Чтение онлайн

«Эй, куда же вы убегаете? С чего бы такая спешка? У меня в запасе есть ещё немало…»

В хор вливались все новые голоса, и Басс легко отслеживал передвижение лис и без полифемов. В большинстве случаев по доносящимся репликам можно было даже определить модель искина. Когда у тебя за спиной столько взломанных кладбищ, ты без труда выводишь соотношение между историей жизни человека и ценой его шкурки.

Бывают, конечно, исключения, как тот некрополь-дендрарий в Ницце-Два. Как же он назывался? Что-то вроде «Дом работников дремосцены». Басс и раньше слышал, что трансактрисы и дремастера — народец не самый богатый. Но чтоб вот так… Ни склепов, ни гротов, ни беседок! Одни деревья. И на каждом дереве — либо драный одежник, либо просто ручник в дупле, в основном старые «теты» и «хеты».

Зато какие истории неслись из этих дупел! У них там даже свой рейтинг был: кто больше привлечёт случайных посетителей за месяц, тому счётчик за обслуживание обнуляют…

Однако пора поглядеть, что натворили хвостатые коллеги. Басс подключился к полифемам. Ага, вот и крысиная армия. Встречают лис по всему фронту. Самое время выйти за ограду и подлететь с моря.

Рядом зашуршало. Басс отключился от камер. Перед ним стояла Элис.

— Решила со мной пойти?

Но лисица вовсе не собиралась за ограду. Коснувшись Басса хвостом, она развернулась и побежала вперёд, к центру кладбища. Остановилась, снова поглядела на Басса.

Он ещё раз вызвал картинку с высоты. Остальные лисы не спешили соваться вглубь сада. Они разбегались по периферии кладбища. Поэтому теперь на флангах скопилось больше крыс, чем в центре.

— Понял. Давай ломанем прямо отсюда.

И они ломанули. Лисица неслась впереди огромными прыжками, почти парила на своих хвостах. Басс врубил креветку на полную — и тоже задал жару. По лицу хлестнула сосновая ветка, потом другая. Басс пригнулся и обнаружил, что тоже может бежать на четвереньках. Вот сейчас, сейчас они сшибутся с вражескими грызунами…

Лисица вдруг начала изменяться. Почти как тогда на поляне. Но теперь она делала это на бегу, и Басс не сразу сообразил, что за расплывчатое пятно несётся перед ним. Он понял, что это, лишь когда они врезались в стаю противника — Элис превратилась в пять белых крыс, и встречные крысы уступали им дорогу. Правда, парочка тварей все-таки попыталась вцепиться в мелькающие ноги Басса, но совсем без того энтузиазма, с каким они кидались на рубил прошлой ночью.

«Доктор, меня все игнорируют», — прокомментировал внутренний голос. Но обдумывать это явление не было времени. Перед глазами уже вырос мостик, ведущий к острову-беседке Отца Саймона.

А из беседки плыла навстречу фигура в длинной одежде. И почему эти попы вечно одеваются как бабы? Мостик затрясся под ногами Басса, однако добежать в таком темпе он смог только до середины. А там словно холодной водой окатило: он узнал женщину на другом конце мостика.

Мать очень любила этот халат с аляповатыми розами на голубом фоне. Он перестал раздражать Басса лишь после того, как выцвел от постоянного ношения и уже не напоминал упаковку от мыла. Но сейчас мыльные розы опять горели тем насыщенным ядовитым цветом, до которого никогда не додумалась бы природа.

— Себастьян, а ну-ка марш ко мне! Кто тебе разрешил гулять без куртки?

«Это всего лишь облик, — напомнил себе Басс. — Искин Саймона каким-то образом получил доступ к сети её кладбища».

Мать шагнула к нему, держа в руке лиловую курточку. При этом она как будто выросла. Ещё миг назад Басс глядел сверху вниз на её волосы, скрученные на затылке и пронзённые гребнем, точно змея — вилами. Но когда она приблизилась, то оказалась выше него на две головы:

— Немедленно одень, а то простудишься!

Она подняла свободную руку. Холодные пальцы крепко вцепились в плечо Басса, повели за собой в беседку. «Это не голограмма», — подумал Басс без всякого удивления, словно так и должно быть. Да, она права, не стоило выходить в такой холод налегке, того и гляди подцепишь воспаление лёгких, и тогда прощай все радости: и мороженое, и голофильмы, и вся их весёлая уличная банда…

— Вот когда оденешь, тогда и поговорим про мороженое!

Басс потянулся за курткой. Мать улыбнулась, и по её лицу разбежались морщинки. Синие мешки под глазами и розовая пудра на щеках стали заметнее. «В общем-то ей идёт этот халат, — подумал Басс. — Вот только запах… Она ведь должна пахнуть мылом, а это…»

Резкий звериный запах ворвался откуда-то справа. Мать сразу помрачнела, уменьшилась. Басс обернулся.

В зависимости от настроения Мария бывала по-разному красивой. Здесь, на мостике у входа в беседку, она была дико прекрасна. На ней не было ничего, кроме сосновых иголок в распущенных волосах.

Но главное, от одного её вида Басс вернулся в реальность. И что это на него нашло? Здесь не может быть его матери! Это дешёвый трюк, на который он чуть не попался!

Он резко отдёрнул руку от лиловой курки, которую чуть было не надел. Словно подбодрённая этим жестом, Мария проскочила мимо него в беседку, бросилась на мать Басса и впилась ей зубами в шею.

Вот только откуда здесь Мария? Он же отдал её братьям-полипам за три батарейки! «У меня в голове дерутся два глюка», — понял Басс.

Обе женщины сразу исчезли. На полу беседки ворочался лиловый искин-одежник Саймона. Лисица вцепилась зубами в воротник сутаны и с рычанием тянула его на себя.

— Отойди, дура! — крикнул Басс, прицеливаясь в голову крысы, которая высунулась из-под искина.

Поздно: в беседке полыхнуло, и их с лисицей отбросило от сутаны. Хуже некуда — плазменный тазер. Но ведь на кладбище защитные системы искинов положено отключать! На этом запрете держалась вся гробокопательская работа Басса. Вот так влип!

Не дожидаясь второго разряда, он выскочил из беседки, снова прицелился…

Баг! Искин морфировался на глазах. Будь под ним человек, всегда осталось бы куда всадить иголку. Но тут… Полы сутаны соединились под крысиным королём, рукава исчезли, ворот сузился до маленького дыхательного отверстия. Лиловая сутана в считанные секунды стала лиловой тыквой.

Сзади что-то ударило в ногу. Басс обернулся, и вторая крыса вскочила ему на живот. Он стряхнул её в воду и увидел, как по мостику несётся ещё несколько штук. И по второму — тоже. Искин Саймона вызвал подкрепление.