125 Ударов в минуту

Утро. Осеннее солнце осветило комнату. Уфира собиралась в школу, но в горле стоял ком. Она не хотела идти туда, но еще меньше хотела расстраивать брата, он и так много для нее делал. Уфи оделась, взяла портфель и вышла из дома.

Уроки пролетели на удивление быстро. Подбежал Джеймс и спросил, с волнением глядя на девушку:

– Ты сегодня какая-то замкнутая, у тебя все нормально?

– Да, все нормально. Просто внутри как-то тяжко, поэтому часто ухожу в себя,– равнодушно сказала она.

– Давай я позвоню Рафу, пусть он заберет тебя,—предложил Джеймс.

– Нет! Я же сказала, все нормально! – Из уст Уфиры вырвался почти крик.

– Хорошо-хорошо, я понял… – Парень явно не ожидал такого ответа.

Уфира резко развернулась и ушла. Она направилась в свое любимое место уединения. Нужно было отвлечься от напряжения внутри. Придя к раскидистому дереву, Уфи достала покрывало, которое носила с собой на всякий случай, расстелила его на траве и легла. Ее обдувал прохладный ветер, но закатное солнце ласково пригревало. Она закрыла глаза, сделала вдох и медленный выдох… Слилась с природой. Но ком, который стоял в груди, все больше нарастал. Она почувствовала пульсацию боли в шраме на груди. Девушка сжала одежду, понимая, что нужно выпить лекарство, иначе будет еще хуже. Уфира начала подниматься, чтобы взять портфель. Но вдруг…

Тупая боль, темнота и тишина.

Глаза было тяжело открыть, голова гудела, Уфиру накрыли полная дезориентация и мрак. И только еле слышно звучали чьи-то голоса, но она не могла понять, кто это. Ей стало страшно, когда она поняла, что руки прикованы к трубе. Они затекли. Девушка попыталась пошевелиться, но тело заныло, и грудная клетка начала болеть еще сильнее.

– Прошу… Помогите, – хрипло выдавила она.– Пожалуйста…

По щекам потекли слезы.

Подходя к дому, Серафим заметил, что приехали новые соседи. Они выгружали мебель и заносили вещи в дом напротив. Рядом он увидел мальчишку своего возраста, который сидел на траве и читал комиксы. Он был так увлечен, что не замечал, что происходит вокруг. Взгляд Серафима упал на обложку – он такой еще не видел и как заколдованный подошел к нему.

– Где ты взял этот номер «Флэша»? – продолжая смотреть на комикс, спросил Серафим.

Мальчишка, не отрываясь от чтения, ответил:

– Мне его прислали по почте, потому что я оформил подписку.

– Вау, а могу я у тебя его взять почитать потом?

– А что я получу взамен? – Мальчик наконец посмотрел на него.

– Дам тебе свой айпод, он такой же новый, как твой комикс. Я думаю, это будет равносильным обменом на время, – с нотками азарта сказал Серафим.

– Хм, это очень заманчиво, – прищурив глаза и потрогав свой маленький подбородок, сказал мальчик. – По рукам.

– Договорились. Я, кстати, Серафим.

– А я Филипп.

Так и началась их дружба.

Они стали постоянно зависать после учебы у Серафима дома, Филипп обожал, когда его мама готовила что-нибудь вкусное. Он часто оставался с ночевкой, все потому, что в его семье были большие проблемы.

К сожалению, его отец был наркоманом, каждый день устраивал драки и скандалы дома. Мать слезно просила, чтобы он, когда возможно, оставался у Серафима. Филиппу сильно доставалось от отца, он душил мальчика, когда тот пытался спрятать свои сбережения, не давая ему на дозу, или же просто так пинал. Конечно, это все сказывалось на Филиппе. По ночам он мог сквозь сон закричать или начать биться в конвульсиях. Было время, когда Филипп жил у Серафима месяцами, из-за этого они сильно сдружились. Для него он стал как брат. Ребята постоянно попадали в какие-нибудь истории или передряги, но никогда не бросали друг друга. Все тайны, которые у них были, оставались только между ними. Сокращенно и по-братски Серафим начал называть его Лип.

Иногда бывало, что Филипп попадал в не очень хорошие компании, Раф часто говорил, что до добра это не доведет.

После дня рождения Серафима Лип просто исчез. Он не открывал двери и не отвечал на звонки. Через какое-то время позвонила его мать и сказала, что он наказан за воровство.

«Так и знал, что когда-нибудь это случится, ему лишь осталось пойти по стопам отца, для полного счастья»,– подумал Серафим.

Мальчику было скучно все эти дни без друга, с одной только бабушкой, которая присматривала за ним, пока мама лежала в больнице. Он с нетерпением ждал, когда она вернется.

И этот день настал.

Мама Серафима долго лежала в больнице и наконец вернулась домой. У нее были осложнения после родов, весь год она восстанавливалась. Он сильно по ней соскучился, начал ее обнимать, и тут заметил маленький сверток в руках у мамы.

Настал момент встречи Уфиры и Серафима.

Мальчик первый раз увидел сестру, когда мама аккуратно передала ему ребенка. Он взял Уфиру на руки, такую маленькую и беззащитную, похожую на котенка. Конверт открылся, взгляд Серафима упал на огромный безобразный шрам на тельце сестры и на невероятно прекрасные зеленые глаза. А затем он почувствовал…

«Почему-то такая злость набросилась на меня, впервые такую злобу ощутил,– подумал Серафим, совершенно не понимая себя.– Горело аж все тело. Мне хотелось ударить или даже убить того, кто это сделал».

Но вслух он сказал:

– Впредь я тебя никому не дам в обиду, маленький Фыр. Всегда приду к тебе на помощь, где бы я ни был.

Это было сказано строго, но с ноткой нежности.

Он почувствовал к сестре какую-то необыкновенную привязанность, от которой стало не по себе, но одновременно тепло внутри. Как будто он встречал ее в прошлой жизни, но сейчас она предстала перед ним в облике ребенка.

Серафим был хорошим братом, во всем помогал маме с младенцем, боялся, что, если он отойдет от нее хоть на секунду или отвернется, она исчезнет, боялся навредить или обидеть. И его волновал один-единственный вопрос.

– Мам, откуда у нее шрам? – поинтересовался однажды Серафим.

– Делали сложную операцию.– Мама неохотно говорила об этом.

Как бы Раф у нее ни спрашивал, женщина просто игнорировала его или отвечала отстраненно. Ему было так интересно, что он перевернул весь дом в поисках медицинских документов Уфиры. Но тщетно, даже свидетельства о рождении не нашлось, как будто и не было у него сестры. Мама очень хорошо умела прятать ценные вещи, подарки на Новый год или день рождения Серафиму тоже никогда не удавалось найти.