Чтение онлайн

Внутри было довольно просторно. Влезли не только мы с куратором, но ещё четверо сопровождающих. Я с ужасом представил себе, что теперь мне даже в туалет придётся ходить под конвоем — а, учитывая серьёзность ситуации — этого никак нельзя было исключить.

Бася, до этого спокойно дремавшая у Сони на плечах, вдруг зашевелилась и приподняла голову, уставившись на одного из сопровождающих.

Я насторожился. Конвоир повернул голову и поглядел на Басю. Суровое и сосредоточенное выражение медленно, нехотя сползало с его лица. Бася сказала: "М-м-мр-р-р!" и потянулась к нему. Мужик осторожно поднял свободную руку в тактической перчатке и тихонько почесал Басю за ушком. Та громко заурчала.

Куратор посмотрел на конвоира очень внимательно.

— Отдел СпН? — спросил он.

— Так точно, — ответил боец.

— Семейный?

— Никак нет.

— Готовься к командировке. С начальством твоим согласую. Нам нужно несколько человек в сопровождение. Остальных отбери сам.

— Есть, — невозмутимо ответил боец.

Бася будто поняла только что состоявшийся диалог. Убедившись, что приглянувшийся ей человек никуда не денется, она снова спокойно растянулась у Сони на плечах.

Я ревниво поглядел на бойца. Здоровый. Лица толком не видно — мешает визор, закрывающий глаза. Усы и борода, с проседью. Серьёзный мужик, похоже. Чем он Басе приглянулся, интересно?

Лифт остановился, распахнул двери и мы вышли в небольшую приёмную, похожую на тысячи аналогичных помещений в коммерческих учреждениях. Даже секретарша тут была — правда, одетая в форму с васильковыми погонами. На них была пара звёздочек — но какое звание они обозначали я понятия не имел.

При виде нас секретарша встала, молча кивнула куратору и нажала пару кнопок на скрытом за стойкой пульте.

— Валерий Михайлович ждёт, — ответила она.

Девушка старалась держаться невозмутимо, но я успел поймать пару любопытных взглядов, направленных в нашу сторону.

Начальник куратора наверняка был генералом. Вот только выглядел он, скажем мягко, совсем не по-генеральски. Я даже сначала решил, что это какой-то техник или уборщик задержался в кабинете, после подготовки к встрече.

Он стоял возле огромного рабочего стола и приветливо нам улыбался. Больше всего Валерий Михайлович был похож на доброго клоуна без грима, с лучистыми морщинками возле глаз от постоянно привычки улыбаться. Шарообразная голова с большими залысинами и круглые очки в толстой оправе наводили на мысли о Шалтае-Болтае. А ещё он держал сцепленные в районе паха ладони, как будто от смущения не знал, куда их девать.

— О, Максимка, — начал он, — заждались, заждались… ты это… медикам показывался уже?

— Никак нет, Валерий Михайлович, — ответил куратор, — не положено, учитывая ситуацию.

— Ясненько… выглядишь ты фигово, — заметил генерал, — сколько часов под эс-пэ?

Куратор бросил взгляд на наручные часы, после чего ответил бесцветным голосом:

— Восемнадцать.

— Ясно, — генерал поцокал языком, — значит, скоро вырубишься, — после это он подошёл к столу, ткнул какую-то кнопу и сказал: — Людмила… Георгиевна? Верно?

— Так точно, Валерий Михайлович.

— Да-да. Медбригаду в управление будьте добры.

— Сейчас?

— Да, сейчас. Как раз к концу совещания, — генерал снова нажал на кнопку и добавил, обращаясь к куратору: — ты садись давай. Вижу же.

Максим кивнул и сел на один из стульев.

— Как-то неловко пользоваться услугами чужих секретарей, — генерал снова улыбнулся, — никак не привыкну с этими командировками. Так, значит вы и есть те самые ребятишки из Хабаровска?

— Из Москвы вообще-то, — осторожно ответил я.

— Они не в курсе, — вмешался куратор.

— Вот так? — генерал поднял бровь, — что ж, это, наверно, к лучшему.

— Не в курсе чего? — спросила Соня.

— Понимаете, детки. Этот лишённый малейшей эмпатии но, безусловно, очень исполнительный человек, — он кивнул на Максима, — использовал вас в тёмную, пытаясь разрешить одну из самых трудных загадок в ведении нашего управления.

— Успешно? — я глянул на куратора; тот даже бровью не повёл.

— Нет, увы, — генерал вздохнул, — хоть вас не угробил, и на том спасибо.

— Вот как… — холодно сказала Соня.

— Да, такие вещи не способствуют доверию, увы, — генерал картинно вздохнул и развёл руками, — да вы присаживайтесь, кстати. В ногах правды нет. Рассказывайте, что и как.

Мы заняли место за столом. Я коротко пересказал то, что случилось с нами на могиле, умолчав только о Басе и её роли во всём этом.

— Покажи эту штуковину, — попросил генерал, когда я закончил, — только близко не подноси. И на стол не клади, хорошо?

Я достал книгу. Выражение лица генерала как-то резко поменялось. Будто выключили маскировочную программу. Он больше не походил на помесь клоуна с Шалтай-Болтаем. Внимательно осмотрев книгу, он кивнул каким-то своим мыслям, глянул на меня проницательными серыми глазами и сказал:

— Достаточно, спасибо.

Я убрал книгу.

— Ребят, что-то в вашем рассказе не сходится, — продолжал генерал, — просто так сердца из могил не достаются. Иначе бы они давно стали обыкновенным трофеем.

Я молча развёл руками, стараясь демонстрировать невозмутимость.

— Максим, ты ведь не давал им ещё один метаимпульсный генератор? Верно?

— Нет, — ответил куратор, — не давал.

— Верю. Значит, тут что-то другое. Ребят, вы нашли сердце, которое позволяет иметь дело со стражами?

Его глаза за выпуклыми стёклами очков гипнотизировали. Я чувствовал, что уже открывают рот, чтобы признаться насчёт Баси. Но Соня меня опередила.

— Это не артефакт! — сказала она, — это… это часть меня. Оно стало моей частью после того, как мы его нашли. Мы боялись рассказать.

Генерал глянул на неё пристально. Потом цокнул языком и снова вернулся в образ доброго клоуна.

— А ты не врёшь, — сказал он, — что ж. Хорошо. Хранители нам сейчас гораздо нужнее того, что в тебе поселилось. С этим мы разберёмся позже. Если опасности нет — оно останется с тобой на новом уровне посвящения. Правда, оберегать вас придётся по-особенному, тут уж никуда не денешься. Прежней жизни не будет.