Сказки

— Лина, долго я буду тебя ждать? Завтрак уже остыл.

— Сейчас, мамочка, — отозвалась со двора девочка.

Она разложила под кустом жасмина игрушки и что-то говорила им, то и дело грозя пальчиком.

— Лина! — рассерженно повторила мать, высовываясь в окно.

Взяв в руки одну из кукол, девочка нехотя поплелась в дом.

— Вечно ты заставляешь себя ждать, — недовольно пробурчала мать, в поисках поддержки бросив взгляд на сидевшего за столом отца.

Но тот уткнул свое круглое обрюзгшее лицо в последнюю страницу утренней газеты и даже не пошевельнулся,

— Я совсем не виновата, — пожала плечами девочка, — это он меня задержал.

— Кто задержал? — переспросила мать.

— Кот в сапогах… Он просил, чтобы я не уходила.

— О, господи, что ты такое болтаешь, — в голосе матери вновь прозвучало раздражение, — Ну разве куклы могут говорить?

— Конечно, могут, мамочка.

— Сейчас же перестань нести этот вздор!.. Хоть бы ты сказал ей, Матье.

Отец грузно заворочался в своем кресле и со вздохом отложил газету,

— Ты уже большая девочка, — произнес он назидательно, — и должна сама понимать, что есть, а чего быть не может. Только люди могут говорить… А куклы — всего только куклы.

— А как же в сказках? — возразила девочка. — И в мультфильмах?

— О, господи, — снова не выдержала мать, — Ну, что мне с тобой делать?… Выдумываешь всякую ерунду.

— Это не ерунда, — упрямо сказала девочка.

— Не смей спорить с матерью, — постучал пальцем по столу Матье, применив тот самый аргумент, который обычно пускают в ход, когда исчерпываются логические доводы.

Лина обиженно поджала губы.

Дверь отворилась, без стука вошел сосед Фальк — высокий худой парень в ярко разрисованном мотоциклетном шлеме.

— Еду в город, — сообщил он. — Не нужно ли чего?

Воспользовавшись тем, что взрослые занялись своими делами, девочка неслышно скользнула в соседнюю комнату.

Через минуту оттуда донесся ее взволнованный голосок:

— Помогите, пожалуйста… Она упала… Фальк вопросительно взглянул на Матье. Тот досадливо махнул рукой.

— Не обращай внимания. Все-то она сочиняет. Лина появилась в дверях.

— Ая упала за сервант. Она там плачет. — О, господи, — простонала мать.

— Кто это — Ая? — поинтересовался Фальк.

— Это моя самая-самая любимая кукла, — объяснила девочка. — Пожалуйста, помогите ее достать. Она полезла на сервант и упала. Такая шалунья…

Фальк последовал за девочкой и попытался просунуть руку за шкаф.

— Нет, не могу, — огорчился он. — Слишком далеко лежит.

Он поискал глазами и увидел в углу зонтик.

— Сейчас я подцеплю ее зонтиком…

— Нет! — вскрикнула девочка. — Ей будет больно! Лучше я сама…

— Тебе и вовсе не достать, — пожал плечами Фальк.

Но девочка опустилась на колени и, вытянув ручонку, прижалась всем тельцем к боковой стенке серванта, Она вся напряглась, словно сама хотела протиснуться в узкое пространство между шкафом и стеной. И вдруг ее личико озарилось улыбкой.

Торжествующе она извлекла куклу из-за шкафа и нежно прижала к себе.

— Как же ты смогла? — удивился Фальк.

— Она увидала меня, — хитро ухмыльнулась Лина, — и подвинулась…

— Лина! — послышался голос матери. — Где же ты, в конце концов? Все остыло…

— А почему ты ей придумала такое странное имя? — спросил Фальк, когда они вернулись в столовую.

— Я не придумала, — покачала головой девочка. — Она мне сама сказала.

— Да не слушай ее, — заметил Матье. — Фантазерка она у нас.

— Ну разумеется, Лина, — солидно сказал Фальк, — куклы не могут разговаривать.

Лина презрительно шмыгнула носом,

— Вы все просто не умеете слушать. А со мной они говорят. И куклы, и мои звери…

— Отец, — обеспокоенно заметила мать, — ее надо показать врачу,

— Они говорят, говорят, говорят! — упрямо повторила девочка.

— Садись за стол! — прикрикнула на нее мать. — Надоело слушать твои глупости.

— Большая девочка, — поддакнул отец, — а ни капли здравого смысла…

Проводив Фалька, Матье извлек из кладовки удочки и отправился посидеть часок-другой на свое любимое место к излучине реки. А мать, вооружившись хозяйственной сумкой, пошла в лавку за продуктами.

Лина осталась дома одна со своими куклами…

Утро было жаркое и душное. Ночью прошел короткий ливень, но когда взошло солнце, в небе уже не было ни облачка, и под горячими лучами влажная земля заструилась туманными клубами теплого тяжелого пара.

День был воскресный, и ничто не нарушало безмятежного спокойствия природы. Лишь изредка по широкому бетонированному шоссе, чуть слышно шелестя шинами, проскальзывала одинокая машина.

Поэтому острый, свистящий звук, иглой вонзившийся в раскаленную тишину, показался Матье чем-то инородным — он не вписывался в картину всеобщей умиротворенности.

Однако Матье был не из тех, кто любит глазеть по сторонам. К тому же сейчас его больше всего на свете интересовали поплавки. И лишь когда что-то на мгновение перекрыло солнечный свет, он поднял голову и посмотрел вверх. Но небо было так же чисто и спокойно, как и прежде. Да и беспокоящий звук уже погас.

Матье снова занялся своими удочками и тотчас позабыл о странном происшествии. Возможно, кого-то другого оно и заинтересовало бы своей необычностью, но Матье был исключительно трезвым реалистом и без колебаний отбрасывал все, что выходило за рамки привычного.

А между тем, Матье оказался единственным, кто в это горячее июльское утро мог стать свидетелем необыкновенного события — прилета космического корабля, построенного инопланетными разумными существами. Других людей в этот момент поблизости не было, и никто не видел, как корабль плавно опустился на небольшую ровную площадку, со всех сторон окруженную высокими деревьями.

Корабль представлял собою большой, несколько сплющенный по бокам многогранник. Его синеватая поверхность тускло поблескивала в лучах солнца. Он опустился медленно и бесшумно, и когда коснулся почвы восемью тяжелыми распорками, трава под его днищем даже не шелохнулась…