Чтение онлайн

Словно некий подталкивающий импульс внутри ощущал — непонятно, правда, то ли воли провидения, то ли просто бесшабашной… смелости, например.

Статский советник по делам Царства Польского, резидент Особой Экспедиции по Варшавскому военному округу Сергей Сергеевич Иванов шагал по кремлевскому коридору. Второй раз за неполные три месяца он приезжал в Москву, и второй раз по одному и тому же поводу.

Бергеры.

Не то, чтобы его настораживало происходящее, но постепенно Сергей Сергеевич начинал уже понемногу размышлять, а не проще было бы вообще не связываться с Никласом Андерсоном и Катрин Брандербергер.

Два лейб-гвардейца в парадной форме синхронно распахнули двери и статский советник не замедляя шаг зашел в кабинет, где его уже ждали. Прошел вперед, встал у стола — навытяжку. В этот раз ручка императора ровный ритм в такт недавним шагам не отбивала, лежала в стороне. И это хорошо.

— Я примерно в курсе, что произошло, — глянули серо-стальные глаза на визитера. — Но пока не могу понять, как во всем этом… буйстве событий, так скажем, главным лицом оказался твой Бергер.

— Началось все с того, что в Высокой комиссии присутствовала пара клиентов канцлера, которые решили сделать ему приятное и завалить группу Бергера на экзаменах.

— Об этом я в курсе. Общался с Милославским, он сам от такого поведения не в восторге, мягко говоря. Его клиенты ныне имеют бледный вид, а с князем Салтыковым я разговаривал после, он уже придержал коней. Ты сам эту тему тоже больше не трогай, считай закрыли вопрос.

— Понял. Но для понимания произошедшего важна причина, почему клиенты Милославского решили завалить Бергера на экзамене: он ведь пришлый, на первый взгляд ни гроша за душой. При этом сам Бергер подозревал, что к нему на экзамене могут отнестись предвзято, из-за чего внешне вся его группа до сих пор выглядит так, словно использует только штатное материальное обеспечение. Хотя средства он вложил немалые, просто не афишируя сей факт. И завалили Бергера на экзамене не просто так досадить, а с конкретной целью пробить дыру в финансах.

— Вот оно что.

— Подобную ошибку, только с более фатальными последствиями, сделал и барон Волчанинов.

— Вот на этом месте поподробнее. Давай только без «подробного доклада у вас на столе», словами расскажи, что произошло.

— Двойной агент оказался тройным.

— Даже так?

— Да, государь. Барон Волчанинов, до получения титула — Влад Незабудко. Из потомственных мещан, получил в Москве университетское образование. Сделал неплохую карьеру, отправился в Берн как консульский работник. Был завербован немцами после того, как в целях улучшения организма пришел в частную клинику за нелегальной процедурой омоложения, но неожиданно для себя оказался инфицирован, прошел несколько трансмутаций и стал волчьим пастырем. После вербовки сразу пришел к нам — не ко мне, но в наш Варшавский округ, сдаваться. Взяли в разработку, помогли с получением титула и посадили на берег Копанского озера организовывать досуг со сбором компромата на чиновников третьей руки Соснового Бора.

— Это как тот англосаксонский остров, который все сейчас обсуждают?

— Нет, государь, никоим образом. Рыбалка, охота, баня, обычный отдых вдали от жен. Девять из десяти чиновников даже любовниц на озеро никогда не привозили, мы ж знали куда его сажать, чтобы не слишком нагружать работой. Кто-то попадался, кто-то специально попадался, — выделил интонацией слово Сергей Сергеевич. — После отслеживали попытки вербовки, рабочая рутина. До того момента, как четыре дня назад Волчанинов собственноручно не убил заезжую гражданку Е-Зоны. Сейчас, когда раскрутили цепочку, стало ясно: гражданка прибыла совсем не к Волчанинову. Она с ним даже не пересекалась и не рассматривала как объект интереса, а работала в паре с кем-то на подстраховке. В паре с тем, кто шантажировал пока неизвестное нам лицо в Москве. Самого шантажиста найдем вряд ли, его скорее всего уже в кислоте растворили — перед тем, как он выдал свою подельницу. И вот убрать ее и замести следы дали указание Волчанинову, потому что сделать это нужно было срочно — у нее был доступ к компромату, и она уже собралась бежать.

— И кто же дал Волчанинову это указание срочно заметать следы?

— Мы пока не знаем, государь, работаем на этим.

Несколько секунд стояла тишина, взгляд серых глаз изучающе смотрел на резидента Особой Экспедиции.

— Мы п-плотно работаем над этим, — невольно повторил «п-придыхание» Горчакова Сергей Сергеевич.

— Да уж конечно. Сначала рутина, потом плотная работа, как интересно… Ладно, давай пока дальше по Бергеру твоему.

— У Волчанинова все должно было пройти незамеченным, местный участковый инспектор уже по сути закрывал дело, но на место по моему указанию прибыли Бергеры с Горчаковым. И в этот момент повторилась практически такая же история, как и с ошибочным оценочным суждением на экзамене Высокой комиссии.

— Ну-ка.

— Осмотревшись на месте убийства, Бергер с Горчаковым решили нанести визит Волчанинову. Приехали на двух голых буханках, в форме вольноопределяющихся. Кроме того, Горчаков в беседе с Волчаниновым не стал афишировать свою принадлежность к Особой Экспедиции, представился инспектором Транспортного надзора, ведущим дело о шпионаже на Минской железной дороге, в котором фигурирует убитая гражданка. Волчанинов, почувствовав вокруг себя нездоровое движение, решил сбежать, предположительно в Королевство Свериге. Но прежде, недооценив потенциал группы Бергера как боевой единицы, попытался уничтожить его по мотивам мести.

— Мести?

— Да, Бергер в ходе визита избил его сына.

— Ты сейчас мне рассказываешь какую-то фантастику, — поднял брови Император.

— Бергер стал свидетелем того, как сын барона мучает щенка и вмешался, рассказав тому об эмпатии методом прямого воздействия с помощью пары оплеух.

— Ну вот, а то — избил. Теперь главный вопрос: а почему Бергеры вообще на это озеро по твоему прямому приказу поехали? Ты же ни к Ленинградской губернии, ни к Волчанинову никоим образом и никаким краем, о чем у меня на столе сразу две папки «не могу не доложить», и еще одна «не могу не сообщить» почти сразу появились.

— Держа на личном контроле общение Бергера и небезызвестной вам Есении Кайгородовой, я заранее отметил в сводке произошедшее убийство на озере как повод отозвать Бергера со свидания. Когда ситуация действительно начала переходить некоторые границы…

— Какие границы?

— Они… целовались.

Император отвел взгляд в сторону, вздохнул. Помолчал немного, поджал губы, покачал головой.

— Знаешь, у выдающихся военачальников есть прозвища разные, даже официально используемые. Ты не военачальник, но я тебя теперь буду называть Сергей «поборник морали и нравственности» Сергеевич. Ладно, понятно с тобой все. Что с этой таинственной фигурой в Москве, по которой вы плотно работаете? Результаты работы будут?

— Обязательно, работаем по двум направлениям. Волчанинов, уходя на самолете, создавал ложный след — вызывая внимание на себя. Его жена и сын скрылись в неизвестном направлении, но мы их найдем.

— Или нет, как того шантажиста, которого в кислоте растворили.

— Еще у нас есть ключ от банковской ячейки.

— Который внучка Дитриха на месте нашла?

— Именно.

— Из Инквизиции мне докладывали, что это ключ от вокзальной камеры хранения.

— Неправильно докладывают, — не сдержал легкую улыбку Сергей Сергеевич. — Это ключ от банковской ячейки в Metzler Bank, что в Вольном имперском городе Франкфурте. Я пока туда никого не отправлял, потому что это будет самоубийство для агента, кто бы он ни был. Планирую выждать немного.