1971
Шрифт:
Леночка слушала меня с минуту, потом вцепилась в руку, и с неожиданной силой поволокла меня вперед - ошеломленного таким натиском и практически лишенного воли к сопротивлению. А как сопротивляться, если вся моя душа, все мое естество просто-таки кричит: «Я хочу! Я хочу ее! О господи, как я ее хочу!»
Ну да - длительное (по моим меркам) воздержание, красивая пьяненькая девчонка, которая втрескалась в тебя по самые уши, атмосфера праздника - как тут можно устоять? На корпоративах обычно и случаются всякие глупости, о которых потом люди жалеют всю свою сознательную жизнь. Жены изменяют мужьям, мужья - женам, молодые девушки расстаются с девственностью и иллюзиями, а добропорядочные семейные матроны превращаются в одержимых сексом фурий, готовых ради своей вожделенной цели снести всех, кто стоит на их жизненном пути. Что так действует - алкоголь, или нахождение в компании таких же как они, излучающих феромоны людей - но только факт есть факт. Хочешь наделать глупостей - напейся на корпоративе, и все твои мечты исполнятся. Проверено временем!
Это была комната, где в рабочее время сидели редактора, обрабатывающие присланные им тексты. Столы, стулья, тумбочка с плиткой и чайником - все, как положено в офисе.
Как оказалось - Леночка умеет очень быстро раздеваться. На то, чтобы избавиться от одежды ей понадобилось всего несколько секунд.
Р-раз! И кофточка полетела на стул.
Р-раз! И лифчик мелькнул белой чайкой.
Р-раз! И юбка вместе с трусиками свалилась к ее ногам. Остались только чулки, да туфли на высоком каблуке.
А потом пришла моя очередь - и это тоже была Леночка. Я боялся, что она сейчас порвет мне молнию, так яростно она все это делала. Она даже рубашку с меня снимать не стала. Просто завалилась спиной на стол, раскинув ноги, дернула меня к себе, и я как был, с джинсами, застрявшими на щиколотках шагнул вперед - и только одна мысль билась у меня в голове: «Черт возьми, дверь-то не заперлА».
Как ни странно, Леночка оказалась девственницей. И единственное, с чем я мог себя поздравить после случившегося, это с тем обстоятельством, что я все- таки не до конца потерял башку, и сумел удержаться, не забабахать ей маленького Карпова. Хотя она и очень старалась совершить все по-полной, и когда я отстранился в самый интересный момент - даже зарычала и задергалась от разочарования. Впрочем - тут же сосредоточилась на своих ощущениях и замерла, тяжело дыша и вздрагивая всем телом.
Перспективная девочка!
– вдруг холодно подумал я, оглядываясь назад в поисках того, чем можно обтереться - Не пропадет! Любит ЭТО дело!
Она и в самом деле любила секс, и тот, кто свяжет с ней судьбу будет очень доволен ей в постели. Хотя такие девушки с одним мужчиной долго и не живут.
А у меня после того, как все закончилось будто что-то щелкнуло внутри, и я поздравил себя с тем, что все-таки не влюбился в случайную, и малознакомую девицу. Эта была просто плотская страсть. И я ее удовлетворил. Может и цинично, а зато правда. Мужчины не женятся на тех женщинах, которые ТАК их домогаются, и которые запрыгивают в постель на первом же свидании. Мужчина и женщина должны узнать друг друга побольше, соприкоснуться душами, найти в душе партнера что-то такое, что позволит им прожить рядом долгие, очень долгие годы. А лучше всего и всю оставшуюся жизнь.
Хотя и такие Леночки тоже нужны - как иначе узнаешь о дикой, животной всепоглощающей страсти, которая сносит «башню» и заставляет совершать неразумные поступки? Только вот не понимают эти Леночки, что после случившегося жениться на них разумные мужики вряд ли соберутся. Это правда жизни, а не книжные романтические придумки. Увы.
Глава 8
Нас утро встречает прохладой.
Нас ветром встречает река.
Кудрявая, что ж ты не рада
Веселому пенью гудка?
Не спи, вставай, кудрявая,
В цехах звеня.
Страна встает со славою
Навстречу дня.
И радость поет нескончая,
И песня навстречу идет,
И люди смеются, встречая,
И встречное солнце встает.
Горячее и бравое
Бодрит меня.
Страна встает со славою
Навстречу дня.
Да, утро бодрило. И солнце светило. Как нарочно - яркое, теплое, я в зимней куртке даже запарился. Надо было отстегнуть подкладку, точно. Не догадался. Думал - а вдруг с утра завьюжит? Вдруг будет холодно? Но нет - как нарочно распогодилось так, что сразу становилось ясно - весна все-таки пришла!
Мои соратники с утра слегка помятые, кое-кто вообще бледненькие, даже синенькие - после вчерашнего и немудрено! Их отводили к автобусу и там «лечили». После «лечения» лица разглаживались и делались ясными, как и положено лицам в колонне первомайской демонстрации. Тут главное не переборщить с «лекарством», было бы верхом непочтительности к советским руководителям упасть на брусчатку прямо в колонне граждан, проходящих по Красной площади. Или наблевать там же.
Но на то есть ответственные личности, которые строго следят и не пущают. Не помню ни одного подобного инцидента на Красной площади. Куда деваются поддатые не в меру граждане - не знаю, но в колоннах, запечатленных старой кинохроникой только трезвые, веселые советские люди и детишки в бантах и с шариками.
То, что веселые - подтверждаю со всей страстностью моей трезвой души! Еще какие веселые! И не потому, что пьяные - просто веселые, и все тут! Весело идти, махать флагами и тащить портреты вождей. Весело слышать, как диктор кричит в свой громогласный аппарат: «Слава советским писателям! Надежной опорой советской власти!»
Глупый лозунг, конечно. Какая, к черту, опора? Вот власть - это точно опора советским писателям, без нее большинство графоманов советского времени давно бы сдохли с голоду или пошли на стройки народного хозяйства - как им по большому счету и полагается. Ибо ни хрена писать не умеют. А им - все блага! Им - все радости советского строя! Ну...не всем, конечно, но многим. Очень многим. Особенно - нацменам. Если ты представитель национального меньшинства и можешь хоть как-то связать слова в предложения - вот тут тебе карта и поперла! Корякский писатель, или удмуртский писатель - наше фее! А вот русским писателям пробиться потруднее. Тут уже надо писать так. чтобы хоть кто-то читал, недостаточно просто наклепать кучку текста.
Нас погрузили в автобус и подвезли к зданию Союза Писателей. Тут были автобусы и из других издательств - люди здоровались, улыбались, мирок издательского дела довольно-таки тесен, основных тут знают и ревниво следят за их успехами. Когда мы с Махровым стояли возле автобуса, к нам подошел какой-то мужик лет пятидесяти, одетый по нынешним временам элегантно, и даже с потугой на шик - кашне, импортная осенне-весенняя куртка, берет - тоже иностранного производства. Он поздоровался с Махровым, не обращая внимания на меня (что слегка задело - нужно же быть хоть немного вежливым?), и сходу, без предисловий и экивоков завопил:
– Что, Махров, жируешь?! Слыхал я, подцепил ты на крючок нового фантаста? Эшелонами книжки продаешь, план перевыполняешь, премии огребаешь? А поделиться, что, кишка тонка? Нет бы и у нас пару книжечек мужик издал, а ты к себе все тянешь, под себя подгребаешь? Нехорошо! Слышал, вроде как наверх куда-то метишь, а, Леня? Кто тебе этого фантаста подсунул, колись!
– Рома, иди в жопу!
– Махров был невозмутим и непробиваем, только глаза блестели нездоровым злым светом - Если бы ты как следует работал с