Чтение онлайн

Цветок Хроноса. Желтый лепесток

Минус-второй хронокварк

Обсуждение тезиса Кирилла Береснева о присутствии на планете еще одного внеземного разума быстро зашло в тупик. И не столько потому, что в наличии было слишком мало информации, сколько потому, что не хватало должного уровня подготовки участников для «мозгового штурма» возникшей проблемы.

Не помогла даже догадка Роулинга о том, что таинственный хардтаймер, выведший ученых в реальность Желтого лепестка, собственно, и есть тот самый неземлянин.

— Допустим, он — пришелец, — сказал Береснев, — но сейчас-то его здесь нет, а феномен вмешательства имеется.

— Ну, он мог просто наладить этот неизвестный нам канал подпитки, а затем заняться другими своими делами, — возразил Роулинг.

— Например, водить за нос нашу научную группу?.. Бросьте, Фрэнк. Это смахивает на детскую шалость.

— Если мы сможем установить логическую или любую другую связь между подпиткой хроногенератора и нашим появлением здесь, то получим неопровержимое доказательство ВР-феномена.

— Согласен. Предложите модель, которая бы выявила такую связь?

Роулинг какое-то время молчал, качаясь с пяток на носки и разглядывая матовый потолок оперативного центра. В этот момент вернулся вечно чем-то недовольный Ван Дамм, покинувший помещение после вызова по инкому. Вид у главного инженера стал еще мрачнее.

— В чем дело, господин Ван Дамм? — поинтересовался Береснев.

— Пропал очередной биотех, — замогильным голосом сообщил тот. — Уже пятый!..

— Что значит «пропал»?

— Вы видели туман вокруг генератора?

— Конечно. А что с ним не так?

— На самом деле это никакой не туман, — зло сказал Ван Дамм. — Это зона нестабильной метрики.

Насторожившийся Роулинг присвистнул:

— Вот дерьмо!.. И вы об этом до сих пор молчали?! Когда возникла зона? Как она себя ведет?..

— Я просто не успел вам все рассказать, — развел длинными руками главный инженер. — Вы же налетели на меня коршуном, закидали своими полномочиями…

— Ладно. Выкладывайте сейчас!

— Зона возникла почти сразу после… запуска «Хроноса». Поначалу она не выходила за границу основания генератора, но когда мы попытались отключить «Хронос»…

— Извините, каким образом? — перебил Береснев.

— Обесточить. Непосредственно вблизи генератора расположены три энергоузла, распределяющие питание по его системам. На всех трех имеются как дистанционные, так и ручные блокировочные контуры, или, проще говоря, рубильники, с помощью которых возможно экстренное отключение питания. Ну, дистанционные, понятно, сразу вырубились, поэтому я послал дежурного биотеха задействовать рубильник…

— И что с ним случилось?

— Он не дошел. Произошел первый выплеск, радиус зоны резко увеличился. Биотех погиб. — Ван Дамм вздохнул и вытащил сигареты.

— Вероятно, он умер от биохимического шока, — тихо сказала Ирен, внимательно слушавшая весь разговор.

— Что еще за шок? — повернулся к ней Роулинг, тоже доставая свою трубку.

— Рассогласование в пространстве или во времени каскадов биохимических реакций, в результате которого клетки перестают вырабатывать энергию и погибают.

— Но ведь у биотехов принципиально другая энергетика?

— Какая разница? Суть та же: резкое нарушение обмена веществ. При нарушении свойств физического пространства реакции, которые протекают с предварительным пространственным ориентированием, — а таких в живой клетке большинство! — прекращаются.

— Ну, хорошо, спасибо за разъяснение, доктор, — Роулинг снова обернулся к Ван Дамму, раскуривая трубку. — Что было дальше, господин инженер?

— Хуже, — мрачно пошутил тот, выпуская дым длинными струями из ноздрей, от чего стал похож на сказочного дракона. — Мы послали одного за другим еще двух биотехов, в защитных сканах ремонтников. Первый также пропал бесследно, а второй… Он успел сообщить, что подвергается нападению.

— И кто же на него напал?

— Не знаю! Картинка получилась очень смазанная…

— Картинка? — оживился Роулинг. — Отлично! Господин Береснев, вы случайно не выбросили «шар» [60] профессора?

— Нет, конечно. Но ведь он…

— Не волнуйтесь. Сенсорные параметры давно не являются препятствием для проникновения в чужой комп, — оскалился бывший председатель Совбеза. — Хотя в данном случае «шар» нам необходим для обработки изображения.

Береснев с сомнением вынул из заплечного контейнера своего комбеза матово-серый шар размером чуть больше бильярдного и словно слегка помятый. Роулинг взял шар, покрутил в пальцах и быстро нажал на него в нескольких местах. Секунд пять ничего не происходило, но вдруг шар испустил тонкий голубоватый луч, тут же развернувшийся в голографический дисплей с интерфейсом под ним.

— Сейчас мы загрузим ваш кадр в «шар», — продолжил Роулинг, зажав трубку в зубах и быстро работая на интерфейсе обеими руками, — надеюсь, у вашего компа имеется блок «ти-си»? [61]

— Разумеется, — кивнул Ван Дамм.

— Отлично! — Роулинг ткнул пальцем в проекцию клавиши «ОК». — Ну, теперь подождем, пока «шар» отработает изображение и покажет нам таинственного противника.

— А почему, собственно, противника? — спросил Береснев.

— Ну, не союзника же?

— Есть и другие варианты…

— Это какие?

— Например, существо, защищающее свою территорию от внешнего вторжения.

— Софистика! Раз оно оказывает сопротивление, значит — противник…

На голографическом дисплее внезапно проступило изображение. Все дружно уставились на экран, и у всех почти одновременно вырвался одинаковый возглас изумления:

— Профессор?!..

Лишь невозмутимый Гитар по-прежнему хранил молчание. Однако и он внимательно разглядывал застывшего на экране человека. Человека ли?.. Береснев готов был голову дать на отсечение, что существо на дисплее лишь похоже на доктора Нганакаа, но никак не может им быть. Об этом астрофизик и не замедлил сообщить.