Чтение онлайн

Глэдис снова осмотрела своего супруга с ног до головы, и они направились в спальню. Да, он в самом деле обрастает жирком. Надо ему заняться игрой в гольф. У Питера на часовой цепочке болтался маленький американский флажок, и Глэдис задала себе вопрос: а ведь, пожалуй, это чуточку вульгарно? У Глэдис на пальце сверкало кольцо с настоящим бриллиантом, и она научилась манерно растягивать слова: «ваальс, ваанна». Она мило зевнула, расстегивая свой элегантный коричневый костюм, и подумала при этом, что вот такая одежда свидетельствует о благополучней, обеспеченной жизни.

Да, теперь они с Питером вполне обеспечены. Теперь они больше не боятся очутиться без работы. Им стало ясно, что от красной опасности не так-то легко избавиться. Этот яд глубоко проник в общественный организм и время от времени дает о себе знать всё в новых вспышках.

В некоторых отношениях Глэдис разделяла воззрения красных; она была убеждена, что до тех пор, — пока будет существовать класс богатых и преуспевающих, представители других классов будут кипеть негодованием и всегда найдутся люди, которые убудут зарабатывать себе на жизнь, занимаясь агитацией, обличениями и требуя перемены строя. Общество подобно огороду. Каждый год, когда сажаешь овощи, вместе с ними вырастают и сорные травы, и надо обходить грядки и выпалывать сорняки. Муж Глэдис — опытный огородник, он прекрасно умеет полоть, и знает, что общество никак не может обойтись без его услуг. До тех пор, пока будут существовать огороды, Питер останется главным огородником и будет обучать молодых огородников этому полезному делу.

Какое счастье, что она вышла замуж за такого человека! Глэдис заслужила всё это благополучие — ведь она как добрая жена помогала своему мужу, сделала из него хорошего гражданина, настоящего патриота, блюстителя законности и порядка. Ведь хозяева огорода, без сомнения, всегда позаботятся о том, чтобы их главный огородник ни в чём не нуждался и получил бы с лихвой свою долю плодов.

Глэдис стояла перед зеркалом, причёсываясь на ночь и размышляя о том, каких именно плодов попросит она для себя. Они с Питером их вполне заслужили и потребуют самых ароматных цветов, самых сладких плодов.

Внезапно Глэдис, словно предвкушая это блаженство, восторженно простерла перед собой руки:

— Мы добились успеха, Питер! Мы добились успеха! У нас будет сколько угодно денег, и мы сможем купить самые прекрасные вещи на свете! Понимаешь ты, Питер, как здорово тебе повезло?

Питер смотрел на её сияющее лицо, но ему было немножко страшновато и всё как-то не верилось, — ведь он не привык, чтобы его хвалили. Внезапно Глэдис прониклась к нему нежностью, смешанной с жалостью. Она протянула к нему руки.

— Бедняжечка мой Питер! У тебя была такая тяжелая жизнь! Как жаль, что мы не встретились с тобой раньше, — ведь я бы помогла тебе!

Глэдис немного подумала, потом последовал взрыв совсем других чувств:

— Подумай только, Питер, какое счастье быть американцем! В Америке ты всегда можешь выдвинуться, если будешь исполнять свой долг. Америка — страна свободы! Твой пример должен бы убедить этих дураков красных, — ведь каким ты был захудалым мальчишкой, а как высоко взлетел! Да и всякий у нас может выйти в люди, если будет неустанно работать! Знаешь, мне говорили, что у нас в Америке самый бедный мальчишка может стать президентом! А ты хотел бы быть президентом, Питер?

Питер замялся. Ему не очень-то верилось, что он справится с такой сложной задачей, но он знал, что Глэдис не понравится, если он выскажет свои сомнения.

И он пробормотал:

— Что ж, может быть… когда-нибудь…

— Как бы то ни было, Питер, — продолжала его жена, — я стою за Америку! Я с ног до головы американка!

На этот счёт у Питера не было никаких сомнений.

— Ещё бы! — воскликнул он и выпалил свою излюбленную формулу: — На сто процентов!

Автор давал целому ряду лиц читать в рукописи свой роман «100 %», и всякий раз его забрасывали вопросами: «Что именно в вашем романе взято из действительной жизни? Действительно ли крупные американские дельцы вынуждены были широко развернуть борьбу с радикализмом? Действительно ли им в кампании против красных пришлось прибегать к таким крайним мерам, какие вы здесь описываете?»

Лишь немногие эпизоды в этом романе вымышлены, например, эпизод, где фигурируют Нелл Дулин и Нельс Аккерман, но всё, что имеет отношение к общественной жизни, соответствует действительности, и в основу рассказа положены факты, хорошо известные самому автору или его друзьям. Фактически все персонажи в романе «100 %» — действительно существующие лица. Питер Гадж — реально существующее лицо; он несколько раз посещал автора, выполняя "те или иные задания. Гаффи и Мак-Гивни — реальные лица, а также Билли Нэш и Глэдис Фрисби.

Начнем с самого начала. «Дело Губера» в основных своих чертах воспроизводит дело Тома Муни. Если вы хотите познакомиться с этим делом, пошлите пятнадцать центов в Комитет защиты Муни, Сан-Франциско, почтовый ящик № 894, с просьбой выслать брошюру Роберта Майвора «Заслужил ли Муни виселицу?» Бизнесмены Сан-Франциско собрали миллион долларов на борьбу с рабочими союзами, от которых хотели избавить свой город. С этой целью они и раздули дело Муни. Однако случилось так, что судья, принимавший участие в осуждении Муни, не выдержал и написал генеральному прокурору США письмо, в котором заявлял, что Муни был осуждён на основании ложных показаний. А между тем Муни всё сидел и сидел в тюрьме и находится там и по сей день.

Фремонт Сидер, редактор сан-франциеской газеты «Колл», изучавший этот процесс, недавно писал автору: «Я должен признать, что это самая удивительная история, с какой мне приходилось иметь дело. Когда будут известны все обстоятельства этого процесса, станет ясно, как день, что государство на глазах у всего общества сумело убить человека тем самым мечом, которым оно должно было вершить правосудие. В процессе Муни, так же как и в деле Биллингса, все до одного показания фальсифицированы, кроме показаний человека, похитившего светописные копии, хранившиеся на Маркет-стрит».