потом в монстра, по сравнению с которым нацистская Германия покажется невинным младенцем?

Если не сказать, что я выглядел смущённым и подавленным, то это значит — ничего не сказать. Внутри я был буквально раздавлен, прекрасно понимая, что Аркадий Михайлович прав. Желая благ и счастья своему народу, вернее народу, который только похож на него, я могу принести множество бед и страданий другим и в итоге тому же самому народу. И, наверное, самым простым решением будет не вмешиваться, изучая, наблюдая, делая свои выводы.

– И что же вы предлагаете? — с сильным смущением в голосе спросил я, — только наблюдать и не вмешиваться?

– Ну почему же только наблюдать… вмешиваться нужно, но это вмешательство должно быть в интересах народов всего мира по ту сторону портала, а не только одной его части.

– Вы предлагаете передавать информацию и представителям других государств?

– Нет, простой передачей информации там ничего не изменить. Если тот мир идёт по той же дороге, как и наш, то мы можем с помощью достаточно небольших действий существенно изменить весь исторический процесс. Вы догадываетесь о роли отдельной личности в истории?

– Личности снайпера, который своевременно гасит вредных исторических деятелей? Типа: убили бы Ленина, и не было бы Октябрьской революции?

– Почти так. Только вот мало убрать ненужных, нужно ещё продвинуть нужных. То есть тех, кто будет делать историю, а не просто плыть по её волнам. Вот вы думаете, если бы не Ленин и не Октябрьская революция, нам тут было бы лучше?

– Возможно да, — неуверенно ответил я, Империя бы сохранилась, не было бы гражданской войны и разрухи…

– Вспомните Германию Веймарской республики — вот что могло бы быть с Россией, если бы не Ленин. И неизвестно ещё где бы впервые пришел к власти кровавый нацизм, в Германии или России.

– Ну и что же делать нам, по-вашему?

– Мы тут у себя посовещались и решили создать особую спецслужбу. Она будет создаваться и тут и там одновременно. Благодаря нашим знаниям и возможностям, мы сможем направить историю того мира в принципиально другое русло. Это большая и сложная работа, и мы очень надеемся, что вы нам в этом поможете лично и привлечёте к ней своих людей.

– Моих людей? У вас же целая большая организация, или вам нужны учёные?

– Раскроем перед вами свои карты, данная идея никогда бы не получила санкции от нашего руководства. А поэтому вся наша организация останется в стороне. Мы можем привлечь некоторых специалистов, особенно из тех, кто уже покинул наши ряды, но до сих пор остался верен идее. Людей у нас мало, особенно тех, на кого можно реально положиться. Мы можем лишь прикрыть вас, чтобы никто больше не догадался, чем вы будете заниматься. Но вам самим придётся стать агентами спецслужбы, научиться всему тому, что нужно для этого, в этом мы вам поможем.