Чтение онлайн

3

Мы ехали в сторону Уайтхолла на полицейском автомобиле. Лестрейд расположился на заднем сидении рядом со мной. Правил машиной водитель в фуражке, его бритый затылок подпрыгивал на каждом ухабе лондонских дорог.

Лондон разительно изменился с момента гибели Холмса, но одно осталось неизменным – густой туман все также окутывает этот странный город. Все также из тумана появляются сумрачные фигуры, несущие смертельную опасность для поздних прохожих и беспечных гуляк, все также находят в темных переулках и в грязных водах Темзы изуродованные трупы.

Все также сияющее богатство соседствует с зияющей бедностью. Все также в Уайтчепеле работают бордели, в Сохо иммигранты дерутся с работягами, в Джейкобс Айленде диккенсовские оливеры твисты просят подаяние, а в Доклендсе пьют ром и горланят песни матросы.

Технический прогресс, экономический рост, автоматизация производства не очистили улицы от головорезов, грабителей, насильников и маньяков. А тот человек, что невероятно эффективно выполнял эту тяжелейшую работу, погиб в швейцарской глуши.

Этому городу, определенно, нужен герой. Эти люди, – несчастные девушки, брошенные на панель самой жизнью, работяги, вкалывающие до исступления, чтобы прокормить свои семьи, дети, просящие подаяние, – все они ждут героя. Шерлока Холмса. Но его нет, и никогда больше не будет.

– Скотленд-Ярд, Ватсон, – голос Лестрейда прервал мои не самые веселые размышления.

Я открыл дверцу и вылез из машины.

В здании полицейского управления, как и раньше, пахло плохим кофе и сладкими пончиками.

– Морг направо, Ватсон.

– Я помню.

Незнакомый мне патологоанатом, жилистый и высокий, мрачно кивнул нам с Лестрейдом.

– Девочку пришли посмотреть?

– Верно, Том. Познакомься, это – доктор Ватсон.

Лицо Тома вытянулось.

– Наслышан, сэр. Рад видеть, сэр. И очень жаль, что ваш друг…

– Да-да, – нетерпеливо перебил я. – Покажите тело, Том, нам не стоит терять времени: каждая минута играет против Ирэн Вулф.

Том откинул простыню и я увидел Беатрис Пройслер, вернее, то, что от нее осталось. Если бы не многолетняя врачебная практика, неизбежно лишающая человека брезгливости, мне бы наверняка стало худо. Садовник расчленил тело несчастной девочки, отделил от туловища руки, ноги, голову. Руки и ноги также были разделены по локтевым и коленным суставам.

– Шестнадцать лет, – глухо проговорил Лестрейд.

Я наклонился и внимательно осмотрел срезы.

– Что думаете по поводу срезов, Том?

– Работа дилетанта, если уместно будет использовать такое слово, сэр, – с готовностью отозвался Том. – Края ран неровные, в некоторых местах нож глубоко вонзился в кость.

– Вы считаете, убийца орудовал ножом?

– Да, на скальпель не похоже, на пилу тоже. Нож, сэр.

– Девочка была изнасилована?

– Нет, сэр, девственная плева цела. Но…

– Но, Том?

– Садовник отрезал ей язык. И, судя по тому, как запеклась кровь, он сделал это, когда девочка еще была жива.

Признаться, мне потребовалось некоторое время, чтобы вновь обрести дар речи.

– Язык нашли?

– Нет, доктор, – отозвался Лестрейд. – Языка на месте не было. Да и части тела лежали не так, как на столе, а составляли какую-то безумную инсталляцию…

– Вот как. Надеюсь, вы сделали фотографию?

– Разумеется, сэр.

– Мне необходимо ее видеть, – заявил я. – Здесь я закончил.

– Пожалуйста, Ватсон, – Лестрейд протянул мне снимок. – Обратите внимание, фото цветное, выполнено на фотопластинке «Автохром» братьев Люмьер. Спасибо муниципалитету, расщедрился на покупку фотопластинок для полицейского управления.

Фотография меня потрясла. Тело бедняжки лежало в центре огромной зеленой кувшинки, части рук и ног были разложены вокруг туловища подобно лепесткам ромашки. Голову Садовник разместил на груди девочки.

– Судя по кувшинке, тело было найдено в Королевском ботаническом саду?

– Вы поразительно догадливы, доктор. Вероятно, убийца прокрался в сад ночью и принес с собой тело.

– Ясно, Лестрейд. А где девочку видели в последний раз?

– В Лондонской библиотеке. Кстати, моя дочь посещает это место.

– Моя тоже, – отозвался я. – Что ж, Лестрейд, с Беатрис мы закончили. Ей уже ничем не помочь. Теперь – Ирэн. И нам нужно спешить.

Отец Ирэн, мистер Хармони Вулф, и правда, совершенно поседел. Исчезновение дочери и болезнь жены, очевидно, надломили этого маленького человека, похожего на скромного клерка одной из многочисленных контор по Ломбард-стрит. Увидев нас с Лестрейдом, он буквально набросился на инспектора.

– Вы нашли ее? Нашли?

После того, как детектив дал отрицательный ответ, бедолага залился слезами.

– Моя бедная девочка, мое несчастное дитя! Что с ней сейчас происходит, где она?!

– Успокойтесь, пожалуйста, мистер Вулф, – сказал Лестрейд, лицо его болезненно искривилось. – Мы делаем все возможное, и необходимо сохранять спокойствие, чтобы найти Ирэн. Мы привлекли лучшие силы. Вот, познакомьтесь, это доктор Ватсон.

– Доктор Ватсон?! – вскричал Вулф. – Тот самый?

– Он, он, – как мне показалось, насмешливо, отозвался инспектор.

– Найдите ее, сэр, – взмолился несчастный отец. – Найдите ее в память о вашем друге!

– Я сделаю все, что в моих силах, сэр. – сухо сказал я. – И не в память о моем друге, а потому, что хочу спасти девочку. Но и вы должны постараться, мистер Вулф.

– Я готов на все! – заверил он.

– Не сомневаюсь в этом. Вам необходимо как можно подробнее вспомнить день похищения.

– Но я уже все рассказал полиции, – пожал плечами Вулф.