Чтение онлайн

– Ладно!
– решился, наконец, тренер - Приходите тренироваться. Я не представился - Самойлов Виктор Иванович, заслуженный тренер СССР мастер спорта международного класса. Теперь тренирую сотрудников. Сегодня в основном опера тренируются - УВД и райотделы. В другие дни...другие сотрудники. Когда вы бы хотели тренироваться, в какое время?

– Хмм...пока не решил - смущенно признался я - А можно я буду приходить... когда смогу? И я вам если что помогу, ребят потренирую, приемы интересные покажу.

– Хорошо!
– тренер аккуратно приложил ладонь к столу - на всякий случай принесите справку из поликлиники, вдруг вы больной какой. Крякнете тут у меня на ковре, а я потом отвечай! Паспортные данные я сейчас перепишу, ну и... куртку купите, или кимоно. И приходите. Расписание у входа на стене. А там уже определимся со временем тренировок, и вообще... как жить. Понятно?

– Понятно - я поднялся, чувствуя, что разговор наш закончен, и шагнул к двери. Но тренер меня остановил:

– А хочешь попробовать со мной? Мне очень интересно, уж больно случай не ординарный. Сумеешь у меня нож выбить? Или просто свалить?

Я едва не поморщился. Вроде только что договорились, все обговорили - и на вот тебе, еще раз покажи! Зачем мне это надо?! Тут ведь какая штука - если все происходит на глазах у группы оперов (а оно так скорее всего и будет), то мое участие в поединке, это все равно как драться со старым дедом. Если он тебя отлупит - позорище, стыдоба! А если ты его - стыдоба другого плана. «На старика руку поднял!». Нет, в роли старика тут не тренер. Старик тут - я.

Хмм... мы уже на «ты»? Впрочем, тренер ведь. Он и сам не замечает - для него все ученики естественно ниже его на социальной лестнице. Ну да ладно, пусть будет так. Я вообще- то не против, когда ко мне обращаются на «ты» люди одного со мной социального статуса, одного возраста. Только терпеть не могу, когда некто ведет себя как барин, «тыкает», и сует руку так, что не знаешь - ее надо пожать, или поцеловать.

Тренер помолчал пару секунд, и продолжил:

– Давай знаешь как сделаем...выставим все дело так, будто мы их разыграли. Будто мы давно знакомы, и я нарочно пригласил тебя, чтобы время от времени тренировать парней спецприемам. А ты...ну...допустим бывший военный, а где воевал и с кем - государственная тайна! Вот! Хорошо? Согласен?

– Да я не против, Виктор...думаешь, поверят?

– Почему - нет? Зато интересно будет! Заодно ребята попробуют себя - в реальном так сказать, бою. И мне всегда было интересно: практик, армейский боец против спортсмена - кто победит?

– Постой...ты вообще понимаешь, что можешь получить травму? Если драться по- настоящему, как в боях без правил - минимум, как фингал заработаешь! А то и еще чего похуже!

– Хмм...все возможно. Только с чего ты решил, что фингал заработаю я?
– глаза Виктора смеялись, но чувствовалась решимость и уверенность в своих силах. Вообще-то он мастер спорта, а не хухры-мухры. А я... я всего лишь вояка, выучивший некоторое количество приемов и способный с их помощью убивать. Его-то я ведь не убью! Рука на него не подымется! А значит - преимущество у него. Похоже, что тренер решил все- таки восстановить реноме и слегка меня проучить. Ну что же... как хочешь! Думаешь, я буду драться по правилам? Нет, братец, ты не угадал...

– Куртку найдешь? А то в майке как-то стремно. Я бы и борцовки попросил...в обуви мне как-то привычнее.

– Боксерки могу дать.

– У боксерок подошва жесткая, боюсь тебя покалечить. Но если не против - давай. Сорок четвертый размер.

Нашли самбисткую куртку - старую, но чистую и самое главное крепкую, сделанную из толстой грубой ткани. Пояс я надел белый - не надо выеживаться, я не мастер спорта чтобы в черном поясе ходить. Просто уличный боец. Ну... почти уличный боец.

Боксерки тоже нашли - кстати, в соседнем зале, как оказалось - есть и ринг, и мешки. Там боксеры обитают. Часть их бывают и тут, у самбистов. Так что я точно угадал насчет боксера в прошлом поединке.

Когда мы вышли в зал, все замерли, глядя на нашу парочку. Тренер же поднял руку, привлекая внимание и с легкой улыбкой на лице, объявил:

– Кто не понял - это была маленькая мистификация, розыгрыш. Я знаю Михаила давно, и решил сегодня вам показать, сравнить, какие приемы применяются в армии, и какие в милиции. Само собой, следовать примеру Михаила, учить особо опасные приемы не следует. Вы же не собираетесь убивать противника, вам надо его только нейтрализовать! Как показали сегодняшние спарринги - против такого, как Михаил, вы не выстоите. Но надо учесть, что у него специальная подготовка, которую дают только особым подразделениям (хмм...а ведь он сам того не зная - в точку!). Думаю, вам будет интересно посмотреть, что это такое. Сейчас я попробую достать Михаила ножом, а потом мы с ним проведем реальный бой - без правил. Я буду за милиционера, он за хулигана. И я попытаюсь его нейтрализовать. Итак, Михаил, что скажешь?

– Ну что сказать...
– начал я, и слегка смешался, обводя взглядом лица оперов - Я не чемпион, и не спортсмен. Все мое умение имеет прикладное значение - с помощью этого умения я должен в максимально короткое время вывести противника из строя с максимальной эффективностью. Так, чтобы он не встал в ближайшие несколько часов. А лучше всего - никогда. Потому, скорее всего, мое умение вам не пригодится. Задачи у вас иные. Но мне кажется, вам все-таки эти навыки могут пригодиться (Если в Афган загремите! Надеюсь, я все-таки сделаю так, что никакого Афгана не будет). Виктор пригласил меня быть помощником тренера, так что мы с вами будем встречаться достаточно нередко. И все-таки надеюсь, мои знания вам пригодятся, и может быть даже - спасут жизнь.

Опера захлопали в ладоши, и я скромно поклонился. Ну чем не звезда! Твою ж мать...мда.

Виктор взял в правую руку деревянный нож, и встал на середине ковра. Я пошел за ним. Затем он коротко скомандовал:

– Начали!
– и тут же попытался нанести режущий удар в область груди. Очень быстрый удар, резкий, и если бы я не был готов к чему-то подобному - удар бы прошел. Кстати, на войне - чуть собачья это, а не удар. Грудь в разгрузке, а то и бронежилет - на кой хрен резать по груди? Вот если бы в лицо, или конечности - тогда да. А тут... Кстати сказать, рана от такого удара будет неглубокой и не угрожающей жизни - если только не резануть по горлу, или по внутренней части бедра. Но эти раны очень болезненны и кровоточивы. Нанеси их несколько, и человек истечет кровью, ослабнет, и тогда его можно будет добить без особых проблем.

Кстати сказать, с ножевым боем Виктор явно не знаком - так, какие-то верхи, или уличные замашки. В нашей стране много «сидельцев», прошедших лагеря, а в лагерях умение владеть ножом вполне вероятно может спасти жизнь. Уважают таких умельцев на зоне.

В общем, размахивал он ножом достаточно шустро, но не очень профессионально. Потому через минуту боя я захватил его руку, и не вынимая из нее ножа, «воткнул» его тренеру в солнечное сплетение.

– Ребята, вы видели, что я сделал?
– обратился я к операм, которые стояли вокруг нас кружком, горя глазами и едва не подпрыгивая от возбуждение - Я практически убил противника, но никто не может сказать, что я держал нож в руках! Поняли, да?