Чтение онлайн

— У меня нет никаких конфликтов с бароном Волковым, — отчетливо проговорил я. — Исключительно с его сыном.

— Его благородие считает иначе. И тем не менее, он желает с вами встретится. Вы готовы ответить согласием на его просьбу?

О, как. Просьба? Не приказ. Не требование явиться по первому же зову. Просьба! Отчего-то мне стало вдвойне любопытнее…

Особенно после того, как телефон завибрировал и на экране появилось уведомление о сообщении от Романа.

— Думаю, что мне стоит сначала переговорить со своим адвокатом, — выдал я.

— Конечно-конечно. Думаю, что было бы странно не ожидать от вас подобного. Поговорите с ним и если придёте к согласию, то позвоните мне по этому номеру. Хорошего вам дня.

— Что там? — спросила Марина, явно слышавшая разговор, по крайней мере мои ответы.

— Адвокаты Волкова хотят встретится, — коротко ответил я, набирая Лазарева.

— Тебе уже позвонили? — сразу же спросил Роман, едва только снял трубку.

— Да. Твоя работа?

— Ну, тут всё немного сложнее. Короче, приезжай. Этот вопрос надо решить.

День в календаре красным закрасить что ли. Всё таки не каждый день приходится посещать один из самых элитных ресторанов столицы Российской Империи.

Ресторан «Император» встретил нас с Лазаревым ароматами высокой кухни, дорогим убранством и вышколенным, в идеальном с игорочке фраке метрдотелем. Едва стоило нам зайти, как нас практически сразу же проводили в закрытый кабинет, где уже ждали Волков со своим адвокатом.

А вот отсутствие самого виновника всех происходящих событий вызвало у меня неподдельное любопытство.

— Ваше благородие, — поприветствовал я барона, на что Волков только кивнул. Вместо него заговорил его адвокат.

— Барон готов проявить милосердие рассмотреть прекращения данного, безусловного неприятного конфликта.

И продвинул по столу пару тонких папок.

Я глянул на Лазарева, но тот вместо пояснений сделал жест рукой, как бы приглашая нас к столу.

— Я так понимаю, что у милосердия его благородия есть определённые условия, — присаживаясь за стол припомнил я нашу предыдущую встречу с бароном.

— Грубо, но весьма метко, молодой человек, — чопорно проговорил адвокат, предварительно переглянувшись с Волковым. Протянув руку, он открыл обе папки. — Здесь соглашение о неразглашении. Подписав его, вы обязуетесь сохранить в тайне любые подробности касающиеся этого прискорбного и неприятного инцидента. Вам запрещается обсуждать его с кем-либо или же сообщать какие-либо подробности третьим лицам. Не соблюдение этого соглашения понесёт за собой штафные санкции в размере…

— Я вижу, — прервал его, взглянув на цифру в документе. — Вы сюда, что, годовой бюджет Либерии вписали?

— Простите? — удивился адвокат, а я мысленно обругал сам себя. Тут вообще есть такая страна-то?

— Ничего, забудьте, — я внимательно перечитал документ в поисках подводных камней и других уловок, но к моему удивлению в нём ничего такого не было. Лишь то, о чём и сказал адвокат.

— Я не могу не спросить. В чём подвох?

— Никакого подвоха, — низким голосом проговорил барон, мерно постукивая кончиком своей трости по полу. — Просто у меня нет ни времени, ни желания заниматься этим случаем.

А как же все твои слова про репутацию и прочая чушь, хотел было спросить я, но вовремя прикусил язык. А вообще, ситуация странная. Учитывая всё, что я знал про Волкова, происходящее у меня просто не вязалось с ним.

А затем я посмотрел на Лазарева. Тот сидел с абсолютно спокойным лицом, будто всё происходящее шло именно так, как и должно…

Он знал, вдруг понял я. Знал и о соглашении и об этой встречи. Я имею в виду, что знал он заранее.

— Что же, — я протянул руку и взял ручку. — Я не стану отказываться от подобного предложения.

Нет, можно было, конечно, продолжить гнуть свою линию, требовать суда и всё прочее. И, признаюсь, такие мысли у меня были. Но одно дело — погладить по шёрстке свою гордость в тот момент, когда нет других забот, и совсем другое, когда это может помешать моей работе. А дело Яны у меня сейчас стояло в приоритете.

Мы поставили подписи на документах. Одна копия ушла мне в руки, а вторая оставалась у Волкова. Едва только все формальности завершились, как барон и его адвокат встали и вышли. Попрощался только адвокат, а вот Волков просто повернулся к нам спиной и ушёл. И, опять-таки, я напрягся. Казалось бы, что для него это должно было быть унизительно. Такое пятно на репутации от какого-то простолюдина… но уходил он с улыбкой на губах. Словно выиграл сейчас куда больше, чем могла бы принести ему моя голова на охотничьем щите.

— Что происходит? — сразу же спросил я Лазарева, едва только мы остались одни.

— Ну, ты мог бы например сказать спасибо. Для начала.

— Спасибо. Ещё раз, что это было.

— Знаешь ли, спасибо в карман не положишь, Александр.

— Ничего, в руках понесешь, — съязвил я. — спрашиваю серьезно, что сейчас произошло?!

Лазарев поджал губы, явно размышляя над тем, что может мне рассказать.

— Скажем так, мы пришли к взаимовыгодному соглашению, — наконец произнёс он.

— Ага. Мы, это ты имеешь в виду Волкова и своего отца, так?

— Этого я не говорил…

— Да и не надо. И так понятно. Я не просил о помощи.

— Не ты ли ко мне пришёл, потому, что тебе нужен был адвокат? — удивился Лазарев.

— Я пришёл, потому, что мы могли решить это в суде, — резче чем мне бы хотелось произнёс я. — И тебе это прекрасно известно…

— Ты ни в чём не можешь быть уверен, когда переступаешь порог зала, — наставническим тоном проговорил он так, словно давал мне совет, но я эту чушь моментально отбросил в сторону.