Чтение онлайн

– Мне конец, – бесцветным голосом проговорила девушка.

– Ничего подобного! Просто будь на моей стороне.

Она прикрыла глаза дрожащей рукой. Страх и нервное истощение толкали к черной пучине отчаяния. Уилл представлял, что творится у нее на душе. С одной стороны, хочется поднять трубку и предупредить Хики. Если расскажет о планах Уилла, Джо может ее простить и остановить операцию, пока не случилось непоправимое.

– Шерил, нужно решиться. Я постараюсь тебе помочь. Если арестуют, буду свидетельствовать в твою пользу, клянусь. Но Джо не спасти, все зашло слишком далеко. Попытаешься предупредить – мне не останется ничего другого, кроме как рассказать ему все, что я от тебя слышал. Он сразу поймет, от кого поступила информация.

Лицо Шерил превратилось в маску. Как у старухи из Богом забытой аппалачской деревни, оно не выражало ничего, кроме горечи и безысходности.

– Я скажу, что ты все это выпытал своими гребаными лекарствами!

– Если Джо спугнуть, он прикажет Хьюи убить Эбби и сбежит. А вот ты из этой комнаты отправишься прямо в камеру смертников! Проведешь лет десять в Парчмане, пока суд рассмотрит апелляцию. Ужасная еда, никаких лекарств, да и жизни никакой. А потом…

– Заткнись, ладно? Просто заткнись! – В покрасневших глазах стояли слезы. – Мне конец: некуда бежать, негде спрятаться!

– Ничего подобного! Продержись еще пару часов, и получишь столько денег, сколько нужно, чтобы начать все сначала. Чтобы впервые в жизни стать свободной и ни от кого не зависеть.

Покачав головой, девушка вернулась в спальню, но дверь осталась открытой, и Уилл услышал:

– Все люди от кого-то зависят, док. Все до единого.

Доктор Макдилл взял у старшего агента Цвика лупу и стал рассматривать лежащую на столе фотографию. Четкий черно-белый снимок – не что иное, как эпизод, накануне заснятый камерами слежения "Бо риваж". "16:22:21" – гласит отметка времени в углу. Двадцать минут пятого… Камера направлена на стол, за которым играют в двадцать одно; угол съемки сдвинут немного в сторону от дилера, прямо на блондинку в обтягивающем черном платье, что склонилась над бубновым королем и червовой шестеркой.

– Это она? – спросил старший агент.

– Вне всякого сомнения!

Отложив лупу, Макдилл повернулся к жене. Нервно сжав колени, она сидела на кожаном диване Цвика. Эмоции буквально переполняли доктора, глаза жгли непрошеные слезы.

– Я не ошибся! Они не успокоились… В эту самую минуту еще одна семья проходит через тот же самый ужас! – Доктор сел рядом с женой и взял за руку. – Мы все сделали правильно! Спасибо, что пришла со мной. Знаю, решиться было непросто…

Будто оглушенная взрывом, Маргарет смотрела в одну точку. Нужно срочно отвезти ее домой!

– Агент Чалмерз видел эту фотографию?

В последние два часа Чалмерз на глаза не попадался. Неудивительно: в кабинете постоянная суета, трудно за кем-то проследить.

– Он на задании. – Цвик, вернувшись за стол, уже звонил кому-то по телефону.

– О Боже! – воскликнул Макдилл, хлопая себя по лбу.

– Что такое? – Цвик прижал трубку к груди.

– Через полчаса у меня тройное шунтирование! Операционная бригада небось уже в полицию звонит…

– Хотите, наш агент подбросит вас в больницу, а кто-нибудь из девушек отвезет миссис Макдилл домой?

– Я не спал целые сутки и не могу оперировать! Можно отсюда позвонить?

– Да, конечно, в общем зале есть телефоны.

Не успел Макдилл и шагу сделать, как в кабинет влетела молодая женщина. Цвик смерил ее уничтожающим взглядом.

– Агент Перри, надеюсь, у вас есть основания таким образом врываться в мой кабинет?

Девушка возбужденно закивала:

– По центральной линии звонит мужчина и спрашивает старшего агента.

– Кто это?

– Харли Феррис.

– Что за Харли Феррис, черт возьми? – непонимающе развел руками Цвик.

– Президент компании «Селлстар», сэр. Утверждает, что произошло похищение, и просит соединить с вами.

Лицо Цвика побледнело как полотно.

Хьюи Коттон сидел на крыльце лачуги и кончиком ножа наносил на готовую фигурку последние штрихи.

Зазвонил сотовый, и деревяшку пришлось отложить.

– Джои?

– Как дела, парень?

– Нормально. – Великан смотрел за деревья, что росли за старым «рэмблером». В лесу заря встает намного позднее, чем в городе. Свет безукоризненно прямыми стрелами пробивается сквозь ветви – красиво, словами не передать, совсем, как в церкви! – По-моему.

– Что случилось?

– Минуту назад я что-то слышал.

– Что именно?

– Мотор.

– Где, в лесу?

– В небе. Наверное, вертолет.

– Скорее всего лесники, – после минутного молчания предположил Хики. – Ты их один раз слышал?

– Нет, они туда-сюда летают, как грифы над падалью.

– Ничего себе! Так… помнишь, мы с тобой обсуждали план Б?

Подняв с нижней ступеньки жирную мокрицу, Хьюи с круглыми от восторга глазами смотрел, как на ладони извивается ее чешуйчатое тело.

– Да, помню.

– Думаю, пора привести его в действие.

– В эту самую секунду? – перепугался великан.

– Ну, не совсем… Просто будь готов, я перезвоню.

– Ладно.

– Как девочка?

– Она прелесть, просто прелесть!

– Да я не об этом. Она еще спит?

– Угу.

– Может, стоит разбудить?

– Ну… – Из туалета послышалось журчание. – Эбби уже встала.

– Вот и славно. Скоро перезвоню. Давай будь наготове и слушай вертолет.

– Хорошо… А те люди в небе плохие?

– Не бойся, просто будь наготове.

– Договорились! – Хьюи отсоединился, осторожно опустил мокрицу на землю и под скрип ступеней и коленных суставов встал. Обернувшись, он увидел застывшую в дверях Эбби: личико бледное, глаза заспанные.

– Я плохо себя чувствую, – пожаловалась девочка.

Щеки Коттона покрылись густым румянцем.

– Голова болит, и киске щекотно.

От страха и волнения у Хьюи закружилась голова.

– Где щекотно?

– Там, где писаю. Это нехорошо.