Чтение онлайн

Она торжественно взяла руку Джей-Джея своими двумя и крепко держала ее.

— Я могу выйти замуж и в шестнадцать с разрешения папы, но мне кажется, не следует торопить события, верно? Я еще буду очень легкомысленной из-за всех этих гормонов, а вы уже достаточно зрелый мужчина, и вам это не понравится. Во всяком случае, мне бы хотелось перед замужеством поднабраться некоторого сексуального опыта, и думаю, что мальчики моего возраста будут в самый раз, чтобы освоиться с этим делом. Девственность — это так глупо, как вам кажется? Я имею в виду, когда повзрослеешь.

Даже оглушенный шоком, Джей-Джей услышал с водительского места фырканье Вильяма. Очевидно, Сарины командирские манеры были ему давным-давно знакомы. Остаток пути ехали в тишине, а крепкие, сильные молодые руки держали безвольную ладошку Джей-Джея.

В офисе шерифа их ждал непредсказуемый финал. Шериф Рассел Чу, пристально глядя враждебным взором гигантского взбешенного пекинеса, сообщил им, что Марша сбежала.

— Я послал эту ж-ж… простите, мисс Рэпп, эту задницу… Я послал Вейда Гармиша взять ее. Как я мог предположить, что вместо этого она подговорит его сбежать вместе с ней?!

— Интерпол выследит их, — пообещал Хикки, врываясь в офис. Его пленник, удерживаемый несколькими более массивными фэбээровцами, был в надежных тисках закона, готовый предстать и перед местным, и перед федеральным судами, стоило негодяю только очнуться от удара, которым наградил его Вильям.

— Вы, федералы, можете иметь право первой ночи с похитителями и вымогателями, — прорычал Большой Расс. — А с Вейдом я разберусь сам. В Китае когда-то применяли одну штучку, и я хочу испытать ее на нем. Что-то вроде утопления, только очень и очень медленного, а потому гораздо более эффективного.

Когда они вышли, на парковке, среди полицейских автомобилей, Сара сказала Джей-Джею «оревуар». Вильям завел джип и сидел за рулем, ожидая юную хозяйку.

— Пока до свидания, Джей-Джей, — сказала она, в первый раз пропустив слово «мистер», скромно клюнула его в щеку и перешла на «ты». — Мне пора в балетную школу. Сегодня я предположительно встану на пуанты, а это трудно, но ужасно волнительно. Просто помни о наших планах на будущее и в этот промежуток времени не растрачивай себя на других женщин. Я этого ни капельки не потерплю.

Когда они уехали, Джей-Джей долго, очень долго смотрел вслед. Ждать шесть лет, пока подрастет эта мелкая командирша, и только для того, чтобы провести остаток жизни, порождая и воспитывая паранормальных детишек? Мало-помалу избавляясь от оцепенения, он пошел, все быстрее и быстрее, к трейлерному парку «Хомут». Потом побежал.

Две недели спустя Джей-Джей сидел в пропыленном «Виннебаго» в кемпинге среди других вагончиков и прицепов в пригороде Флагстафа, Аризона, и писал Саре письмо. Он переживал, что уехал, не попрощавшись, и вовсе не хотел, чтобы она горевала о нем.

«Дорогая Сара», — написал он, зачеркнул и вывел: «Уважаемая мисс Рэпп», снова зачеркнул, взял другой лист бумаги и написал:

Он дошел до въезда в кемпинг и бросил письмо в почтовый ящик. Был прекрасный вечер, огромная одинокая луна поднималась в флуоресцентное небо. Джей-Джей помедлил, ощущая неопределенное романтическое ощущение и легкую утрату. Как только он где-нибудь осядет, обязательно позвонит отцу и попросит высылать на его постоянный адрес «Бюллетень». Он будет следить за жизнью Сары на страничке светского общества и вернется в Бугалоу, когда она благополучно выйдет замуж. Путешествие оказалось познавательным, но юноша пришел к заключению, что он по сути своей человек домашний.

Разработав план, он почувствовал себя хорошо. Завтра он посетит индейское казино, чтобы восполнить денежный ресурс, а сегодня… да, сегодня у него свидание с Верой. Улыбаясь, он повернулся и направился обратно в «Виннебаго».

Три дня спустя Сара прочитала записку Джей-Джея, пока Вильям вез ее в конюшни, где ждала ее любимая кобыла Императрица.

— Он так думает! — только и проговорила она, перед тем как смять письмо в комок и выкинуть в окно.

Вильям знал, что означает подобный тон, но ничего не сказал — вел машину в молчании, неотрывно следя за дорогой.

Давненько ночное литературное кафе «Авторская глухота» не видывало такого наплыва публики. Охрана перекрыла вход, каждый пригласительный проверяли ультрафиолетом. Оставшиеся снаружи топтались под фонарем или сидели на корточках возле утопленных чуть ли не вровень с тротуаром окон, хотя различить, что там творится в полуподвальчике, заведомо не представлялось возможным: чуть приоткинутые стекла были зеркальными, а звук, проходя сквозь тесные щели, искажался немилосердно.

— Ауа… ауы… — глухо доносилось оттуда.